ЛитМир - Электронная Библиотека

Двойная парадная дверь отворилась. Маркиз было подумал, что это еще одна курица, но внезапно пронзивший все тело ток заставил его обернуться. Мисс Раддик поспешно вошла в холл, в шляпке, сдвинувшейся назад с ее золотистых волос. Она прижимала к тяжело вздымающейся груди стопку книг и бумаг. Восхитительно!

— Доброе утро, милорд, дамы! — задыхаясь выпалила она. — Прошу простить за опоздание. Это случилось не по моей вине.

— А по чьей? — спросил Сент, покинув лестницу и остановившись перед ней. Медленно протянув руку, он принялся развязывать ленточки ее шляпки.

Испуганные серые глаза встретились с его взглядом, затем метнулись в направлении сгрудившихся женщин.

— Моего брата. Пожалуйста, перестаньте.

Он развязал узел и медленно потянул шляпку за ленточку через ее плечо.

— Я напрасно торчу здесь уже целых двадцать минут, — тихо сказал он, заправляя под заколку выбившуюся прядь волос. — Скажите спасибо, что я не прекратил этот ваш маленький фарс прямо сейчас.

Она гордо выпрямилась:

— Это не фарс. — Выхватив шляпку, она повернулась к встревоженным женщинам: — Полагаю, вы все здесь по моему объявлению?

Они принялись приседать в реверансах.

— Да, мэм.

Сент подошел еще ближе, склонившись над ее плечом.

— Что за объявление? — спросил он, вдыхая лимонный аромат волос.

Она начала перебирать свои бумаги.

— Объявление, которое я поместила в «Лондон тайме». Насчет учителей — отвечаю на ваш следующий вопрос.

Он сжал зубы. Просто замечательно. Если Принни или его прихлебатели заметят, что приют нанимает учителей, ему долго придется объяснять, что он задумал.

— В следующий раз посоветуйтесь со мной.

Она согласно кивнула.

— Ну что ж, дамы, я заберу сразу трех из вас в соседнюю комнату для собеседования.

— А как насчет остальных? Я не собираюсь их развлекать. Эвелина повернулась к нему лицом.

— Вам нет необходимости оставаться здесь.

— Нет, есть. Без меня не будет никакого проекта.

— Совет проголосовал иначе, милорд. Он слегка улыбнулся ей:

— Я здесь совет. Не забывайте об этом. Итак, какие еще маленькие сюрпризы вы заготовили на сегодня?

— В полдень должны прийти несколько рабочих и начать расчистку нижних помещений. — Она вздернула подбородок, снова взглянув ему в глаза. — И вам не удастся сломить или отговорить меня.

Отчасти из-за того, что его восхищала ее манера всегда прямо смотреть ему в глаза, Сент не стал указывать, что она здесь всего лишь первый день, а он привык получать желаемое и поступать так, как ему нравится. И рано или поздно она об этом узнает.

— Зачем вам нужно освобождать кладовые?

— Чтобы сделать из них классы. — Она нахмурила тонкие брови. — Вы вообще слышали мое предложение?

— Нет.

— Нет? Но…

— Эвелина Мария, — сказал он тихим голосом, желая, чтобы стая курочек оказалась где-нибудь подальше отсюда и он мог бы снова насладиться ее нежными губами. — Вы здесь не из-за своего предложения.

Она еще больше нахмурилась:

— Тогда почему…

— Вы здесь по моему соизволению.

— Я говорила, что вам больше не напугать меня, милорд.

— Сент, — поправил он. — Вам когда-нибудь приходилось видеть обнаженного мужчину, возбужденного от вожделения к вам?

Густой румянец покрыл щеки девушки.

— Н…нет.

— Увидите. — Не в силах сдержаться, он протянул руку и коснулся ее щеки. — То, чему я собираюсь вас обучить, Эвелина, не преподают на уроках в классах. И вы еще попросите, чтобы я учил вас как можно дольше.

Она открыла рот и снова закрыла его.

— Убирайтесь, — наконец вымолвила Она дрожащим голосом. — Вам не удастся меня соблазнить.

— Сегодня — нет, — согласился он, глядя поверх ее головы на стаю дамочек. — И куда вы собираетесь перенести вещи из кладовых?

— Я…

Он видел, как ей трудно вернуться к прежнему разговору. Отлично. Она смущена.

— В старые конюшни, — нашлась она через минуту. — Мне нужно все осмотреть и составить опись того, что может пригодиться.

