ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Потом Бамбук падал на пол, и танцоры выделывали над ним странные инопланетные манипуляции. А Бамбук приходил в себя, чтобы снова запеть в следущем трэке — последнем. Катька в это время начинала уходить со сцены. Катька любила работать — на время выступления неприязнь, подозрения и затаенные обиды, какие подспудно тлели в группе, улетучивались, превращая «Роботы» в приют невинных ангелов.

Первый раз, конечно, не бывает без сбоев. Странно, всех спокойнее себя чувствовал Эдик. Будто он всю жизнь провел на сцене. А братьев танцоров заклинило. Они протанцевали в первом куплете одну фигуру четыре лишних раза, но во-время поправились. Стрельцова уже заняла свое место в луче, который обозначал портал, (через который они все исчезали назад в подсобку — выглядело эффектно — будто телепортаха в стрелялке). Восьмиугольная площадка повернулась, открыв перед Катькой стеклянный шлюз и загорелась ярким ультрафиолетом, Катька шагнула туда, и механизм, поворачиваясь вокруг оси, поехал наверх.

Выйдя из кабинки в коридор, Катька утерла пот с размалеванного лица, чувствуя что-то похожее на усталось после крепкого оргазма. Вернувшись в гримерку, она плюхнулась в кресло и закрыла глаза. Все-таки устаешь. Хотя и прет, но устаешь. Как секс. Прет, но устаешь.

Болезнь называется «Робот»

В реал Марго вернулась уже в машине. Она ничего не помнила. Вообще ничего. Первое мгновение она даже не помнила как ее зовут. Только смутные лица инопланетян все еще плавали фантомами на сетчатке глаз и казались обрывками сна.

Андрэ сосредоточенно вел «БМВ» по ночному шоссе. Низкие домики пригорода еле угадывались в темноте. Марго расслабленно болталась на переднем сидении из стороны в сторону и пыталась хоть как-то собрать раздрызганные мысли. Она отчетливо понимала, что многое из того, что она видит, ей только кажется, но не могла выбрать — что.

В руках была какая-то грязная салфетка. На сером обволоке, что висел над Парижем, метались бледные следы прожекторов — дискотеки несли свою ночную вахту.

— И там полно роботов, — пробормотала Марго, еле шевеля губами.

Но ее никто не услышал и ей никто не ответил.

БМВ несся, как остервенелый. И опять волна светофоров встречала их зеленым огнем. Только один раз они попали на красный и чуть не врезались в бочину какой-то дешевой тарантайке, но все обошлось. Ни царапины.

— Ну т-ты! — ухнул испуганно Поль с заднего сидения.

— Ерунда! — усмехнулся Андрэ Бретон и снова заложил лихой вираж.

— Куда мы едем? — встрепенулась Марго.

— Катаемся!

Вскоре в заднем стекле БМВ замаячила полицейская машина.

— Ну вот! — загундел Поль. — Какого черта! Сейчас мы влипнем!

— Ты трус, поль! — ухмыльнулся Андрэ Бретон и добавил еще газку.

Неожиданно произошло необъяснимое событие. Ветер подхватил с тротуара кусок газеты и, развернув его, швырнул прямо в лобовое стекло полицейским. БМВ на полном ходу вошел в поворот на эстакаду, и что было с фараонами дальше, осталось тайной во мраке ночи.

Через полчаса компания уже была на набережной у Нотр-Дама.

Огромный корабль собора, казалось, медленно двигался в темноту, навстречу бурной воде Сены. Горгульи и химеры щурились на Луну, скользящую сквозь дрань облаков — ветер начал растаскивать их к утру. БМВ остановился на набережной рядом с собором.

Поль успокоился, и теперь они с Максом распевали арию Кваземодо из мюзикла «Нотр-Дам». Макс пытался время от времени поцеловать Поля, но тот отпихивал лицо приятеля руками и ныл.

— Ну что ты! Макс, ну прекрати! Как все это неинтеллигентно.

— А интеллигентно было с членом наперевес по залу бегать? — укорил Макс.

— Ну не надо! Я люблю женщин! Не приставай ко мне! — стонал Поль. — Я же бегал за девушкой, а не за тобой.

— Вообще, конечно, дали вы дусту! — сказал Андрэ. — Боюсь, мой счет в банке сильно полегчает.

— А я так и не понял, — возмутился Поль. — Почему мы так рано уехали? Такая клевая группа там была… Я так хотел посмотреть.

— Да ты все посмотрел! Это была последняя песня, — проворчал Гитлерюгенд.

