ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Дойл кинулся за Спарксом. Барри махал им рукой, находясь примерно в четверти мили от них. Дойл едва поспевал за Спарксом, и когда он подбежал к экипажу, то еле дышал.

Барри указал на пролом в стене высотой в человеческий рост. Все вокруг было усеяно щепой, и рядом с проломом валялся остро наточенный топор. Заглянув в дыру, они рассмотрели конюшню и господский дом. Вокруг не было ни одной живой души.

— Осмотрите стену до конца, Барри, — велел Спаркс. — Подозреваю, что эта дыра будет для нас единственным путем к отступлению.

Барри влез на сиденье и, дернув поводья, направил экипаж вдоль стены.

— Здесь явно кто-то рвался внутрь, а не выбирался наружу, — заметил Дойл, осматривая края пролома. — Интересно, кто это был? Друг или враг, как вы полагаете, Джек?

— Если в дом кого-то не пускали, то, наверное, врага, не так ли, Дойл?

Ни во дворе, ни в особняке не было никакого движения. Однако они не двигались с места, словно между ними и домом все еще возвышалась невидимая преграда, преодолеть которую не было никаких сил. Вскоре вернулся Барри и сказал, что пролом в стене действительно единственный вход.

— Ну что, рискнем? — спросил Спаркс.

— Только после вас, Джек, — вымолвил Дойл.

Приказав Барри оставаться на месте, Спаркс вынул клинок из трости и полез в пролом. Нащупав в кармане револьвер, Дойл направился вслед за ним. Они продвигались вдоль внутренней стороны укрепления, почти прижимаясь к стене. Стало ясно, что ее возводили изнутри: кругом валялись неиспользованные бревна, приставные лестницы, возле ямы с глиной была раскидана солома. Стена находилась примерно в пятидесяти ярдах от фронтона дома, но по бокам здания, там, где виднелись разные пристройки и башенки, она подступала к особняку почти вплотную, местами на расстояние не больше десяти футов.

Лужайка перед домом, еще недавно подстриженная и ухоженная, была в полном запустении, кустарник помят, статуи опрокинуты, трава местами вытоптана… Часть стены проходила через сад, вокруг было много дохлых кроликов, словно кто-то решил их уничтожить. Детская площадка с разбросанными и сломанными игрушками была разорена. Деревянная лошадка, забытая в песке, нелепо разинула раскрашенную пасть.

Окна на первом этаже здания были забаррикадированы изнутри; оборванные занавеси цеплялись за наваленные кучей столы, стулья, снятые с петель двери и доски, которые использовали для заграждения. Стекла во многих окнах были выбиты, их осколки усыпали весь пол. Все двери были заколочены намертво.

— Давайте посмотрим, что в конюшнях, — предложил Спаркс.

Они пересекли двор и вошли в конюшню, находившуюся в конце подъездной дорожки, покрытой гравием. Двери были распахнуты; седла и упряжь висели на крючьях. В комнате конюха было чисто и тепло; две кровати аккуратно заправлены, на полках возле них стояли разные безделушки. На столе был чайник, чашка с недопитым чаем и тарелка с остатками пирога. Относительный порядок на фоне всеобщего разора и хаоса казался странным и пугающим. Спаркс толкнул дверь, ведущую к стойлам. Дверь со скрипом распахнулась; в конюшне никого не было.

— Вслушайтесь в эту тишину, Дойл, — сказал Спаркс. — Вы слышите что-нибудь?

— Нет, ни единого звука, — после минутной паузы ответил Дойл.

— Это в конюшне-то… — покачал головой Спаркс.

— Нет мух, — с некоторым беспокойством произнес Дойл, внезапно сообразив, какого ответа ждет от него Спаркс.

— И птиц нет, — добавил Спаркс.

Они двинулись вперед, открывая дверь в каждое стойло. Везде было пусто, хотя сохранялся характерный запах лошадей, находившихся здесь совсем недавно.

— Похоже, всех животных выпустили задолго до начала строительства, — сказал Спаркс.

— А некоторых оставили для подвоза бревен. По-моему, так, — заметил Дойл.

— Да, тяжеловозов, но потом и их отпустили. Хотя по крайней мере в трех стойлах лошади стояли и после сооружения стены, — размышлял вслух Спаркс.

Дверь в последнее стойло не открывалась. Жестом показав, что он намерен сделать, Спаркс поднял шпагу. Дойл, кивнув, вытащил из кармана револьвер. Отступив на пару шагов, Спаркс со всего маху двинул ногой в дверь. Створки широко распахнулись.