Сент изобразил поклон.

— К вашим услугам.

— Вы действительно собираетесь помочь?

Он снова улыбнулся:

— Помочь — да. Оказать благотворительность — нет. Ничто не дается даром.

Рабочие, нанятые Эвелиной, оказались посыльными и лакеями из нескольких мужских клубов самого низкого пошиба. Все это сильно попахивало участием лорда Дэра. Хотя, учитывая его строгость в вопросах морали — с тех пор как он женился, — Сент очень сомневался, что Эвелина объяснила ему истинную причину того, зачем ей нужна помощь.

Дэр когда-то был его закадычным приятелем, с чувством юмора, покоряющим своим цинизмом, пока женская добропорядочность не погубила его. Это был жуткий позор. Теперь они едва обменивались приветствиями, не считая встреч в парламенте или на каком-либо респектабельном приеме, которые маркиз посещал очень редко. Сент желал Дэру счастья, но лично для себя определенно не хотел подобной участи.

Как только маркиз показал рабочим, какие комнаты освобождать и куда относить ветхие вещи, ему стало, почти нечего делать. Вытащив из кармана фляжку, он прислонился к стене и отхлебнул джина.

Эвелина задумывалась о его намерениях. У него тоже были вопросы по поводу ее побуждений. По крайней мере он знал, что делает и для чего. Стоит Принни согласиться расширить свой парк за счет приюта, и придется освободить здание. Завоевать расположение Эвелины и одновременно положить начало делу разрушения приюта — отнюдь не плохой способ плодотворно провести день.

Стая девиц в дальнем конце холла к полудню сократилась до горстки, и полдюжины кладовых были очищены от всего, кроме паутины и пыли. За последний час он заметил несколько пар юных глаз, следящих из-за дальнего угла за кипучей работой, но не обратил на них внимания. Хватит и того, что он давал им пищу и крышу над головой. Этот небольшой всплеск активности был организован мисс Раддик. Пусть она и объясняется с ними.

Еле ощутимый запах лимона достиг его ноздрей.

— Вы могли бы рассказать им, чем мы занимаемся, — сказала Эвелина, подойдя к нему.

— Чем вы занимаетесь, — поправил он. — Я здесь просто пытаюсь развеять скуку.

— И тем не менее отличная работа.

Она была страшно довольна собой.

— Мисс Раддик, — сказал он, — что бы вы ни замышляли, не думайте, что я буду слепо следовать за вами. Мои глаза широко открыты, и все, что я делаю, можете быть уверены, я делаю по своим собственным соображениям, а не по вашим.

— Я ничего не замышляю, а только пытаюсь помочь этим бедным детям. Полагаю, что по той же причине вы возглавляете совет попечителей.

Вот тут вы ошибаетесь. — Отделившись от стены, Сент взглянул Эви в лицо. — Моя драгоценная матушка оговорила в своем завещании, что член семьи Холборо обязательно входит в совет попечителей сиротского приюта «Заря надежды» в течение всего времени его существования. Я являюсь единственным оставшимся членом семьи Холборо, поэтому я здесь и заседаю.

Он постарался не слишком подчеркнуть фразу о «времени его существования» в своей речи, но она, судя по всему, была счастлива заметить совсем другое.

— Холборо, — сказала она тихо, как бы про себя. — Я и понятия не имела.

— Боже милостивый, мы ведь не родственники, не правда ли? — спросил он, нахмурившись. У него было предубеждение против интрижек с родственницами, не важно, насколько отдаленными. Кровосмешение могло бы ослабить их фамильную линию крови и вредно сказаться на всех членах семьи.

— Нет. — Она стряхнула задумчивость. — Просто я только что поняла, что не знала вашего родового имени. И вашего христианского имени тоже.

— Неужели? Майкл.

— Майкл, — повторила она, и он поймал себя на том, что следит за ее губами. В этом не было ничего необычного, кроме того, что смотрел он не потому, что хотел поцеловать — хотя он очень хотел этого. Очень немногие женщины называли его по имени, и ему это всегда очень не нравилось. Это предполагало близость, которой они не заслуживали. Плотские забавы едва ли давали им право ласкаться и ворковать вокруг него. Однако когда ангельски невинная Эвелина Мария Раддик произнесла его имя, сердце учащенно забилось. Это привело его в замешательство. Очень странно.

16
{"b":"106","o":1}