ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Если Америка — это весь мир, то проблемы мировой экологии должны в первую очередь касаться Соединенных Штатов. Дискуссия, развернувшаяся вокруг Киотского протокола, иллюстрируют этот тезис. Протокол, принятый 11 декабря 1997 года на третьей Конференции Сторон Конвенции Организации Объединенных Наций по изменению климата (UNFCCC), поставил своей целью добиться сокращения выбросов углекислого газа. Углекислый газ, выделяемый двигателями внутреннего сгорания и заводами, работающими на твердом топливе, называют основной причиной изменения климата и глобального потепления. Согласно Протоколу индустриальные страны должны к 2012 году сократить выброс углекислого газа в среднем до 5,2%о от уровня 1990 года. Но для разных стран цифры различны; 15 государств Европейского союза, к примеру, должны сократить выбросы в период с 2008 по 2012 год до 8 % по сравнению с уровнем 1990 года. В марте 2001 года вся мировая общественность была поражена заявлением администрации США о том, что они не станут выполнять условия Киотского протокола, так как считают подобный способ борьбы с изменениями климата в корне неверным. Своим заявлением Америка поставила под угрозу весь комплекс решений, связанных с Киотским протоколом. Администрация Буша в свою очередь предложила механизм, который ограничит выбросы трех основных загрязнителей атмосферы, но не углекислого газа. Согласно Ки-отскому протоколу вводятся принудительные ограничения, а по плану Буша на каждую тонну выбросов будут выдаваться специальные разрешения. Сокращая уровень выброса газов, компании сохраняют за собой право осуществлять неизрасходованные выбросы позднее или использовать их в качестве предмета торговли с другими предприятиями. Подсчеты Европейского союза определили, что план Буша даст США возможность на 33 %) увеличить уровень загрязнения окружающей среды.

Мировая реакция на предложение Соединенных Штатов была единодушной. Утверждение Буша «равносильно подписанию смертного приговора Киотскому протоколу», — сказал Мухаммед аль-Саббан, государственный советник Саудовской Аравии по энергетике. «Никто не вправе хоронить Киотский протокол раньше времени», — заявил министр Швеции по вопросам окружающей среды Швеции Кьелль Ларссон. Президент Европейской комиссии Романо Проди заявил, что «порвать соглашение с тем, чтобы начать все заново, было бы трагической ошибкой».

«Я понимаю вашу точку зрения, — ответил президент Буш, — но такова американская позиция, потому что для Америки так лучше». Затем он пояснил свою мысль: «Мы не вправе сделать ничего, что могло бы нанести вред нашей экономике, потому что самое главное — люди, живущие в Америке».[44] В письме республиканским сенаторам, убеждавшим его отказаться от обещаний, сделанных в Киото, президент Буш объяснил причины своего решения. Недавний отчет министерства энергетики показал, что контроль за выбросами углекислого газа приведет к значительному повышению цен на электроэнергию; тогда как президент не желает предпринимать никаких действий, могущих нанести вред американским потребителям. Стало быть, стоимость электроэнергии в Калифорнии гораздо важнее, чем уменьшение озонового слоя, таяние полярных льдов, повышение температуры во всем мире и все те проблемы, которые возникнут вследствие климатических изменений. Так что не только нужды американцев важнее, чем нужды остального мира, но и опасность, угрожающая планете в целом, должна быть поставлена в зависимость от желаний американских потребителей.

Если Америка — это мир, значит, мировые ресурсы принадлежат Америке. Это предположение можно проиллюстрировать статистикой, приведенной в Отчете о развитии человечества, который был опубликован в рамках Программы развития ООН. Итак, американцы потребляют свыше половины всех мировых товаров и услуг; население Америки тратит более 10 миллиардов долларов в год только на еду для домашних животных, что на 4 миллиарда долларов превышает сумму, необходимую для здорового питания всего населения планеты; Америка потребляет косметику на сумму 8 миллиардов долларов, что на 2 миллиарда долларов больше суммы, ежегодно тратящейся во всем мире на начальное образование; капитал трех самых богатых американцев превышает совокупный валовой внутренний продукт 48 наименее развитых стран. Скупив большую часть мировых ресурсов, Америка теперь положила глаз на то немногое, что еще осталось в развивающихся странах: флора, фауна, видовое многообразие и даже ДНК жителей планеты.

