ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Твоя честь — моя честь. Они молчали некоторое время. Но Акабар не смог больше сдерживать свое любопытство.

— Не помнишь, ты никогда не была в Термише? — спросил он.

Элия помотала головой:

— Нет, я не помню.

Следующим вечером, пятым после Арабеля, они разбили лагерь около Мглистого Провала, глубокого ущелья между грядами Пустынных гор.

Глава 10. Джиджиони Драконошпор

Сидя на грязной дороге, Джиджиони Драконошпор проклинал преследующие его неудачи.

— После всего, что приключилось со мной на свадьбе кузена Фреффи, — говорил он сам себе, — я подумал, что пора солнцу удачи улыбнуться мне. Но нет.

Богиня Таймора отвернулась от меня. Ромашка, вернись! — закричал он. Поднявшись на ноги, он попытался очистить свои щегольские вельветовые штаны от мокрой и липкой грязи. С хорошими лошадьми всегда проблемы.

Сбросившая его кобыла уже скрылась из глаз, ускакав галопом по сельской дороге.

— Не одно, так другое, — ворчал Джиджи. Он начал громко перечислять свои злоключения. Сначала я сделал глупость, послушав Минду, и стал изображать Азуна. А эта сумасшедшая наемница накинулась на меня с ножом для резки тортов.

Потом Дэрол захотел выглядеть перед Миндой героем и получил по морде. Минда просто упала в обморок, увидев его шрам и, расчувствовавшись, разрешила этому уроду сопровождать ее экипаж в Сюзейл.

Зря я послушал Минду. Эта женщина в голубом хотела меня убить. Не такой уж я безмозглый. Знаю, что сейчас не слишком хорошее время для визитов ко двору.

Но тетя Дора ужасная сплетница и очень боится Вангердагаста — любимого колдуна Его Величества. И если даже тетя Дора не донесет об этом ужасном случае, можно биться об заклад, что Дэрол найдет способ сообщить Его Величеству о моем самозванстве. Когда все уехали в столицу, мне приходится возвращаться в Приморье одному.

Должен сказать, что Димсворт хороший парень. Он позволил мне остаться еще на два дня, пока я не оправился от удара. Рано утром на дороге в Веймут я уже мысленно поблагодарил богиню Чантию за хорошую погоду, но эта дрянь Ромашка встала на дыбы, сбросила меня в грязь и ускакала.

Внезапно он понял, что если не поймает лошадь, то не доберется до Веймута к ночи и ему придется остановиться в придорожной харчевне или, что еще хуже, в доме крестьянина. Джиджи поплелся за своей лошадью, напевая «Что за счастливый случай» — песню, которую Раскетгл сочинила для Фреффи и Гейлин. Дойдя до первого поворота, он услышал топот.

— Это ты, Ромашка? Капризная кляча! Что заставило тебя убежать как…

Джиджи остановился, и слова застряли у него в горле. Очень осторожно он сделал шаг назад, затем другой.

— Так, и куда мы направляемся? — раздался громоподобный голос.

Молодой Драконошпор застыл, не в состоянии ответить красному дракону, спрашивающему его. Ромашка, валявшаяся в ногах у чудовища, предназначалась дракону на завтрак. Земля была залита кровью, а глаза лошади остались открытыми, как будто обвиняя нерадивого хозяина. Джиджи мог оценить размеры монстра, одна лапа которого перекрыла всю дорогу, а лошадь выглядела рядом с ним цыпленком.

— Ну? — спросил дракон.

— Я-я-я…

— О, дорогой, перестань, — вздохнул дракон. Попытайся успокоиться. Тебе будет легче говорить.

— Не хочу мешать вам кушать. Я уже ухожу. Не беспокойтесь, — задыхаясь, произнес Джиджиони.

Дракон взмахнул своим огромным красным хвостом, перекрывая Джиджиони пути к отступлению.

— Ты был так добр, предоставив мне завтрак, — сказал монстр, глотая кусок ноги. Что я могу предложить тебе взамен? Может, тебя подбросить куда?

— О, вы очень добры, но я не хочу больше вас беспокоить. Джиджиони сделал еще шаг назад.

— Замри! — сказал дракон.

Джиджиони замер.

— Как тебя зовут?

— Джиджиони Драконошпор. Но все зовут меня Джиджи.

— Как славно. Дракон, отрезав когтем подпругу, подвинул седло к ногам Джиджиони. — Садись.

