ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Я еще не знаю, буду ли свободен, – солгал Дэниел. – Столько работы, что я скоро начну оставаться здесь на ночь.

– Тогда я с удовольствием присоединюсь к тебе, – подмигнула кукла.

Она всегда делала вид, что ей страшно нравится секс. Так ли это на самом деле? Дэниелу иногда казалось, что она всегда точно знает, в какой момент нужно застонать погромче и что сказать после того, как все закончится. Обычно она говорила следующее:

– Ты просто великолепен! – Голос глубокий и томный.

Или:

– О, Дэниел, это восхитительно! – Голос восторженный и томный.

А иногда и:

– Ты превзошел самого себя! Это неземное блаженство! – Голос страстный и... правильно, томный.

Только эти три фразы. Только такой тон.

У нее внутри кассета с записью?

– Я распоряжусь, чтобы здесь поставили диван поудобнее, – подмигнул ей в ответ Дэниел.

Да, кстати, куклу звали Энджела.

– За тебя, любимый! – сказала Энджела, дотрагиваясь до его бокала своим так, чтобы стекло лишь слегка звякнуло. Правила хорошего тона нужно соблюдать всегда.

– Почему за меня? – спросил Дэниел.

– Потому что ты самый замечательный мужчина на этой планете!

– С чего ты это взяла?

– Я знаю.

– Спасибо тебе, конечно, но только вот другие люди так совсем не считают, – ухмыльнулся Дэниел.

– Тебе нужно быть помягче, – сказала Энджела, изящно орудуя вилкой и ножом.

– По-твоему, я недостаточно мягок? – удивился Дэниел. – Я корректен, как никто другой.

– Ты говоришь людям неприятные для них вещи.

– Я говорю им правду.

– Зачем? Ведь они обижаются.

Дэниел сделал глоток вина и машинально отметил, что оно великолепно.

Еще бы, за такие-то деньги! – подумал он с усмешкой.

– Не думай о грустном, Энджела, детка, это вредно для здоровья, – посоветовал он. – Если им хочется обижаться – это их дело.

– Обещай мне, что ты постараешься исправиться, – умоляющим тоном произнесла Энджела.

Проделки моей матушки, решил Дэниел. Наверняка кто-то пожаловался на плохое поведение ее сына. А поскольку она уже не может отшлепать меня и поставить в угол – впрочем, она так никогда и не поступала, только читала нотации, – маман решила теперь действовать через Энджелу.

– Я постараюсь, – сказал Дэниел только для того, чтобы Энджела от него отстала.

– Дэниел, совсем забыла тебе сказать! Мы приглашены на свадьбу.

– О нет... И кто на этот раз решил покончить жизнь самоубийством?

– Как ты можешь! – воскликнула Энджела. – Это такой решительный шаг! Это так романтично!

– Так кто же?

– Марта Картер и Натан Сомерсвиль. Ах, у них такие трогательные отношения!

– Они трогательно относятся к деньгам друг друга.

– Дэниел, не будь таким противным! Они любят друг друга.

– Ну разумеется. – Дэниел допил вино и налил себе еще. Есть совершенно не хотелось. – Так что там еще говорила тебе моя мама?

Энджела оживилась, даже не заметив подвоха. Она сложила губы в прелестную улыбочку и отложила приборы.

– Она тоже приглашена на свадьбу и спрашивала, когда же и мы наконец решимся. Ирэн мечтает об этом.

– И что ты ей ответила? – спросил Дэниел с интересом.

Энджела вздохнула.

– Ах, я сказала то, что ты велел. Что мы поженимся, как только ты почувствуешь себя достаточно независимым в финансовом плане.

Это была идиотская отговорка. Дэниел имел столько денег, что мог бы стать многоженцем и не испытывал бы материальных затруднений. Энджела прекрасно знала об этом.

Представляю, каким тоном Энджела произнесла эту фразу! – подумал он. Мол, вот как открещивается Дэниел, а мне, несчастной, остается только ждать у моря погоды. Ну жди.

– Иногда мне кажется, что ты не любишь меня, – вдруг сказала Энджела, погрустнев.

Начинается! Придется ей срочно что-то купить, чтобы не ныла.

– Перестань, Энджела. То, что я пока не хочу устраивать нашу свадьбу, не означает, что у меня нет никаких чувств к тебе.

На мужчин давить нельзя, сказала себе Энджела. Мы пойдем другим путем.

