1
2
3
...
40
41
42
...
69

– Будет исполнено, миледи! – Лакей поклонился и ушел.

– Где вы остановились в Лондоне? – спросила Сарала, надеясь, что ее сердце наконец успокоится и она сможет собраться с мыслями. Ей казалось, что все присутствующие слышат, как громко оно стучит у нее в груди. Что же привело виконта в их дом? И почему именно теперь? Случайно ли он нагрянул к ней, когда у нее и без того шла голова кругом?

Джон Делейн, с которым они познакомились в Дели, не был для Саралы желанным гостем. Она прекрасно знала, что он собой представляет на самом деле, и не желала снова связываться с этим амбициозным и хитрым лисом.

Живя в Дели, этот скользкий человек добился больших успехов как по карьерной, так и по коммерческой линии. Однако постоянно искал протекции и дружбы главы семьи Карлайл, занимавшего высокий пост в Ост-Индской компании в то время и слывшего весьма состоятельной особой.

– В Лондоне живет мой кузен Уильям Адамсен, – сказал он. – Я решил воспользоваться его любезным приглашением погостить у него.

– Это приятное известие, – проговорил маркиз. – Ты согласна со мной, Сара?

Скрепя сердце она ответила:

– Да, разумеется, папа! Будет приятно знать, что где-то рядом проживает наш хороший знакомый. – Она прокашлялась и добавила: – Прошу извинить меня, но я должна прилечь, мне что-то нездоровится. – И направилась было к выходу.

– Не торопись уйти от нас, доченька, – остановила ее мать. – Ты непременно должна сообщить нашему гостю радостное известие.

– Осмелюсь вам возразить, мама, что это несколько преждевременно, – с вымученной улыбкой ответила Сарала.

Делейн обвел всех присутствующих удивленным взглядом:

– Должен признаться, господа, вы просто заинтриговали меня!

– Так и быть, новость сообщу вам я! – воскликнула маркиза. – Сара выходит замуж за брата герцога Мельбурна. Разве это не чудесно? – Она потерла ладони.

Виконт вскинул бровь и вперил в нее взгляд карих глаз.

– Неужели? – спросил он. – Какой сюрприз!

– Его зовут Шарлемань, – вставила Сарала. – Но пока еще ничего окончательно не решено.

Губы виконта вытянулись в язвительной улыбке.

– Поздравляю вас, леди Сара! Я рад за вас.

Она кивнула, закусив нижнюю губу, и поспешно ретировалась в свою спальню, лелея в сердце надежду, что ничего более ужасного нынче уже не произойдет.

Их лица походили на непроницаемые суровые лики испанских инквизиторов, предвкушающих удовольствие от пытки еретиков. Шарлеманю показалось даже несколько странным, что они не потирают от злорадства ладони. Маркиза, хищно осклабившись и обменявшись многозначительными взглядами с адвокатами, проговорила:

– Во-первых, милорд, мы потрясены вашим неджентльменским обращением с нашей дочерью Сарой.

Сидевший рядом с ней за обеденным столом худой и бледный стряпчий записал что-то в блокноте.

Шарлемань цинично подумал, что эта запись обойдется ему еще в пятьсот фунтов.

– Но тотчас же после этого недоразумения он сделал нашей дочери предложение стать его законной супругой, – добавил лорд Ганновер.

Шарлемань мысленно вычел из общей суммы предстоящих ему расходов двести пятьдесят фунтов. Пока ему не задавали никаких вопросов, и это его вполне устраивало. Единственным его желанием было вытащить из-за стола Саралу, увлечь ее в укромный уголок и довести своими поцелуями до такого состояния, в котором она бы наконец отдала ему проклятые рулоны шелка.

Сарала не поднимала на него глаз, с тех пор как прибыла вместе с родителями и адвокатами для разбирательства в Гриффин-Хаус. Вид у нее был подавленный, как, впрочем, и у ее отца. Герцог Мельбурн походил на айсберг холодным и бесстрастным выражением лица. Шарлемань сделал вывод, что со вчерашнего дня он не изменил свою точку зрения на происшествие в доме Элеоноры.

За спиной герцога расположилось несколько приглашенных им сюда опытных юристов – они как бы подчеркивали самим присутствием здесь, кто в этом доме хозяин. Мельбурн никогда не выпускал ситуацию из-под контроля и не собирался делать исключения из этого правила сегодня.

