ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– О, не волнуйтесь. Ничего особенного. Я уже привык.

В двенадцать тридцать баронесса фон Ройбах спустилась в холл гостиницы, где ее уже ждал Резников, и подписала доверенность Доминику Перье на осмотр тела ее мужа. Резников передал бумагу водителю, и они с баронессой прошли в ресторан.

– Это какой-то кошмар, – возмутилась Эмилия, знакомясь с меню. – Не ресторан, а какая-то забегаловка. Даже свежих устриц нет.

Резников согласно кивал головой. Всем своим печальным видом он разделял беспокойство о состоянии дел в отечественной ресторанной индустрии. Вообще он решил следовать тактике соглашательства и баронессе ни в чем не перечить. Так что отсутствие устриц чрезвычайно его огорчило.

– А вы знаете, мы нашли ваших родственников, – поделился Резников.

– Российских родственников?

– Да, потомков Елены Каратаевой.

– Ну и что они? – вяло спросила баронесса. – Живут, небось, в нищете и хотят поживиться за наш счет?

– Да нет, это генеральская семья, и живут они вполне обеспеченно.

– Вот как? – заинтересовалась Эмилия.

– Да. Лидия Арсанова, ваша внучатая племянница, замужем за генералом Николаем Арсановым. А старший Арсанов, его отец, занимал очень высокий пост в Генеральном штабе. Они очень сочувствуют вашему горю и приглашают вас к себе в гости на дачу в пятницу.

– Дачу? Это такой лесной домик?

– Ну, о даче Арсановых я бы так не сказал. Скорее большая вилла. Под Москвой. Лида глубоко сожалеет, что им не удалось познакомиться с вашим мужем. Может быть, если бы он к ним обратился, то и несчастья удалось бы избежать.

– Вы знаете, сугубо между нами, – баронесса заговорщически наклонилась к Резникову, – но сожалеть им особенно не стоит.

Резников изумленно посмотрел на Эмилию. Она с удовольствием наблюдала за произведенным эффектом.

– Мы с Александром не живем уже больше десяти лет. Наш брак чисто формальный. Он, как бы это выразиться, не отказывал себе в удовольствиях вне брака. Нет, вы не подумайте, я вовсе не ханжа, да я и сама не без греха, – тут баронесса одарила работника прокуратуры пронзительным взглядом, – но есть же какие-то рамки, за которые просто нельзя выходить порядочному человеку. Вы согласны?

– Да, конечно, – поспешил согласиться Резник. – Рамки должны быть обязательно.

– Для Александра никаких рамок не существовало. Ему ничего не стоило появиться в обществе с публичной девкой. Один раз он вообще притащил на прием к герцогу Виттенгофу целых три девицы. В конце концов, ему просто стали отказывать от дома.

– Боже мой, мадам, сколько вам пришлось вынести…

– Да, он никого не слушал. И с этим каратаевским наследством. Сколько раз я ему говорила: не лезь ты в это дело. Но разве его остановишь? Закусил удила. Это и мое наследство, мы, Ройбахи, в родстве с Самариными. Вот и лежит теперь в морге. Родственник.

– А что, он действительно имел права на наследство?

– Чисто номинально. Какой-то Ройбах женился в позапрошлом веке на какой-то Самариной. Самарины были чрезвычайно состоятельной семьей, а Ройбахи всегда охотились за богатыми невестами. А ценности так называемого наследства бригадира перешли к Каратаеву от Самариных.

В дверях ресторана показался Перье.

– О боже, Доминик, ты его видел?

– Да, все в порядке, Эмилия, я выполнил все формальности.

– Его сильно изуродовали?

– Нет, очень аккуратная дырочка.

– Как ты можешь? Несчастный Александр, такой доверчивый и такой беззащитный. Надо быть последним извергом, чтобы поднять руку на такого безобидного человека, как он!

Баронесса встала, достала платок из сумочки, промокнула глаза и вышла из зала.

– Бедняжка, как она страдает! – посочувствовал Резников.

– Не принимайте близко к сердцу страдания баронессы, – посоветовал Перье. – Она наследует состояние Ройбахов, которое может утешить в любом горе. – И неожиданно подмигнул собеседнику.

