ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Артемову предстоял телефонный разговор с начальником разведки. И он набросал на листе бумаги доклад в стиле рапорта; по привычке фамилии писал заглавными буквами.

«В ходе оперативных мероприятий выяснилось следующее. 5 ноября 2008 года в Гори на автомашине ВАЗ-21099 прибыли полковник госбезопасности Грузии Джемал ШАВХЕЛИШВИЛИ и специальный агент ЦРУ Гвидо ТЕРОН. Наблюдательной группой был зафиксирован факт посещения ШАВХЕЛИШВИЛИ и ТЕРОНОМ «Филиала». Цель их визита в Гори неизвестна. Но нас заинтересовал следующий момент. Начальник «Филиала» АШУБА в помещении парикмахерской передал ШАВХЕЛИШВИЛИ пакет, по всей видимости, с документами (при передаче прозвучали слова «карта Гори» и «как вы просили»). По тому, при каких обстоятельствах была передана карта, можно судить о срочности и важности этого документа. Эти и другие факты позволили нам предположить следующее: ШАВХЕЛИШВИЛИ и его куратор из ЦРУ форсируют мероприятия в Гори, и они могут быть связаны с убийством министра обороны КВИРИКАШВИЛИ. Это подтверждают и косвенные доказательства.

В связи с вышеизложенным, операция, возложенная на нашу группу, качественно уже не удовлетворяет первоначальным потребностям. Доведенная до логического завершения операция (ликвидация ШАВХЕЛИШВИЛИ) – с учетом того, что ТЕРОН от поставленной перед ним руководством ЦРУ задачи не откажется, то планы ЦРУ, приоткрытые для нас сейчас, дальше будут проходить в ином, более жестком и скрытом режиме.

С учетом «срочности и важности» намерений ЦРУ и МГБ предлагаю:

первое: отказаться от плана ликвидации ШАВХЕЛИШВИЛИ.

второе: предпринять ряд шагов для выяснения планов ЦРУ в Гори».

Михаил Васильевич еще раз прочитал рапорт, дал ознакомиться с ним Марковцеву. Тот сказал: «По мне, так слишком много бюрократии».

По крайней мере, два места вызывали у него вопросы. И он озвучил свои мысли:

– Где косвенные доказательства, связанные с убийством министра обороны?

– Они называются предположениями, – ответил Артемов. Он выразил их в качестве сравнения с выпечкой горячих пирожков: Шавхелишвили не успел остыть от одного задания, как его бросают на другое. Он продолжил вслух: – Как будто лимит на полковников в силовых органах Грузии исчерпан. И вот вопрос, Сергей: новое задание более или менее ответственное, чем устранение министра обороны?

– По логике... более ответственное.

– Правильно. Потому что убийство Квирикашвили – лишь начало большой игры. Потому что с менее приоритетным заданием справился бы и менее авторитетный сотрудник госбезопасности. И еще какой вопрос вызвал у тебя сомнения?

Марковцев подчеркнул ногтем последний пункт в рапорте, где Артемов предлагал предпринять ряд шагов. То есть по месту, на его усмотрение.

– Я беру ответственность на себя, не задумываясь о том, ценит ли начальство это качество в своих подчиненных, или не ценит. В общих словах.

– Значит, всю ответственность ты берешь на себя, – покивал Марковцев. – Ты очень ответственный парень, Михаил Васильевич. А про меня ты не забыл?

– Я точно знаю, какой ответ услышу на свои предложения. Они прозвучат в следующем стиле: «Действуйте по обстоятельствам и на свое усмотрение». Действуйте – во множественном числе. Действуйте, товарищ Артемов и товарищ Марковцев.

– А если мы провалим дело?

– Лавровый лист, он и в супе лавровый лист, – ответил Артемов. – Это нехитрая кухня.

Выйдя на связь с начальником управления, Михаил Артемов «шпарил по написанному» со вставками в свободном стиле. Он буквально разжевал все по пунктам...

* * *

Генерал Ленц только что позавтракал. Звонок Артемова застал его за чашкой чая. Он слушал его доклад, помешивая чай ложечкой, стараясь не шуметь. Чтобы понять, что он не в восторге от доклада Артемова, ему следовало дослушать того до конца.