На соломенной подстилке ничком лежало тело человека, одна нога которого была нелепо вывернута внутрь.

— Спокойно, Дойл, — ровным голосом произнес Спаркс. — Этот тип уже не может причинить нам никакого вреда.

— Кажется, он упирался в дверь ногой, — пробормотал Дойл, опуская револьвер.

Они приблизились к трупу. На покойном были высокие сапоги, бриджи, рубашка и куртка — обычная одежда конюха.

— А это что? — спросил Спаркс, показывая на пол.

Соломенная подстилка была забрызгана сгустками какого-то странного вещества: оно было блестящим и слабо фосфоресцировало. Стены стойла были перепачканы им от пола до потолка. От трупа во все стороны тянулись следы того же загадочного вещества. Оно ничем не пахло, но что-то в этом серебристом веществе было такое, отчего к горлу мгновенно подступила тошнота.

— От тела тоже ничем не пахнет, — сказал Дойл. — Видно, оно не разлагается…

Спаркс рассеянно взглянул на Дойла, и оба склонились над трупом. Одежда на нем тускло поблескивала, покрытая той же дрянью. Переворачивая труп на спину, оба изумились, до какой степени легким, практически невесомым было это тело, но через мгновение поняли причину. Перед ними лежала мумия с пустыми глазницами, высохшая, словно листок, опавший с дерева.

— Вы видели когда-нибудь нечто подобное? — спросил Спаркс.

— Ну-у, если бы прошло лет двадцать… — неуверенно начал Дойл, внимательно осматривая мумию. — Я хочу сказать, если бы его специально сохраняли, то есть мумифицировали…

— А из этого типа жизнь будто высосали, — заметил Спаркс. — И всего за один миг.

Дотронувшись до крошечной ладони мумии, Спаркс тихонько сжал ее. Рука мертвеца рассыпалась в мелкую пыль, как рассыпается, выпустив в воздух серое облачко, высохший гриб-дождевик.

— Кто и как мог сделать это? — покачивая головой, спросил Дойл.

Позади них послышалось какое-то движение.

— Что-нибудь нашел, а, Барри? — спросил, не оборачиваясь, Спаркс.

— Вам бы лучше взглянуть на это самому, сэр, — ответил Барри.

Покинув конюшню, они последовали за Барри. Пройдя несколько шагов по двору, Барри показал на особняк. Из высокой трубы струился дымок.

— Появился минут пять назад, — сказал Барри.

— Значит, в доме кто-то есть, — заметил Дойл.

— Очень хорошо, — бодро проговорил Спаркс. — Позвоним в дверь и объявим о своем прибытии.

— И вы полагаете, что это правильно, Джек? — ошеломленно спросил Дойл.

— Весь этот путь мы проделали вовсе не для того, чтобы разочаровать хозяина дома, — как ни в чем не бывало произнес Спаркс.

— Но мы не знаем, кто находится внутри, Джек! — воскликнул Дойл.

— По-моему, есть только один способ выяснить это.

— Но все окна и двери забаррикадированы.

— Ну, для Барри это вовсе не преграда.

И Спаркс громко щелкнул пальцами. Приподняв, как обычно, шляпу, Барри бросился к дому, без особых усилий вскарабкался на стену, цепляясь, словно паук, за какие-то невидимые выступы, и буквально через минуту оказался на втором этаже. Вытащив из кармана небольшой ломик, он в мгновение ока открыл створки окна и, перевалившись через подоконник, исчез внутри дома.

С нарастающей тревогой Дойл нервно топтался на месте, пытаясь представить, что Барри мог увидеть в доме. Между тем Спаркс, не спуская глаз с двери, спокойно раскуривал трубку.

— Сейчас все станет ясно, — сказал он.

За дверью послышалось какое-то движение, по плиткам пола что-то заскрежетало, замок щелкнул, и входная дверь распахнулась. На пороге стоял целый и невредимый Барри, жестом приглашая их войти.

Столы и стулья, собранные по всему Топпингу, были беспорядочно навалены у входа, и теперь Барри сдвигал их обратно, предусмотрительно загораживая ими дверь. Огромный холл Топпинга был страшно замусорен; под ногами шелестели обрывки газет и еще каких-то бумаг. Тут же валялись осколки фамильного герба. Закупоренные окна не пропускали ни свежего воздуха, ни света, и от жуткой духоты у Дойла тут же разболелась голова. Двери в другие комнаты особняка были распахнуты, в них царил тот же хаос, что и в холле.

28
{"b":"106494","o":1}