ЛитМир - Электронная Библиотека

Туман в голове Шарлеманя наконец рассеялся, и в нем заговорило мужское самолюбие.

– Коль скоро я должен взять Саралу в жены, – отчетливо произнес он, – то прошу тебя выбирать тон и выражения, говоря о ней. Кстати, куда увела ее Элеонора? Мне нужно с ней договорить! Немедленно!

– Не горячись! Сначала надо обсудить все с ее родителями. – Себастьян подошел к двери и распахнул ее. – Твоя роковая ошибка нам дорого обойдется, – добавил он с многозначительной миной.

– Моя так называемая ошибка, Себастьян, не будет стоить вам ни пенса, – возразил Шарлемань ощущая, к своему удивлению, необъяснимое самодовольство.

– Я не имел в виду деньги. Пошевели извилинами – и сам все поймешь. – Мельбурн в последний раз выразительно посмотрел на Шея и направился к двери. – Мне придется отменить ряд важных встреч. Я буду дожидаться Ганноверов в кабинете Валентайна. Поступай как хочешь, Шей, но не забывай, что твои поступки скажутся на всех нас.

– Я понимаю, – сказал Шарлемань, кивнув Себастьяну на прощание.

Они с братом не ссорились со времен юности, но сегодня у него вдруг зачесались руки, когда Себастьян позволил себе нелестно отозваться о Сарале.

Однако в ходе их перепалки выяснилось одно важное обстоятельство, которому он раньше не придавал значения, – то, что он совершенно ничего не знает о прошлом своей невесты. Практически о себе она поведала ему только то, что обожает ходить босиком, скучает по Индии и умеет заклинать змей. И еще, разумеется, что любит заниматься коммерцией. Пора было восполнить этот пробел в его познаниях.

Пока Сарала гуляла по обширному саду, леди Деверилл притворялась, что подрезает розовый куст. Однако от гостьи не укрылось, что хозяйка то и дело поглядывает на дом и улыбается украдкой.

– Я вовсе не хотела, чтобы все так нелепо вышло, – пролепетала Сарала, подойдя к Элеоноре.

– Разумеется! Во всем виноват Шей, – согласилась та. Однако эти слова Саралу не успокоили. Она все еще не поняла, из-за чего возник такой шум. Они с Шеем просто немного поспорили, а потом поцеловались. Как вдруг в комнату влетел герцог Мельбурн с целой свитой взволнованных дам, и все стали поздравлять их с помолвкой. Но разве могла она стать его супругой? Ведь он член семьи Гриффин, она же дочь новоиспеченного маркиза, недавно возвратившегося из Индии.

– Сарала! – окликнул ее внезапно Шей. Она даже подскочила от испуга.

– Уйди, Шей! – строго приказала брату Элеонора, положив садовые ножницы в корзинку. – Ты уже натворил достаточно дел сегодня!

– Нет, сестра, лучше ты оставь нас с Саралой одних! – заявил Шарлемань – Нам нужно поговорить.

За его спиной появился дворецкий.

– Прошу прощения, леди Деверилл и лорд Шарлемань, – произнес он, – прибыли лорд и леди Ганновер. Я провел их в малую гостиную, как вы и распорядились.

– Спасибо, Гоббс! – сказала Элеонора. – А где Мельбурн?

– Его светлость сейчас в библиотеке. Он просил передать лорду Шарлеманю, что ожидает его.

– Хорошо, я сейчас к нему зайду, – сказал Шей. – И мы примем гостей. А ты, Элеонора, пока побудь в саду с Саралой.

Сарала растерянно заморгала. Почему вдруг ее хотят отстранить от важного разговора с ее родителями? Смириться с этим она не могла и решительно заявила:

– Нет! Сначала я сама поговорю с ними. Я имею на это право!

– Разумеется, – сказал Шей, – но виноват в этом досадном недоразумении только один я. Поэтому лучше побудь в саду.

– Недоразумении? – вскричала Сарала. – Мы оба повинны в нем! И я должна заявить об этом своим родителям. Пусть они сначала выслушают меня, а уж потом беседуют с вами, если только у вас не припадет желание увидеться с ними после этого.

– Я просто оговорился, Сарала! – попытался оправдаться Шарлемань, но она и слушать его не стала, а не долго думая прошла мимо дворецкого в дом.

Оказавшись в коридоре, Сарала некоторое время стояла возле закрытых дверей гостиной, размышляя над оговоркой Шарлеманя. Была ли она случайной? И как ей теперь с этим поступить? Однако в голову ей ничего толкового не приходило.