Метнув взгляд на Саралу, Шарлемань встал и заявил:

– С вашего позволения, мы с Саралой покинем вас на некоторое время. Полагаю, что наше участие в этом разговоре не обязательно. Сарала, позволь мне пригласить тебя прогуляться по саду. Погода сегодня благоприятствует этому, не правда ли?

– Не думаю, милорд, что в сложившихся обстоятельствах это будет благопристойно, – заметила леди Ганновер, энергично обмахиваясь газетным листом вместо веера.

– Не забывайте, миледи, что мы с ней помолвлены, – парировал Шей неожиданно резким тоном и, обойдя вокруг стола, положил на плечо невесты ладонь.

Ощутив его пальцы, она вздрогнула и напряглась.

– Так мы прогуляемся по саду? – мягко спросил он.

– Разумеется, – ответила она и встала.

Он предложил ей взять его под руку, но она проигнорировала этот жест и быстро прошмыгнула мимо него в коридор, провожаемая изумленными взглядами всех присутствующих. Шарлемань догнал Саралу только возле дверей. Лакей распахнул их, и она выпорхнула на крыльцо.

– Ты намерена бежать от меня домой? – иронически спросил у нее Шарлемань, схватив ее за руку.

Она рывком высвободилась и, обернувшись, раздраженно возразила:

– Бежать я никуда не собираюсь! Мне просто стало там душно и вообще как-то не по себе.

– Мне тоже. Прошу сюда! – Он махнул рукой, показывая ей путь в сад.

Очутившись в розарии, Шарлемань и Сарала сели на деревянную скамейку под каменной стеной в тени развесистого векового дуба. Она повернулась к Шею лицом:

– Прошу извинить меня за это чудовищное разбирательство!

– Но разве тебя оно не радует? – насмешливо спросил он.

– Чему же мне радоваться? – Она нахмурилась.

– Хотя бы тому, что твоя честь спасена!

– Не вижу в этом твоей заслуги. Ты должен извиниться передо мной, Шей! Тебе так не кажется?

На ее щеках выступил румянец, а дыхание стало частым.

– В чем же я провинился? Уж не в том ли, что поцеловал тебя? Но ведь ты сама спровоцировала меня на это, Сарала!

– Ах, поцелуи здесь ни при чем! – с досадой сказала она. – Извинись за свои глупые выдумки о воинах китайского императора, требующих возврата им шелка. Это ведь твоя очередная тактическая уловка, не так ли?

– К сожалению, это горькая правда, – помрачнев, ответил он. – Где рулоны? Ты должна срочно отдать их мне.

– Ах, ради Бога! За кого ты меня принимаешь? За полную дурочку? – Она наигранно рассмеялась.

– Поверь мне, Сарала, никакая это не уловка, – со вздохом сказал Шарлемань, пораженный ее стойкостью. – И за дурочку я тебя не принимаю. Послушай теперь меня внимательно: два дня назад в газетах появилось сообщение об исчезновении капитана Питера Блинка.

Щеки Саралы моментально стали бледными.

– Это правда? Капитан Блинк исчез?

Шарлемань молча кивнул, сожалея, что она не упала в обморок или не завизжала с перепугу: тогда бы он получил повод утешить ее поцелуем, но в то же время, подумалось ему, будь она притворщицей или истеричкой, он бы не стал целовать ее со всепоглощающей страстью.

– Значит, его странное исчезновение было истолковано тобой так, будто бы он пытается скрыться от посланников китайского императора? Ты хочешь выглядеть в моих глазах благородным спасителем?

– Уж не принимаешь ли ты меня за слабоумного? – Шарлемань нахмурился.

– Тогда ты должен объяснить мне все в подробностях.

– Но я же пытаюсь это сделать, а ты меня не слушаешь! После музыкального вечера я пошел домой пешком. И мне показалось, что кто-то следит за мной. А в то же утро неизвестный злодей предпринял попытку проникнуть в мой дом. Я подразумеваю Гастон-Хаус.

Во взгляде Саралы читалось недоверие. Она требовала доказательств его предположения о наличии связи между всеми необъяснимыми происшествиями, случившимися в последние дни. Ему страстно захотелось обнять и поцеловать ее, но он сжал пальцы в кулак и подавил свой порыв, рассудив, что для поцелуев у них еще будет время. Сделав глубокий вдох, Шей продолжал:

41
{"b":"105","o":1}