ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Мысли Энн бродили в голове, словно оставшиеся без пастуха овцы на зеленом лужке. Вроде бы вот они, все на месте, все по счету, а собрать их вместе не получается: нет большой овчарки, которой достаточно один лишь раз еле слышно рыкнуть, чтобы стадо послушно сбилось в кучу.

Я ведь обидела Фредерика, бросила его одного посреди озера, он даже не сможет выбраться оттуда, ведь лодку я угнала. Он, наверное, с ума сходит от волнения, куда я делась, почему сбежала...

– Седрик Гроувер, я убью тебя! – звенящим от напряжения, злости, обиды и неизвестно еще чего голосом сказала Энн и бросилась к машине.

15

И вновь она жала на педаль, но на этот раз Энн не убегала, она возвращалась.

Ошибки, одни ошибки! – тревожно думала она. Это были самые ужасные недели в моей жизни. Сначала я обвиняю Фредерика во всех своих бедах, потом начинаю крутить роман с ним, дальше – больше: я начинаю верить бреду молодого безголового сыщика о маньяке, который спит и видит, как бы меня умертвить самой мучительной смертью; и, как финал моего личного сумасшествия, я из-за какой-то непонятной мне самой истерии решаю, что этот маньяк – Фредерик! Кажется, я разучилась мыслить логически...

Энн тяжело вздохнула и свернула к Виллидж-стоун. Да, она сорвалась, натворила дел, но расхлебывать эту кашу будет сама. И начать стоит с освобождения Фредерика. От одной только мысли, что он совсем один на острове посреди огромного озера, Энн становилось нехорошо.

Нарушая все мыслимые правила дорожного движения, Энн затормозила перед полицейским участком Виллидж-стоун и выскочила из машины. Если кто-то и может ей сейчас помочь, так только полиция.

– Опять вы? – удивленно спросил молодой офицер.

Энн помнила, что начальник называл его Джонсом. Вот только она не знала, имя это или фамилия. На всякий случай она решила не заострять внимания на этом вопросе.

– Мне нужна ваша помощь, офицер! – выпалила Энн.

– Но мы же уже вам помогли...

– Вы можете достать лодку? Мне срочно нужно на остров.

– Вас, леди, не поймешь! То вам срочно нужно с острова, так срочно, что вы среди ночи идете под дождем десять миль, то вам нужно обратно...

– На острове остался человек. У него нет лодки, нет никаких средств связи. Он же просто умрет с голоду! Сделайте быстрее хоть что-нибудь!

Энн в отчаянии заломила руки. В большей степени для того, чтобы не вцепиться в лацканы кителя Джонса и не начать его трясти, как щенка.

– Пятнадцать минут роли не сыграют, – спокойно сказал Джонс. – И потом, на острове есть тревожная кнопка. Если там что-то случится, мы об этом узнаем первыми.

– А вдруг он поскользнулся на камнях, сломал ногу и просто не может добраться до кнопки?

Воображение Энн, обычно вполне заурядное, за последние сутки разыгралось. Она ярко представила себе истекающего кровью Фредерика. Он почему-то сидел на пирсе, прижимал к себе раненую ногу и тоскливо смотрел вдаль: не появится ли там Энн с помощью.

– Не накручивайте сами себя! – попросил полицейский. – И потом, если вы уплыли с острова, лодка должна была остаться на берегу. Вот вернитесь и возьмите ее.

– Ой, и правда... – растерянно пролепетала Энн.

– Или вам нужно сопровождение?

– Нет-нет! Я сама!

Даже не попрощавшись, Энн выбежала из участка.

– Странная женщина, – пробормотал Бредборт, выходя из своего кабинета.

– Вот вы так всегда, сэр, сами отсиделись, а мне пришлось с ней общаться! – попенял ему молодой коллега.

– Когда займешь мое место, найдешь себе мальчика, который будет общаться с сумасшедшими. А пока я начальник, я могу себе позволить спрятаться в кабинете. И все же очень странная история...

– Может быть, нам стоит проведать мистера Стрейта, сэр? – предложил Джонс. – Кто ее знает, эту сумасшедшую?

