ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Что мне делать? Зачем оперировать живой труп?

— Послушай свою совесть, ты можешь послать Манцура к черту, заболеть й не прийти завтра. Или сделай глубокий вдох и скажи ему правду, ты шеф-резидент, он ничего тебе не сделает. В любом случае, через несколько месяцев ты покидаешь госпиталь.

— Доктор Зохар, я разговаривал с ним, он ответил: «Майк, ты неправ, эта аневризма может разорваться, операция необходима». Он настоящий псих.

— Согласен с тобой, но это больше не моя проблема, иди к руководителю. Счастливо развлекаться, Майк.

Лифт снова пуст, я несколько раз пнул ногой в стену, хорошо, что в лифте нет камеры видеонаблюдения, если так будет продолжаться, я выведу его из строя.

Глава 11. Расследование

То, что мы называем опытом, часто является чудовищным списком жутких ошибок.

Чалмерз Да Коста (1863–1933)

Май 1999 года

Было уже восемь тридцать утра, когда Манцур вошел в аудиторию, раньше на М&М конференцию он никогда не приходил, если вообще считал нужным явиться. Он медленно прошел по проходу к своему месту в центре второго ряда сразу позади председателя. Сегодня он был одет консервативно. Когда он шел мимо меня, я уловил аромат Па-ко Рабанн, такой сильный, что, наверное, и студенты-медики на другой стороне аудитории почувствовали запах.

Неизменная маска восточного спокойствия скрывала отвратительное настроение Манцура. У него все еще ныли зубы после восстановительной стоматологической операции, сделанной на прошлой неделе. Кроме того, Сил-верштейн сообщил ему новость о смерти их пациента с аневризмой абдоминальной аорты. Впрочем, хирургу не обойтись без смертельных исходов, такова профессия. Более всего его беспокоила другая неприятность. Рано утром ему позвонил Альберт Фарбштейн и сообщил, что ОНПМД запрашивает пятьдесят восемь историй болезней его пациентов, что бы это значило? До сих пор он не имел дел с властями. Пятьдесят восемь историй, зачем они им понадобились, кто за всем этим стоит? Надо искать причину интереса к его персоне и предупредить Сорки!

Резидент Мошеш представлял операцию Сорки, Вайн-стоун был как всегда рядом и внимательно слушал. «Он не должен отчитывать Сорки, — подумал Манцур, — мир, достигнутый в итальянском ресторане, очень хрупок, особенно после истории с Яссером».

— Представляемая пациентка — женщина семидесяти четырех лет, с доказанными метастазами рака прямой кишки, в состоянии после химио- и радиотерапии, страдающая рецидивирующими ректальными кровотечениями. Компьютерная томография показала множественные метастазы в обеих долях печени, асцит и множественные метастазы в брюшной полости.

— Мы можем посмотреть снимки КТ? — попросил я достаточно громко, чтобы все в аудитории услышали меня.

— Пожалуйста, покажите нам КТ, — велел Вайнстоун. Невысокая индианка, радиолог, установив пленку в проектор, заговорила с заметным мадрасским акцентом:

— Эта томограмма брюшной полости была сделана дооперации, вы можете четко видеть множественные поражения, они диффузно диссеминированы в обеих долях печени, предполагается запущенный процесс. Наблюдаетсябольшое количество свободной жидкости возле печени ипросвета кишок.

Радиолог сменила пленку и продолжила:

— Ближе к тазу просматривается асцит, а вот здесь большая опухоль прямой кишки, которая прорастает в стенку таза.

— Спасибо, — сказал Вайнстоун и повернулся к Моше-шу. — Пожалуйста, продолжайте, опишите ваши дальнейшие действия.

— Была выполнена открытая лапаротомия, выявлено около одного литра асцитической жидкости. Опухоль прямой кишки была фиксирована к прилегающим структурам и оказалась нерезектабельной, поэтому толстая кишка была пересечена проксимальнее опухоли, дистальныи конец заглушен, а проксимальный выведен в виде колостомы. Послеоперационный период осложнен прогрессирующей печеночной недостаточностью, приведшей к смерти пациентки на двадцать шестой день.

Мошеш поднял глаза и посмотрел в зал.

В аудитории повисло тягостное молчание, все присутствующие понимали, что пациентка была буквально нафарширована раковыми метастазами, а операция только ускорила ее смерть. Сорки помог ей убраться на тот свет, хорошо подзаработав на этом. Я изо всех сил сдерживался и мысленно давал себе слово не выходить за рамки общепринятого поведения.