В среду после обеда Розуму позвонил Камолин:

– Здорово, командир. Есть новости. Наш клиент Панин прилетает в четверг утром в Москву.

– Надолго?

– До воскресенья. Он должен быть в Брюсселе на похоронах Ройбаха.

– Какая программа?

– Ну, он хочет прежде всего поддержать баронессу. И еще изъявил желание встретиться с российскими родственниками.

– Вот как? Ну что ж, это мы ему поможем устроить. Что-нибудь еще?

– Он очень интересуется, с кем контактировал Ройбах в России, и запросил у нас охрану на время пребывания в Москве.

– Понятно, спасибо.

Владимир Георгиевич Панин посетил номер баронессы в гостинице «Палас» сразу же после прилета в Москву.

– Ах, Владимир, – воскликнула Эмилия, – я знаю, что виновата!

– Я только не понимаю, почему за твою взбалмошность и жадность Саша должен был расплатиться своей жизнью?

– Пожалуйста, Владимир, мне и так тяжело. Давай отложим наши выяснения на потом?

– Эх, всыпал бы я тебе, – почти мечтательно проговорил Панин.

– Оставь свои вульгаризмы, – возмутилась баронесса. – В конце концов, нас тут могут подслушивать.

– Кто? – удивился кузен.

– Чекисты, кто еще? Ты не представляешь, как они меня запугивали.

– Зачем ты им нужна?

– Ну как ты не понимаешь? – Эмилия перешла на шепот. – Они боятся, что я их выведу на чистую воду. И им придется отвечать за убийство Александра.

– Как же ты их собралась выводить на чистую воду?

– Ты, конечно, уверен, что я круглая дура и ни на что не способна?

– Ну, есть такие подозрения, причем не лишенные определенных оснований, – признался кузен.

– Так вот, – торжественно объявила Эмилия, не обращая внимания на колкости брата, – я знаю, у кого архив Каратаевых.

– Да? У кого?

– У некоего Кардашева, – шепот Эмилии стал почти неразличимым.

– А он что, чекист? – уточнил Панин.

– Да нет, – отмахнулась баронесса с досадой. – Хотя вполне может быть. Он заманил Александра в Россию, взял деньги за архив и убил его, чтобы замести следы.

– Так Ройбах приезжал, чтобы выкупить архив Каратаевых у Кардашева? – переспросил граф.

– Ну конечно, – подтвердила Эмилия. – Я вчера звонила этому Кардашеву и сказала ему, что он очень пожалеет, если не отдаст нам архив.

– Да ты с ума сошла! – вскричал Панин. – Зачем ты ему звонила? Боже мой, ты хочешь, чтобы нас всех отсюда отправили в цинковых гробах? Вот что, дорогая, если ты хочешь, чтобы я тебе помог, будь любезна не предпринимать ничего без моего согласия. А лучше вообще ничего не предпринимай. Ты уже сделала все, что могла. Это ясно?

– Ну вот, ты опять начинаешь злиться. – Голос баронессы опять стал плаксивым. – Неужели нельзя воздержаться хотя бы до похорон Александра?

– Когда придет Перье? – спросил Панин, не обращая внимания на слезы сестры.

– Он должен быть с минуты на минуту.

Перье появился в сопровождении Резникова и следователя прокуратуры по особо важным делам Арсения Синельникова. Видимо, в прокуратуре убийство Ройбаха взяли под особый контроль. Представившись, следователь достал папку и маленький диктофон:

– Госпожа фон Ройбах, мне необходимо допросить вас по факту убийства вашего мужа барона фон Ройбаха. Мы были бы вам очень признательны, если бы вы сочли возможным предоставить нам сведения, необходимые для следствия.

– Его убили чекисты, разве это не понятно?

– Да, мадам, конечно, мы проверяем эту версию тоже, – невозмутимо подтвердил следователь.

Баронесса гордо взглянула на Панина. Надо отдать графу должное, на его лице не дрогнул ни один мускул.

– Какова была цель приезда господина Ройбаха в Россию?

– Барон был чрезвычайно сентиментальный человек. Его тянуло в страну, где родились его предки. Он всегда считал себя русским. Разговаривал по-русски практически без акцента, хотя никогда не жил в России.

– Вы тоже говорите по-русски превосходно, – сделал комплимент Синельников.

18
{"b":"106607","o":1}