ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Когда высшая инстанция накладывает на «рингисё» вето, это делается в такой форме, чтобы все те, кто готовил документ и поставил на нем визу, «сохранили лицо». Как правило, в подобных случаях представитель руководства публично превозносит «рингисё» за оригинальность и перспективность выдвинутых предложений, делая при этом оговорку, что в настоящее время, к сожалению, нет возможности реализовать столь смелую инициативу. При этом добавляется, что к пей следует вернуться сразу же при возникновении необходимых условий.

Японцы все чаще подвергают критике процедуру «ринги» за ее чрезмерную громоздкость, за то, что «рингисё» часто загружают информационные каналы ненужными сведениями. Тем не менее они не хотят от нее отказываться и ограничиваются лишь некоторыми усовершенствованиями: сокращают число каналов распространения, стандартизируют порядок визирования и т. д. При этом «групповой» подход к решению проблемы, в основе которого лежит идея «рассредоточения ответственности», остается незыблемым. За решение отвечают все, т. е. группа.

Процедуру «ринги» часто именуют философией «предусмотрительности, осторожности, коллективной ответственности». При этом, конечно, все те, кто стоит у кормила власти, восхваляют «ринги» как средство поддержания мира и гармонии в фирменной организации [356, с. 27]. Симптоматично, что даже многие рядовые работники разделяют такую оценку.

В условиях господства «ринги» отдельный работник не может свободно выступить против проекта, предложенного руководством. Ведь этот проект получил «всеобщую поддержку» при согласовании, и критика его «задним числом» выглядит неуместной, а то и аморальной. Поэтому любое предложение сверху правомерно считать директивой, которая лишь более или менее хорошо загримирована под «материал для дискуссий». Внешне обсуждение «рингисё» в нижних эшелонах нредстает как довольно демократическая форма принятия решений. Однако не секрет, что обсуждение это песет на себе огромный груз межличностных отношений, типичных для японской культуры: традиционного почитания старших, повышенной чувствительности к авторитетам, ясного осознания каждым участником своего места в организации.

Многие буржуазные теоретики менеджмента высказывают мнение, что процедура «ринги» в Японии постепенно должна исчезнуть. Они уверены в том, что японцы в конце концов примут западную манеру принятия решений. Нам же представляется, что японцы не откажутся от «ринги», по крайней мере в обозримом будущем. Безусловно, методика «ринги» будет изменяться, но сами эти изменения окажутся специфически японскими. Во всяком случае, факт заметного психологического воздействия па работников процедуры «ринги» продолжает сохранять для фирменного руководства огромное значение. Воздействие это решительно облегчает ему индоктринацию персонала идеями сотрудничества между трудом и капиталом. В рамках «ринги» рядовые работники проникаются иллюзиями относительно своей роли в принятии решений и в конечном счете застывают на позициях откровенного конформизма. Как отмечает М. Ёсино, поскольку у японцев есть «ринги», им «не нужно изобретать какую-то новую систему принятия решений» [273, с. 463.]

Возникает вопрос: что можно перенять из опыта Японии? Директор центра Стерлинского университета по изучению Японии профессор Жан-Пьер Леман отметил: «Японию нельзя воспринимать как модель, которую можно копировать. Ее следует использовать как зеркало, в котором нужно рассматривать собственные сильные и слабые стороны».

Глава VI. Образование в Японии

Если мы зададимся целью ранжировать причины скачка, который Япония в своем развитии совершила после реставрации Мэйдзи и в послевоенное время, то образование в иерархии причин займет очень высокое место. Известный советский исследователь японского бизнеса В. А. Власов убедительно доказал, что здесь следует говорить «о прямой и притом все более усиливающейся связи между образовательной (общей и профессиональной) подготовкой рабочих и производительностью труда» [49, с. 152]. Японцы давно убедились в том, что рабочие с высоким образованием не только лучше осваивают новую технику, но и эффективнее ее используют, а «повышение профессиональной подготовки, – подчеркивает В. А. Власов, – у них идет быстрее и плодотворнее».

