ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Саркофаг был высечен из одной алебастровой глыбы; на верху его южной панели сохранились даже косые следы пилы. Мастера отполировали все остальные стороны, но уничтожить эти следы им не удалось. Этот древнейший образец с его мягкой полупрозрачной фактурой, пронизанной тонкими прожилками, то золотистыми, то розовыми в зависимости от освещения, может по праву считаться одним из прекраснейших царских саркофагов, когда-либо найденных в Египте.

В том, что он предназначался для фараона, я был уверен. Маленькие саркофаги ступенчатой пирамиды Джосера стояли в одной из многочисленных боковых галерей и в них, по-видимому, были погребены родные фараона. А этот стоял в самом центре большой усыпальницы, расположенной, как потом показали измерения, точно под тем местом, где должна была бы находиться вершина пирамиды, если бы ее достроили.

Алебастр или кальцит добывался во многих районах Египта. Самые известные каменоломни расположены в Хатнубе, в Среднем Египте, точнее – в восточной пустыне, километрах в шестнадцати к юго-востоку от эль-Амарны. До сих пор там можно видеть гигантский колодец, прорубленный в скале на глубину более восемнадцати метров, к которому ведет узкая дорога. Близ входа сохранились высеченные на камне имена надсмотрщиков и их повелителей фараонов. Некоторые из них восходят еще к Четвертой династии.

Поскольку алебастр мягок, его было сравнительно нетрудно добывать. Однако выбор лучших кусков камня, его обработка и полировка наверняка требовали высокого технического мастерства и настоящего таланта.

До сих пор мы говорили только о сходстве между пирамидой Джосера и вновь найденной. Оно проявляется в кладке самых пирамид и их оград, в сходстве типов стен с одинаковыми бастионами, панелями и прилегающими стенками, слои камня в которых лежат с наклоном внутрь, и т. д. и т.п. Теперь следует остановиться на различиях.

Первое. Усыпальница Джосера, несмотря на то что она расположена также под пирамидой, выстроена из гранитных блоков на дне открытого колодца, впоследствии заваленного камнями.

Усыпальница в новой пирамиде высечена в самой скале, и проникнуть в нее можно только по длинной наклонной галерее.

Второе. Мумия Джосера, если только его погребли в усыпальнице, – а в этом вряд ли приходится сомневаться, – почти наверняка была похоронена без саркофага.

Здесь же в главной усыпальнице новой пирамиды, предназначенной для мумии фараона, перед нами стоял запечатанный саркофаг.

И, наконец, третье. Входная галерея, подводящая к усыпальнице Джосера, оказалась полностью заваленной камнями и щебнем.

Здесь же галерея была перегорожена только в трех местах; у внешнего входа, под вертикальной шахтой и непосредственно перед входом в усыпальницу.

Как я уже говорил, вновь найденная пирамида более всего походит на «многослойную» пирамиду в Завиет-эль-Эриане, особенно своим Т-образным северным комплексом галерей с кладовками: вся разница между ними только в том, что в Завиет-эль-Эриане кладовки высечены в одной стене галерей, а здесь – в шахматном порядке в обеих. «В этой (многослойной) пирамиде, – писал Рейзнер, – форма входа и план подземных покоев – все напоминает частные гробницы Третьей династии с лестницами. Входной коридор покато уходит вниз с запада на восток, затем поворачивает под прямым углом на юг и оканчивается на глубине сорока пяти метров помещением, высеченным в скальном грунте под фундаментом сооружения».

Итак, египтяне перестали сооружать шахты, отдав предпочтение усыпальницам, высеченным в скале. Это, а также укрупнение каменных блоков на новой пирамиде указывает, что она строилась позднее пирамиды Джосера. Но чтобы точно определить хронологическое место фараона Сехемхета и последовательность правителей Третьей династии, нам потребуется еще немало времени.