— А разве там была группа?! — удивилась Марго. — Странно! Почему я ничего не знаю?

— Потому что ты вела себя кое-как, — буркнул Андрэ.

Марго открыла дверцу и выпала из машины. Она не знала, зачем она это сделала, но разве роботы должны знать причины всех своих поступков?

Стояла она с трудом. Ноги подгибались, все тело ныло и дрожало.

— Умойся, — сказал Андрэ и повел ее с ступенькам вниз. — Где ты так извозилась, Марго?

— Не помню, — механически ответила та, и это была правда.

Она сильно мучалась об этих провалах в памяти. И остальное замечала плохо. Она была уверенна, что заболела от употребления травы. Многие курят ее всю жизнь — и ничего, а она вот…

Внизу, у воды, они остановились. Андрэ закурил. И ветер красиво относил сизый ароматный дым и играл черными локонами репортера. Бретон пристально смотрел Коше прямо в лицо, обжигая равнодушием и холодом — так смотрят на простых граждан большие начальники и менты, и она опустила глаза и стала рассматривать руки. В чем же она испачкалась? В голове по-прежнему была пугающая пустота.

Клубника… Неужели так и не отмыла руки? Да нет… Стояла же около раковины. Это кровь… Что-то с кровью… Что-то связанное с кровью…Что это за салфетка?

— Ты все еще не избавилась от нее? Правильно! — сказал Андрэ и, забрав из рук Коши почерневшую бумажку, чиркнул зажигалкой. Огромный ослепительный мотылек заполыхал и канул в мутных волнах Сены.

— Как странно-то! — воскликнула Марго. — Почему же я ничего не помню?

— Совсем ничего?

— Совсем…

Марго снова покрутила руками, стараясь рассмотреть их в свете выскользнувшей из-за туч Луны.

— Может быть ты пила что-то сладкое? Вспомни!

— Не знаю… — вздохнула Марго. — Я не помню, как оказалась в туалете.

— В туалете?

— Ну да, — задумалась Марго. — Я уверенна, что была в туалете. Но почему-то не помню, ни как я туда попала, ни как я оттуда… Как я оказалась в машине?

Марго посмотрела в глаза Андрэ, ища сочуствия, но наткнулась в них на жестокий холод. И ей показалось, что она куда-то падает.

— Я упала, — сказала Марго уверенно, потрогала губу и добавила. — Ну да, конечно! Я упала и ударилась лицом об пол! И разбила губу. Ужасно! Что скажет Аурелия? О!

Коше стало до того стыдно, что она плюхнулась на коленки и долго полоскала пальцы в ледяных зимних волнах. Даже в темноте они были мутными, как в неприятном сне, когда идешь по берегу бурной реки, а глинистый склон прямо под ногами проседает и падает в желтые больные водовороты.

Каменная лестница напоминала питерские лестницы. А Сена — нет. Нева была темной и истеричной. Она все время не знала чего она хочет — то ли к морю, то ли от моря. По Неве все время пробегали звуковые волны и волны, поднимаемые ветром, и волны отраженные от берегов… В некоторых местах все эти волны так спутывались, что образовывали звездчатые вечные вихри. (Глядя на Неву можно было понять, как устроен мир. Мир состоял из вихрей света. Все эти протоны, нейтроны и прочие кварки — это всего лишь сгустки разнонаправленных волн, похожие на макушки русалок, на бесплотных осьминогов, плоть которых есть форма волн.) Сена неслась торопливо. Сена неслась вперед, как и вся европейская цивилизация.

Отмыв руки, Марго смиренно подумала, что теперь у нее нет никаких шансов на Андрэ — такие не для нее. Ну и плевать — зато больше не надо никого из себя корчить.

Напоследок она плеснула водой в лицо, сознание на миг прояснилось. Марго вытерла лицо подолом футболки, оголив голодное пузо, и оглянулась. Черный силуэт Андрэ выдыхал маленькие облака, и они уплывали по течению ветра. Точеный профиль репортера сиял лунным светом на фоне темного неба. Увидев, что Марго закончила умывание, Андрэ Бретон стал подниматься по лестнице.

— Я ужасно устала, — сказала Марго, ступив на верхнюю ступеньку.

36
{"b":"106651","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Прорваться сквозь шум
Империя Млечного Пути. Книга 1. Разведчик
Никель. Истории ледяных менеджеров
1000 и 1 ночь без секса. Черная книга. Чем занималась я, пока вы занимались сексом
Опальный маг. Маг с яростью дракона
Сыщики 45-го
Общаться с ребенком. Как?
Метро 2033: Харам Бурум