Начиная с реставрации Мэйдзи, японцы усиленно развивали систему общего образования, обеспечивали неуклонное увеличение числа лиц, заканчивающих средние и высшие школы. Особенно сильно эта тенденция проявилась в послевоенные годы. Так, если в 1935 году среднее и высшее образование имели лишь 10% населения, то в 1950 г.- уже 17%, в 1960 г.- 29%, к концу 60-х годов – 40% (против 50% в США) и в 70-х годах около 50%. В середине 60-х годов в Японии был принят закон о занятости, в котором большое внимание уделяется подготовке кадров, что, естественно, связано с требованиями научно-технического прогресса к качеству рабочей силы.

Японский бизнес сегодня более всего нуждается в молодых рабочих, имеющих высокий уровень общеобразовательной подготовки.

1. Общее образование

Общее образование в Японии имеет свою весьма четкую структуру: начальная школа с шестилетним обучением, трехлетняя средняя школа первой ступени и трехлетняя средняя школа второй ступени. Таким образом, общее образование в стране представлено тремя школами, через которые, начиная с шестилетнего возраста, проходит теперь большинство японцев. Закончив школу в возрасте 18 лет, японская молодежь устремляется в университеты (четыре года обучения) или в колледжи (двухгодичное обучение). Часть школьников после окончания средней школы первой ступени (в возрасте 15 лет) на пять лет поступает в технические колледжи. Следует также отметить, что большая часть японских детей с трех и до шести лет воспитывается в детских садах.

В структурном плане система общего образования в Японии во многом напоминает американскую. Однако это относится в основном к формальному построению школы. По своему содержанию, а особенно по духу японская школа уникальна. Японцы настойчиво шли к созданию своей собственной системы образования. Правда, в ходе этого процесса были предприняты две попытки заимствования: после реставрации Мэйдзи японцы настроились было на копирование французских и прусских, а в послевоенные годы – американских образцов. Однако из этого мало что получилось. Социальная история японцев и японские социальные ценности мешали усвоению зарубежных стандартов. В результате постепенно сложилась подлинно японская школьная система. Окинем беглым взглядом ее историю.

Считается, что история современной японской школы начинается со второй половины XIX в. Но ее философская основа своими корнями уходит в глубь веков.

Японцы всегда отличались своей устремленностью к знаниям. Ведь любознательность – одна из черт японского национального характера. Эта черта наиболее ярко проявилась у самураев, которые в период, предшествовавший реставрации Мэйдзи, занимались не только военным делом, но и политикой. В связи с этим по всей Японии тогда распространились школы, предназначенные для обучения детей самураев. В этих школах обучали тому, что требовалось военному сословию. Там настойчиво внедрялись в сознание детей самурайский кодекс поведения и моральные ценности, а также религиозные догмы. Особенно настойчиво детей обучали основам боевого искусства. В эпоху феодализма в Японии функционировали также приходские школы («тэракоя»), в которых обучали чтению, письму и счету. Эти школы посещали дети горожан и крестьян, в них обучались и взрослые. Обучение в таких школах осуществлялось исключительно на добровольных началах.

После реставрации Мэйдзи, когда Япония стала усиленно развивать свою экономику, потребовалось большое количество формально обученных работников. В стране впервые за ее историю была создана единая система образования, включающая начальную, среднюю и высшую школы. В правительственном акте 1872 года указывалось: «Мы надеемся, что наступит такое время, когда неграмотных не будет ни в одном селе, ни в одном доме» [244, с. 147]. Всеобщее обязательное четырехлетнее обучение было провозглашено в Японии еще за три десятилетия до XX века. В 1907 году правительство ввело шестилетнее обязательное обучение. Уже в первые десятилетия XX века шестилетнее образование получали до 99% детей. Только через сорок лет после этого, т. е. в 1974 году, Япония перешла к обязательному девятилетнему обучению.

68
{"b":"106691","o":1}