– Не думаю, Джонс. Или я совсем ничего не понимаю в жизни, или... Мне кажется, нашему визиту они будут совсем не рады. Сумасшедшая женщина! – вновь повторил Бредборт, смотря, как на улице оседает пыль, но на этот раз в его голосе было какое-то странное восхищение.

Джонс удивленно посмотрел на своего начальника, но ради собственного спокойствия решил ничего не уточнять.

– Кстати, нужно будет выписать ей штраф за неправильную парковку. Любовь любовью, а правила движения нарушать не следует! – добавил Бредборт. – Вот и займитесь этим, Джонс.

Энн с радостью заплатила бы любой штраф, лишь бы быстрее добраться до Фредерика. Лихо развернувшись, она вылетела на дорогу к озеру и понеслась вперед, словно за ней гнался тот самый маньяк Сэм Короткая Стрижка. Энн даже не успела толком ничего понять, как оказалась возле озера. Только чудом ей удалось развернуть машину и не въехать в воду.

– Нет, я предпочитаю лодку, – пробормотала она и истерично рассмеялась.

В величавой сосновой тишине этот смех прозвучал жутко.

Энн вышла из машины и сразу же наткнулась на лодку. С огромным трудом ей удалось спихнуть лодку на воду и запрыгнуть в нее.

Сейчас Энн не могла понять, каким же чудом ей удалось добраться до берега в такую грозу, да еще и против течения. Она посмотрела на весла и покачала головой, расстраиваясь, что отказалась от сопровождения: по крайней мере, было бы кому грести. Но делать было нечего. Энн взяла весла и неуклюже, обдирая тонкую кожу на ладонях, принялась грести к острову.

Она ежесекундно оглядывалась, надеясь, что уже скоро, уже вот-вот она будет на острове, найдет Фредерика и все-все ему объяснит! Но земля, словно насмехаясь над ней, приближалась, как в замедленной съемке.

Наконец причал стал четко различимым, и Энн увидела на нем одинокую фигуру в ореоле золота: солнце садилось за спиной Фредерика. Приложив ладонь козырьком к глазам, он всматривался в даль. Энн вскочила на ноги и неистово принялась махать ему руками. Лодка расшаталась, и Энн оказалась в воде.

Тысячи ледяных иголок впились в ее тело, разрывая его на части, замораживая, обездвиживая. Блеклое серебро плескалось над ее головой, отражаясь в серых глазах. Энн дернулась вверх, туда, где нет холода, где ласково светит солнце, где на причале ее ждет Фредерик. Но вода была слишком холодной даже для середины апреля.

Энн чувствовала, как сознание оставляет ее, уходя куда-то в серебристую мглу.

Последнее, что помнила Энн, был сильный рывок, а затем лишь серебристое мерцание.

Теплое солнышко согревало Энн. Вокруг щебетали птички, и легкий ветерок играл с высыхающими прядями. Можно было считать себя вполне довольной жизнью, вот только острый камешек больно впивался в лопатку. Энн поморщилась и попыталась передвинуться, но камешек был хитрее – он перекатился вместе с Энн. Тогда она тяжело вздохнула.

Придется вставать и убирать этот чертов камень! А я так славно загораю...

– Кажется, ты очнулась!

Энн вздрогнула, услышав голос Фредерика.

– Что значит очнулась? – попробовала сказать она, но смогла лишь хрипло выдохнуть: горло саднило так, будто его несколько часов тщательно чистили наждачной бумагой.

– Не говори ничего! – попросил Фредерик. – Сейчас я тебя перенесу в дом, дам выпить чего-нибудь горячего, и тебе станет лучше.

Энн не возражала. Сейчас ей хотелось только подчиняться; думать, а тем более вспоминать сил не было. Она знала одно: рядом Фредерик, а он знает, что нужно делать. И вновь серебристая завеса опустилась на глаза.

На этот раз солнышко уже не светило, но Энн было тепло: она почувствовала обнаженной кожей колючий плед.

– Ну вот, как бы нам все же не пришлось вызывать службу спасения! – В голосе Фредерика слышалась озабоченность. – Энн, если ты меня слышишь, кивни.

Энн медленно кивнула.

– Что произошло? – прохрипела она.

– Ты ничего не помнишь?! – На этот раз в голосе была не просто озабоченность, а самый настоящий страх.

Энн лишь помотала головой из стороны в сторону.

27
{"b":"106578","o":1}