Перебирая в голове все политические убийства в Грузии, которые грузинское руководство на скорую руку маскировало под несчастные случаи, а зачастую откровенно махало на маскировку рукой, – Ленц не мог не отметить события шестилетней давности. Утром 25 февраля 2002 года секретарь Совета национальной безопасности Грузии Нугзар Саджая совершил самоубийство в здании Госканцелярии. Сразу после инцидента в Госканцелярию был закрыт доступ для журналистов. Кто такой Саджая? Он и руководитель госдепартамента разведки Автандил Иоселиани «спланировали все громкие политические убийства в Грузии. В частности, они организовали убийство экс-президента Звиада Гамсахурдиа, лидера Национально-демократической партии Грузии Георгия Чантурия и других. Они же «сфабриковали несостоявшийся теракт против президента». Незадолго до своей смерти Саджая встречался с директором ФСБ России Николаем Патрушевым. На встрече обсуждались вопросы совместной борьбы с террористами, укрывающимися в селах Панкиси. Обсудили...

Косвенные доказательства указывали на Гвидо Терона как на планировщика некоторых убийств.

Почему Ленц вспомнил о секретаре Совета нацбезопасности Грузии? Потому что он, по большому счету, был исполнителем, а исполнителей, как загнанных лошадей, пристреливают. Он не пожалел о своей горячности, когда дал Артемову задание устранить Джемала Шавхелишвили. Последнего тоже ждет пуля. Он кончит плохо, и это не будет считаться возмездием. Вот в чем причина. Но на душе у генерала потеплело. Как раз в тот момент, когда Артемов в своем докладе добрался до конца.

Он засомневался только в одном и озвучил свои мысли:

– Правильно ли ты поступаешь, засовывая руку в мясорубку?.. Для операции, поменявшей качество кардинально, сил твоей группы маловато.

– Мы только в начале нового пути, – акцентировал Артемов. – Думаю, нам представится возможность запросить помощь.

Ленц развеял его сомнения:

– Действуйте на ваше усмотрение.

И голос его прозвучал с интонациями Брежнева-Хазанова: «Правильной дорогой идете, товарищи».

* * *

В этот же вечер Артемов встретился с Сосо и спросил его:

– В Гори есть загородные виллы министров, высокопоставленных чиновников Грузии? Что-нибудь слышал об этом?

– Самые крутые виллы смотрят на море, – ответил Сосо. – А здесь моря нет.

– Здесь замышляется что-то серьезное. Возможно, с подставой. Как в случае с министром обороны. Я пытаюсь найти причины, которые снова свели вместе Гвидо Терона и Джемала Шавхелишвили, привели их в Гори. Читал книгу Платова «Секретный фарватер»?

– Давно, – подтвердил Сосо.

– В книге есть такие строки: «Там, где появляется «летучий голландец», война получает новый толчок». Сегодня «летучий голландец» – ЦРУ. Оно проявило интерес к Гори. Что стоит за этим? Мы можем строить догадки неделю, две. Но как бы не опоздать. Поэтому шаги, которые нам рекомендовали, будут радикальными. Что ты на это скажешь, Сергей?

Марковцев пожал плечами.

– Ты у нас Генштаб.

– Понятно. Ты хорошо знаешь город?

Этот несуразный вопрос он адресовал Сосо, местному жителю. В этой связи Марковцеву вспомнился эпизод из какого-то фильма: «Значит, вы и ваша жена живы?»

– Да, – кивнул Сосо. – Что нужно сделать? За кем-то проследить?

– Именно это я и хотел тебе поручить. Подразделением спецназа «Филиала» руководит полковник Ашуба. В идеале мы хотели бы получить его адрес и сопутствующие детали.

Сосо, добывая и обновляя информацию на личный состав «Филиала», понимал важность этой работы. Информация такого рода была приоритетной для добывающих органов любой спецслужбы. Фактически, он пробивал защиту «Филиала», а та находилась на очень высоком уровне. Образно говоря, защита представляла собой совершенные замки, двери и окна. Но при ветхих стенах здания такие меры защиты были бесполезны. Так, информация о полковнике Ашубе нашла выход через его семейные дрязги. По сути дела, он был скомпрометирован. Соседи – это всегда глаза и уши, и неважно, какова высота соседского забора.

Артемов, выслушав Сосо и обменявшись взглядом с Марковцевым, спросил:

22
{"b":"106622","o":1}