– Что за нелепость! – пробормотала, наконец, она. – И какая же я тупица! Как я могла позволить себе уединяться в комнате с мужчиной?! Это непростительная ошибка. Ведь я знала, что он станет снова целовать меня, и могла бы предположить, во что это выльется. Но ему бы следовало следить за тем, что он говорит, и не употреблять обидных слов.

Она сделала глубокий вдох и распахнула двери. Родители, сидевшие на диване, тотчас же встали. Леди Ганновер выглядела ошарашенной, маркиз явно пребывал в недоумении.

– Что случилась, Сара? – воскликнула маркиза. – Надеюсь, ты не пострадала?

– Нет, мама, со мной все в порядке, – успокоила ее Сарала.

– Слава Богу! – Леди Ганновер принялась энергично обмахиваться веером. – Я собралась было уже составлять обеденное меню, как внезапно к нам примчался посыльный и едва ли не потребовал, чтобы мы немедленно прибыли сюда.

– Что произошло, доченька? – мягко спросил маркиз.

Ах, если бы только они могли переговорить с отцом с глазу на глаз! Он бы все понял. Ему-то она смогла бы все объяснить. Увы, этому не суждено было случиться. Сарала собралась с духом и сказала:

– Разве вам не известно, что я приглашена сюда леди Деверилл на званый обед?

– Да, конечно, это чрезвычайно любезно с ее стороны пригласить к себе тебя. Но ведь нас она не приглашала! Так из-за чего возник такой переполох? Ты что-то съела за обедом?

– Очевидно, мне следовало бы кое-что вам объяснить, – промолвила Сарала. – Шарлемань Гриффин выразил желание купить у меня китайский шелк, папа. И мы стали торговаться.

– Я наслышан об успехах Шарлеманя Гриффина в коммерции. Надеюсь, что его репутация вполне оправданна?

– Не это сейчас главное, – сказала Сарала. – Дело в том, что…

Но маркиза не позволила дочери развить свою мысль.

– Во-первых, ты не должна была вступать в коммерческие дела с мужчиной. Это стыд и срам! – воскликнула она. – Разве я тебя не предупреждала о недопустимости такого поведения? Ты наверняка разозлила лорда Шарлеманя своим упрямством. Что же нам теперь делать? Гриффины откажут нам от дома! От нас отвернется все лондонское высшее общество! Нам никто не подаст руки. Боже, что ты натворила!

– Он меня поцеловал, – сказала Сарала. Маркиза упала без чувств на стул.

– Что он сделал? – тихо переспросил маркиз. Сарала замотала головой, но быстро поборола отчаяние и взяла себя в руки.

– Точнее будет сказать, что мы с ним поцеловались, – сказала она с невозмутимой миной.

– Да что ты такое говоришь, доченька! – Маркиз отшатнулся от нее в испуге. – Нет, я в это не верю! Неужели он…

– Шарлемань собирался что-то сказать мне о шелке, и мы с ним уединились для разговора в пустой комнате, – продолжала Сарала. – Он сказал, что шелк краденый. Но не это главное! Куда важнее то, что мы начали целоваться и совершенно случайно очутились на диване. В этот момент в гостиную вошел герцог Мельбурн и застал нас в пикантном положении. И другие гости тоже все видели…

Маркиза очнулась и простонала, закрыв ладонями лицо:

– О Боже! Какой позор! С нами все кончено, раз и навсегда. Что же делать, Говард?

– Герцог объявил во всеуслышание, что мы с ним помолвлены, – поспешно вставила Сарала, пока отца не хватил удар. – Он представил все так, будто бы мы все заранее обговорили, но не сумели сдержаться…

– Не сумели сдержаться? Что он под этим подразумевал? – спросила леди Ганновер. – И объясни же, наконец, нам с отцом толком, кто должен на тебе жениться – герцог Мельбурн или же лорд Шарлемань?

– Шарлемань, разумеется! Разве это не понятно, мама?

Она замолчала, заметив, как переменились в лице ее родители. Красный, как вареный рак, маркиз не скрывал огорчения. Маркиза же смертельно побледнела от охватившего ее ужаса. Наконец она опомнилась и вскричала, обняв Саралу:

– Ах, моя дорогая доченька! Ты все-таки станешь женой одного из Гриффинов. Боже, я так за тебя рада! Это не такая уж и плохая партия! Все могло бы обернуться гораздо хуже…

39
{"b":"105","o":1}