ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Ну, ну, — сказал Моандер, поглаживая ее волосы рукой Акабара. — Они нужны мне только для примера, вот что я могу сделать с твоим другом. Теперь я их отошлю прочь.

Моандер не произнес ни слова и не сделал видимого жеста, но неуклюжие трупы перешли на другую сторону мусорного холма. Элия посмотрела на проплывающие мимо равнины и спросила:

— Кто ты на самом деле?

— Как уже говорил раньше, я — Моандер. Хотя это все равно что называть новорожденного принца королем.

Элия покачала головой и посмотрела на незнакомца в теле Акабара. Он имитировал мага почти полностью, его позу, его жесты, интонации голоса. Но улыбка была ненастоящая. Это была преувеличенная, вымученная улыбка — как будто кто-то приколол булавками уголки рта.

— Ты… я имею ввиду, он…

— Умер? Не совсем так. Он больше не принадлежит себе, его душа и ум заперты в уголке его сознания. Как человек, укушенный джитской змеей, который лежит в лихорадке, не просыпаясь неделями. Кстати, джитские змеи еще существуют?

Он замолчал, наклонив голову, как будто слушал неслышного оратора.

— Нет, я догадываюсь, что нет.

Не отводя взгляда от Элии, он сел, как будто ожидая от нее вопроса.

Элия молча смотрела на проплывающий ландшафт, и Моандер продолжил:

— Если я позволю магу уйти, он проснется. Но он не может сам избавиться от моей воли, я буду контролировать его до тех пор, пока он полезен. А этот экземпляр невероятно полезен. Мне нужен его рот и мозг, чтобы говорить с тобой.

Конечно, я мог бы соединить себя непосредственно с тобой, но ты слишком ценна, чтобы так рисковать. Кроме того, он такой забавный.

Моандер хихикнул.

— Не могу не рассказать тебе о том, что нашел в его мозгу. Это все равно, что находиться в большом особняке, за каждой дверью — новый сюрприз. Здесь воспоминания о его женах, здесь то, как ты называла его зеленщиком, здесь хороший кусок из истории юга. Так много всего произошло. Я так долго ни с кем не общался!

— Не общался? — съязвила Элия. — А я думала, что боги всеведущие.

— Ну, обычно это так. Боги распространяются на множество различных уровней, с различными уровнями власти в каждом. Эту часть меня…. — рука Акабара указала на кучу мусора, которая вздымалась над ними, — ты можешь называть Воплощение или Мерзость Моандера. Более тысячи лет тому назад, когда Миф Драннор был в расцвете могущества, проклятые эльфы заперли эту часть меня в тюрьму в моем собственном храме.

Элия чувствовала слабость. Эта огромная мусорная куча была врагом, который не только содержал ее как арестантку, но и управлял ее другом, как марионеткой.

— Вскоре, когда эта часть меня прибудет в новый храм, который приготовили мои почитатели, и я соберу еще больше поклонников, то в этом мире стану сильным настолько, что смогу управлять энергией, которой наделены боги. Когда я смогу полностью управлять своей силой, когда наконец мой дух сможет вернуться в Мерзость, я смогу покинуть яму около Айлаша и взойти на небеса, чтобы наказать тех, кто изгнал меня.

— Но, между тем, ты не очень силен. Относительно, я имею в виду.

Моандер вскинул голову Акабара.

— Относительно. Но у меня запасено в этой форме много живительной жидкости. Более чем достаточно, чтобы дойти до моих поклонников, свернуть головы нескольким жертвам и объявить свои требования. Путешествуя медленно, я сохраняю свою силу, поэтому у меня достаточно энергии, чтобы предаваться развлечениям.

Элия смотрела на приближающийся лес, представляя, разобьется ли скользкая гора — Моандер, когда достигнет деревьев или облетит вокруг них.

Рукой Акабара Моандер указал на деревья, которые привлекли внимание Элии.

— Моя первая остановка — Миф Драннор. В мозгу твоего друга я прочитал, что все эльфы покинули свою столицу. Я должен в этом убедиться. Если это правда, я смогу станцевать на развалинах. Оттуда мы продолжим путь к югу, пока не достигнем Сембии. Мне нравится, что твой друг думает языком карт и торговых путей. Он так полезен.

— А когда мы достигнем Сембии?