Глава десятая. ПОДГОТОВКА К ВСКРЫТИЮ САРКОФАГА

Мы проникли в усыпальницу 31 мая 1954 года, однако вскрыли саркофаг только 27 июня. Меня могут спросить, почему мы промедлили почти целый месяц вместо того, чтобы сразу же получить ответ на вопрос, волновавший нас всех: «Находится ли мумия фараона в саркофаге?» Могу объяснить. Археология – это не кладоискательство, а наука, обогащающая наши знания. Поэтому, прежде чем решиться на следующий шаг, нужно сделать фотографии, измерения, химический анализ и массу тому подобных совершенно необходимых вещей. Но, помимо всего этого, нас тревожило состояние входной галереи. Нужно было провести дополнительную крепежную работу, без которой открыть доступ в пирамиду посетителям и представителям печати было бы просто опасно.

В течение четырех бесконечных недель, когда мои рабочие возводили кладку и ставили деревянные перекрытия, укрепляя слабые места потолка и стен, я провел немало часов в подземельях пирамиды, тщательнейшим образом осматривая каждый сантиметр. Днем я делал записи, фотографировал, составлял таблицы измерений, а по вечерам после работы в пирамиде изучал свои находки, обсуждал их с другими археологами, строил и отвергал бесчисленные теории.

Надо сказать, что все это сопровождалось громкой шумихой в печати. Я полагаю, что пятьдесят с лишним лет назад, таким археологам, как Борхард или Квибелл, никто не мешал в их работе. Но начиная с открытия гробницы Тутанхамона в 1922 году весь мир вдруг заинтересовался древним Египтом, Поэтому, едва мы обнаружили входную галерею, мировая пе – чать тотчас начала проявлять весьма лестное внимание к нашей работе. Журналисты из разных стран почти ежедневно посещали мой дом, стараясь заполучить для своих читателей самые свежие новости. Американский журнал «Лайф» щедро пожертвовал на продолжение раскопок шесть тысяч долларов, и теперь его представители, писатель и фотограф, неотступно ходили за мной по пятам. Кроме них, были еще представители лондонского «Таймса», газеты, которая всегда интересовалась, причем со знанием дела, египетскими раскопками, а также корреспонденты из таких всемирно известных изданий, как «Нью-Йорк Таймс», итальянская «Иль Темпо», французская «Пари-Матч», и, наконец, журналисты из большинства ведущих газет и журналов Германии, Скандинавии и даже Бразилии и Аргентины.

В иные дни я не успевал одеться и позавтракать, когда рядом с домом уже слышался скрежет автомобильных шин по гравию, возвещающий о прибытии новой партии посетителей. Но это было еще не все. Со всех частей света на меня сыпались телеграммы и телефонограммы. Телефонист сельской почты в Бадрашейне, которому редко приходилось связываться с кем-либо дальше Каира, однажды утром поднял трубку и с изумлением услышал голос человека, вызывавшего меня из какого-то Нью-Йорка в США!

Я слышал, как многие археологи жаловались на подобного рода помехи. Согласен. Конечно, все это мешает работе, а иногда ложится буквально непосильным дополнительным бременем. Однако я думаю, что подобный интерес надо приветствовать и поощрять. Те времена, когда египтология была развлечением редких богачей, нанимавших египтологов-профессионалов к себе на службу, давно прошли! Теперь наша наука только выигрывает, если интерес к ней станет глубже, а добытые ею знания распространятся как можно шире среди народа. Здесь же считаю своим долгом сказать, что я глубоко признателен нашему правительству за помощь и поддержку, которое оно оказывает мне и другим египетским археологам. Эта поддержка дала мне возможность вести раскопки.

Не отрекаясь от всего вышесказанного, должен, однако, честно признаться, что временами я полностью соглашался с Говардом Картером. В своей книге[36] он очень живо описывает всяческие неприятности, причиненные ему после открытия гробницы Тутанхамона слишком назойливыми газетчиками. Вот что писал по этому поводу один корреспондент того времени:

«Подходы к гробнице напоминают подъезд к ипподрому в день больших скачек. Вся дорога к замкнутой среди скал котловине запружена всевозможными повозками и животными. Гиды, погонщики ослов, продавцы «древностей», разносчики лимонада – все ведут шумный торг... Когда из подземелья вынесли последний на тот день предмет, все корреспонденты устремились к берегу Нила. На ослах, на конях, на верблюдах и в похожих на колесницы повозках пустыни: они мчались наперегонки, стараясь раньше других добраться до телеграфа...»

вернуться

note 36

Г. Картер. Гробница Тутанхамона, М., 1959.

24
{"b":"105391","o":1}