Американские биотехнологические компании стремятся присвоить древние знания и мудрость туземных народностей. Познания и умения этих людей развивались в течение тысячелетий. Они выращивали и опыляли цветы, приручали диких животных, изготавливали лекарства из растений и трав и использовали методы, которые в наше время прочно ассоциируются с биотехнологиями, — задействовали живые организмы в процессе приготовления различных продуктов питания, столетиями совершенствовали сорта растений и породы животных. К примеру, народность игорот, населяющая район Кордильера (Филиппины), веками совершенствовала технологию изготовления рисового вина (тапуй), для которого требуется специальная закваска (бубод), а также вина из сахарного тростника (баши), которое готовят с семенами растения гаму. Они культивировали и выводили разные сорта сладкого картофеля, который был их главным продуктом питания до того, как они узнали рис. Они вывели множество сортов риса—для разных климатических условий и для разной местности, в одной деревне бывает до десяти сортов семян риса—для разных почв и погодных условий. Аналогичным образом они вывели многие другие сорта сельскохозяйственных культур, в том числе маниоку и батат. В то время как интеллектуальная собственность граждан США и Европы защищается, традиционное знание ничем не защищено. Соглашение о защите прав на интеллектуальную собственность (TRIP) не учитывает технологий, связанных с растениями и пищевыми продуктами, и разрабатывавшихся на основе традиционного древнего знания. Таким образом, американские сельскохозяйственные и биотехнологические компании присваивают знание безнаказанно.

Туземные технологии выращивания и обработки растений стали предметом интеллектуальной экспроприации. Все началось с азадирахты индийской, которая использовалось в Индии для изготовления многих лекарств от болезней, таких как язва, диабет, кожные заболевания, запоры, и как средство от насекомых: саранчи, нематод, личинок москитов и жуков. В 1985 году одна американская лесоторговая фирма запатентовала пестицид под названием Margo-san-0 на основе азадирахты индийской, затем патент был продан химической компании М. R. Grace and C°. А дальше, как будто прорвало плотину. С 1985 по 1995 год в Европе и в Америке было выдано свыше 37 патентов на разработку и использование препаратов из азадирахты индийской, в том числе зубной пасты на ее основе! Таким образом, легкодоступный промысел (в одной только Индии примерно 14 миллионов деревьев азадирахты индийской), технология, веками разрабатывавшаяся народами Юго-Восточной Азии, стала интеллектуальной собственностью американской компании. Вслед за азадирахтой последовали ай-яуаска и квиноа (рисовая лебеда) из Латинской Америки, кава-кава из Океании, а также момордика (горькая дыня) с Филиппин и Таиланда—все эти растения, широко использовавшиеся туземными народами, теперь оказались в руках американских предпринимателей.

Подобное хищничество не только лишает людей того, что по праву им принадлежит, но и имеет разрушительные последствия для их будущего. Посмотрим, например, какая судьба может постигнуть квиноа (Chenopodium qui-поа), злак с высоким содержанием протеина, в течение долгого времени составлявший основу рациона миллионов жителей высокогорных районов Южной Америки. Это растение начали выращивать еще во времена инков. Два исследователя из университета штата Колорадо получили в 1994 году американский патент под № 5.304.718, дававший им исключительное право распоряжаться растением апелава (традиционная боливийская разновидность квиноа). В результате получается, что жители Анд не могут больше использовать это растение в своей природной экосистеме. Боливия в настоящее время ежегодно экспортирует этот сорт квиноа в США и Европу на сумму 1 000 000 долларов. Но хотя этот гибридный сорт используется для крупномасштабного коммерческого производства в США, большая часть боливийского экспорта, тем не менее, не попадает на европейские и американские рынки. Итогом этого станет разорение тысяч мелких фермеров, большинство из которых — индейцы. Возможен иной вариант: земли попадут в исключительное пользование американских компаний, владеющих патентом (или в распоряжение дочерних предприятий, расположенных в Боливии), которые будут разводить гибридные сорта квиноа. Будет иметь место генетическое размывание сортов квиноа, разрабатывавшихся местными фермерами в течение долгих веков, и это навсегда ослабит генофонд данного растения. Кроме того, многие фермерские хозяйства находятся сейчас в таком критическом финансовом положении, что впору идти по миру с сумой.

вернуться

44

"Al-Sabban, Larsson, Prodi and Bush цит. из Peter Schwarzer's 'Read my lips' column, 'Kyoto Treaty: Dead — or Comatose? , на сайте: www.theglobalist.com/nor/readlips

19
{"b":"106690","o":1}