— Любопытство, моя прислужница. Хороший знак. Мы пройдем на юго-запад через Сембию к Перешейку, между Морем Упавших Звезд к Озеру Драконов, потом просто прыгнем в воду. Пена, как сливки не тонет. И мы торжественно поплывем к нашему новому дому.

— К какому это? — спросила Элия.

Она уже начала подозревать, но еще не была уверена.

— К Вестгейту, конечно. Где мы создали тебя.

Три существа, не похожие на людей, поднимались все выше в небо, спасаясь от катапульт оставшихся в живых зентильцев и Красных Перьев.

— Зачем так высоко? — мычала Оливия в ухо Дымки.

Дракониха пропыхтела:

— Что?

— Я говорю, для чего мы летим так высоко? — повторила хафлинг, хватаясь за веревки, из которых Дракон сделал импровизированное седло.

Дракониха шипела между глубокими вздохами:

— Могу только, — (долгий вздох), — лететь или говорить, — (долгий вздох).

— Попробуй петь, — (долгий вздох), — когда быстро бежишь. (Долгий вздох). — Держись крепче.

Дракониха прекратила махать крыльями и стала кружить над городом, ее крылья ловили потоки теплого воздуха. Оливия обернулась и посмотрела на огромные перепонки драконихи. На одном крыле все еще виднелась розовая полоса от недавно зажившего пореза.

Дракон, сидя между крыльями драконихи, заживлял рану. По словам Дымки, ящер общается с помощью запаха, поэтому он не мог сейчас «говорить», так как они парили высоко в воздухе. Ветер относит аромат его «слов». Но он мог очень эффективно управлять драконихой, тыкая огромное чудовище своим мечом.

— Что ты говоришь? — сказала Дымка певице, теперь она могла нормально дышать, так как ее поддерживал поток теплого воздуха.

— Ты не можешь лететь ниже? — спросила Оливия.

— Ты хочешь получить метательным снарядом баллисты в задницу?

Оливия не ответила, и Дымка продолжила:

— Вряд ли. Доверься мне. Я знаю, что делаю. Кроме того, что внизу опасно, здесь лучшее место, чтобы набрать высоту. А мне необходима высота, чтобы планировать за Моандером. Летать, особенно с пассажирами, не просто.

— Посмотрите, как сильно он разрушен, — заметила хафлинг, разглядывая город.

— Для человеческих войн это довольно обычно, — резко ответила Дымка. Когда я жила в этой местности, то слышала о разрушении Айлаша пять, нет, шесть раз.

То одна сторона, то другая часто предпринимают крестовый поход или войну за освобождение. Безжалостные убийства они скрывают за вывертами официального языка. Они — раса законников, эти люди. И не представляю, как они живут на свете.

— Мой народ тоже не представляет.

Хафлингу в голову пришла мысль.

— Скажи, о могущественная Дымка. Я вот подумала…

На мгновение Оливия замялась. Прежде чем продолжить, она прикинула шансы, основываясь на знании человеческой и драконьей натур.

Поймав другой восходящий поток, Дракониха начала опять набирать высоту.

— Да? — подсказала она.

— Когда ты с Драконом освободишь Элию, то нападешь на нее.

— Это вопрос или утверждение? — низким, гортанным голосом спросила дракониха.

Оливия повернула голову и посмотрела на Дра-кона, но ящер был в двадцати футах от нее и не мог слышать их разговор. Его внимание было приковано к происходящему внизу.

— Ну, — заметила Оливия, — ты не была, э, очень удачливой в последние два раза.

— Если мне не изменяет память, ты способствовала моему поражению оба этих раза.

— По-моему, точно, — сказала Оливия. — А в следующий раз ты будешь иметь дело с обоими: и с Драконом, и с Элией. И если теперь мои услуги в этом споре вдруг понадобятся тебе…

Она замолчала.

Несколько мгновений был слышен только свист ветра. Наконец Дымка сказала:

— Почему такая смена привязанностей?

Хафлинг подумала, о том как много ей хотелось бы рассказать драконихе.

«Роль, которую я должна играть для Фальша, становится слишком опасной. Нет ничего сложного в том, чтобы обманывать Элию. Однако Дракона не так-то просто провести», — подумала Оливия.

55
{"b":"10680","o":1}