– Я знаю, милый, – произнесла она и погладила Дэниела по руке. – Знаю, что ты любишь меня. Это глупые люди болтают невесть что.

– О, это меньшая из всех проблем. Мне плевать на то, что обо мне говорят.

– И твои родители...

– Тем более.

Просчиталась.

Дэниел бросил взгляд на наручные часы.

– Мы успеем в твой любимый бутик? У меня сегодня есть настроение сделать тебе подарок.

Все– таки не так уж и просчиталась! – возликовала Энджела. Чувство вины волшебным образом действует на Дэниела, хотя он и делает вид, что непробиваем.

По крайней мере, разговоры о свадьбе откладываются дня на три, радовался Дэниел.

– Мистер Карлетон, Филипп Леннокс требует вас к телефону.

Голос секретарши был бодрым, как весеннее утро. Дэниел даже позавидовал. Несмотря на то что он проспал больше восьми часов, его так и не покинуло чувство усталости.

– Соединяй, Сьюзен.

– Ну, как поживает мистер Злой язык? – послышался голос Филиппа. Этот человек был бодрым в любое время дня, даже если только что вернулся с вечеринки, затянувшейся на пару суток.

– Не скажу, что хорошо, но и не плохо, – ответил Дэниел.

– Я бы хотел забежать к тебе на минутку и отвлечь тебя от твоего дурацкого бизнеса.

Дэниел кинул взгляд на электронные часы в телефоне.

– Боюсь, не получится, Фил. Через час у меня встреча с потенциальными клиентами.

– Успеешь ты заключить очередную выгодную сделку. Неужели ты променяешь друга на работу?

– Увы, да.

– Я не верю! – Филипп сделал вид, что он в отчаянии. – У тебя просто плохое настроение, и именно поэтому ты говоришь такие ужасные вещи.

– Не ты ли пару минут назад назвал меня мистером Злым языком?

– Я пошутил.

– Не думаю.

– Так что? Мне можно заехать к тебе?

– Если не будешь путаться у меня под ногами и пообещаешь не сорвать сделку. Кстати, почему ты не на работе?

– Я оттуда... уволился, – неуверенно ответил Филипп.

– Хочешь сказать, что тебя оттуда вышибли? – безжалостно уточнил Дэниел.

– Пусть так, – согласился Филипп.

– Это уже в третий раз за полгода.

– Я ищу себя.

– Скоро не останется мест, где бы ты не оставил свой след. После этого тебе придется в поисках себя и работы уезжать в другой город. А еще лучше – в другую страну.

– Я знаю, что ты беспокоишься за меня, но не могли бы мы перенести этот разговор?

– Да, разумеется. Ничего иного я от тебя и не ждал. Давай быстрее, не то тебе придется стоять у закрытой двери.

– Буду через пару минут. Я звоню из телефона-автомата на первом этаже.

Дэниел положил трубку и рассмеялся. Филипп Леннокс много лет был его лучшим другом. Взбалмошный сын богатых родителей, которому предоставили полную свободу действий. Он сменил уже столько мест работы, что Дэниел потерял им счет. Фил жаловался, что не может найти себя, и это было правдой. Ни одно дело не занимало его надолго. На фоне этого «маленького» недостатка остальные минусы были почти незаметны.

Через пару минут, как и обещал, Филипп вошел в кабинет Дэниела.

– Хочу напомнить, что мы не говорим о моей бывшей работе.

– Да-да, конечно же. Так за что тебя уволили?

Филипп плюхнулся на вертящийся стул, повернулся к столу и нажал кнопку интеркома.

– Сьюзен, солнышко, не проявишь ли ты снисходительность к несчастному неудачнику? Не принесешь ли чашечку кофе? А лучше весь кофейник и пару... нет, десяток бутербродов. Я умираю с голоду.

Послышался игривый смешок Сьюзен.

– Я не знаю, как к этому отнесется мистер Карлетон.

– Неси, Сьюзен, – сказал Дэниел. – Все равно этот несчастный неудачник от тебя не отстанет. – Дэниел взглянул на сияющего Филиппа и предупредил: – Если ты попытаешься завести шашни и с этой моей секретаршей, я перестану быть твоим другом.

– Это еще почему? – удивился Филипп.

– Потому что прослеживается некая тенденция: как только ты заводишь роман с моей секретаршей, она тут же увольняется.

3
{"b":"106548","o":1}