— Будут ли комментарии? — поинтересовался Еайн-стоун.

— Я не вижу никаких показаний к операции! — выкрикнул я вопреки лучшим намерениям (если все молчат, надо же кому-то начинать). — Хирург, как и мы, видел КТ и знал еще до операции, что несчастной пациентке ничем уже не поможешь, зачем же операция?

Манцур внимательно вглядывался в меня, он не удивился бы моей причастности к запросу ОНПМД.

— Доктор Сорки, — сказал Вайнстоун, — вам слово. Сорки был настроен воинственно, слишком много его операций рассматривается в последнее время. Ему не понравился мой вопрос. Почему он, председатель Медицинского правления, должен глотать эту чепуху? В его ответе звучало неприкрытое раздражение:

— Господин председатель, я не желаю отвечать на комментарии уважаемого коллеги, ему следовало более внимательно слушать представление случая. Показанием к операции было ректальное кровотечение, разве это непонятно?

— Какое кровотечение? — парировал я с азартом игрока, отбросившего все сомнения в сторону. — Несколько капель крови за сутки? — Словно шахматный игрок, я думал на несколько ходов вперед и знал как съесть короля Сорки. — Мошеш, пожалуйста, посмотрите историю болезни, сколько порций крови было перелито больной до операции, и какой у нее был гемоглобин?

Мошеш вопросительно посмотрел на Вайнстоуна, историю болезни обычно приносят на патанатомическую конференцию и никогда не исследуют публично. Утверждения и заявления хирургов всегда принято принимать на веру. Вайнстоун на секунду растерялся, он оказался под перекрестным огнем, придется нарушить традицию и докопаться до истины.

— Посмотрите историю болезни! — скомандовал он. Мошеш начал не спеша перелистывать страницы толстой истории болезни.

— Гемоглобин до операции был двенадцать и три. Трансфузии? Давайте посмотрим трансфузии. Я здесь невижу ни одной записи о переливании крови пациентке напротяжении указанного периода.

— Доктор Раек, ваше мнение? — спросил Вайнстон. Малкольм Раек прокашлялся.

— Доктор Вайнстоун, — он мельком взглянул на Сорки, — мне кажется, было ошибкой оперировать эту пациентку, страдавшую от генерализированного карцинома-тоза брюшной полости. Даже если бы у нее было кровотечение, источник кровотечения нельзя было удалитьна операции. Мне непонятно, как проксимальная колос-тома могла значительно повлиять на кровотечение, которого фактически и не было…

Сорки напрягся. «Раск сошел с ума? Анаболиков обожрался или виагры? Как смело заговорил». Он покраснел.

— Доктор Раск, что вы говорите! Вы же образованныйхирург, один из ведущих преподавателей резидентуры.

Сорки насмешливо улыбнулся и осмотрелся кругом, позволяя почитателям прочувствовать остроту момента. Но его уверенный тон никого не обманул, он был взволнован, и все это заметили.

— Я убежден, что вам знаком термин «паллиатив-ность», опухоль этой пациентки кровила и она была прооперирована паллиативно. Не могу объяснить, почему история болезни не содержит отметок о переливании крови, история может быть подчищена.

Раск продолжал настаивать на своем.

— Доктор Сорки, вы говорите неправду, операция быласерьезной ошибкой, а заявление о массивном переливании крови оказалось ложным. Как выясняется, вы предоставили на конференцию ложную информацию.

Сорки вскочил с места будто ужаленный и закричал:

— Доктор Вайнстоун. прекратите немедленно эти необоснованные обвинения! — Он с возмущением метнулвзгляд на Раска и на меня. — Вы можете думать чтоугодно, а я взрослый человек и отвечаю за свои слова. Доктор Вайнстоун, вы как председатель конференциидолжны пресекать такие обвинения. Я могу оперироватьтак, как считаю нужным. Все здесь, — он указал на группу частных хирургов, — подтвердят это.

33
{"b":"106588","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
В постели с Райаном
Словарь для запоминания английского. Лучше иметь способность – ability, чем слабость – debility.
Час Быка
Гении и аутсайдеры: Почему одним все, а другим ничего?
Тайная опора. Привязанность в жизни ребенка
Лунное искушение
Думай иначе. Креативное мышление
НИ СЫ. Восточная мудрость, которая гласит: будь уверен в своих силах и не позволяй сомнениям мешать тебе двигаться вперед
Ты знаешь, что хочешь этого