Джиджиони рухнул на седло в полуобморочном состоянии. «Я никогда не представлял, что такая красивая лошадь будет так ужасно выглядеть, если ее разрезать», — думал он, вытаскивая флягу с жгучим вином райвенгатом, которая всегда лежала в седельной сумке.

— Слава богам, — тихо сказал он, — тут не меньше половины. В-В-вас не побеспокоит, если я выпью? — спросил он дракона.

— Угощайся на здоровье.

Джиджиони сделал большой глоток.

— О, высокочтимый дракон, как мне вас называть?

— Дымка.

— И все?

— Все, — ответило чудовище и продолжало обгрызать ребра Ромашки.

Джиджиони сделал еще глоток. «Если я предназначаюсь на десерт, — решил он, — то не хочу об этом думать». Он представил, как он будет выглядеть, если пойдет на второе блюдо.

— Я слышала, ты пел, — сказала дракониха, когда от Ромашки осталась куча обгрызанных костей. Милый мотивчик.

— Да, его сочинил новый бард, Оливия Раскеттл — о боже! — Он с трудом сглотнул. Вы Дымка! Дымка, приподняв бровь, спросила:

— Эта госпожа Раскеттл говорила обо мне? Что же она поведала?

— Ничего, ничего! Э-э-э, только, что она была вашей узницей, … гостьей.

— Она еще таскается за этой бродягой, Элией из Вестгейта?

— Н-Н-ныжеволосая р-р-раемница, я хочу сказать — рыжеволосая наемница?

Может быть. Если она нашла ее.

Дымка улыбнулась от уха до уха — не очень-то приятно было видеть куски Ромашки, застрявшие у нее между зубов. Она положила коготь на плечо Джиджиони.

— Ты не должен ничего скрывать от меня, дорогой мальчик.

— Нет, действительно. Я ничего не скрываю. Эта Элия, она сошла с ума на свадьбе, а затем убежала.

— Куда уехала Раскеттл? — спросила дракониха. Джиджиони умолк. Только плохо воспитанный человек мог предать эту остроумную маленькую певицу, Джиджи определенно не был таким.

Легкий пар пошел из ноздрей Дымки, но вино, плясавшее в жилах истинного Драконошпора заставило его сохранять молчание.

— Хорошо, — вздохнула дракониха. — Раз так…

Он зацепила когтем за рубашку на спине человека и подняла его над землей.

«О боги», — подумал тот, уверенный, что последует сейчас за Ромашкой. Но вместо этого дракониха захлопала крыльями и поднялась в воздух.

Дымка поднималась над землей по спирали и, когда они достигли высоты в тысячу футов, рявкнула:

— Посмотри вниз, Джиджи.

— Нет, пожалуйста. Я боюсь высоты.

— Сейчас ты перестанешь бояться. Всего через восемь секунд ты ударишься о землю — если не скажешь, куда уехала Раскеттл.

— В Сюзейл! — закричал Джиджиони. — Она поехала в Сюзейл. На пони, которого зовут Высоклик.

— Хороший мальчик. Я знала, мы поймем друг друга. А сейчас мне нужно передать сообщение королю Азуну.

— О, я был бы рад, но боюсь, не смогу быть вам полезен. Видите ли, меня не очень-то ждут при дворе. Я не тот человек, который мог бы представлять ваши интересы при дворе Азуна.

— Это очень плохо, Джиджи, — сказала Дымка. Если ты не можешь мне помочь, ты мне больше не нужен, а если так, я могу просто кинуть тебя вниз.

— Нет! Нет! Я сделаю это. Все сделаю! Только не бросайте меня, пожалуйста!

Дымка улыбнулась и начала опускаться.

Азун IV направил свой телескоп на точку в Полях Мертвецов, чуть западнее городской стены.

— Что за наглость, — пробормотал он. Дракон находился на кладбище Сюзейла, за воротами города, но достаточно близко, чтобы его могли видеть жители, столпившиеся на городских стенах. Горожане были очень напуганы чудовищем, угрожавшим их жизни. Все бросили работу до тех пор, пока дракона не выгонят из страны.

— Если бы только мы оставили Седьмой Полк в городе, — вздохнул Его Величество.

Вангердагаст, стоявший у дверей и ожидавший донесений от собственных шпионов, сказал:

— Уверяю вас, Ваше Величество, что в Тилвертоне они нужнее, чем здесь.

Кроме того, лорд Джиджиони сказал, что дракониха улетит, если мы ее атакуем, тогда можно будет забыть о ее предложениях.

24
{"b":"10680","o":1}