ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Результатники и процессники: Результаты, создаваемые сотрудниками
Принца нет, я за него!
Искусство жить просто. Как избавиться от лишнего и обогатить свою жизнь
Не такая, как все
Право на «лево». Почему люди изменяют и можно ли избежать измен
Затворник с Примроуз-лейн
Нойер. Вратарь мира
Хочу ребенка: как быть, когда малыш не торопится?
Похититель ее сердца
A
A

— Черт! Джиджи помоги мне! — закричала Оливия.

Забыв о мертвецах, окружающих экипаж, Джиджи встал на сиденье кучера и с ужасом смотрел на зомби, подбиравшихся к темнокожей девушке с серебряными волосами. Сейчас она светилась ярким волшебным светом, и мертвецы вокруг нее прикрывали глаза руками.

Оливия посмотрела на Драконошпора и к своему ужасу увидела, что их окружают гули.

— Джиджи! — с ужасом закричала она. Огромная рука подняла Оливию и посадила ее на крышу кареты. Хафлинг посмотрела вниз и увидела мать Лледью.

Жрица поднялась на ноги и протянула к гулям руки. Ее потемневшие глаза слегка светились. Она проревела гортанный несвязный крик. Гули кинулись на нее, давя жрицу своими телами.

Оливия еще раз окликнула Джиджи.

Крики и вопли наконец отвлекли внимание дворянина от девушки в храме. Он посмотрел вниз и увидел, что Оливия показывает на Лледью, которая уже почти исчезла под телами гулей.

Как человек, которого только что разбудили, Джиджи прошептал:

— Нет, нет.

Затем он понял, что дело плохо и с криком прыгнул вниз. Как сумасшедший, он начал наносить удары по куче гулей.

Оливия подумала, не слишком ли поздно, но в этот момент куча зашевелилась.

Появившаяся из свалки огромная лапа отшвырнула в сторону двоих гулей. Затем вторая распорола своими когтями грудь другому гулю.

Огромный медведь продирался сквозь кучу врагов, расшвыривая их по сторонам, как собак. На его лбу и груди были серебряные отметины, и Оливия увидела в его глазах волшебный свет матери Лледью.

Медведь громко заревел, гораздо громче, чем сама Лледью. Оставшиеся гули бросились от него прочь.

Ужасный крик донесся с вершины холма. Джиджи посмотрел туда. Девушки, которую Лледью называла Луч, больше не было видно. На том месте, где прежде она стояла, горел яркий белый огонь. Мертвецы убегали в лес.

Медведь упал на четыре лапы и покачнулся. Казалось, что его передние лапы попали в ловушку. Оливия слезла вниз, подошла к медведю и осмотрела его раны.

Повреждения были очень серьезными.

— Откройте дверь, — приказала Оливия Джиджи. Парень автоматически подчинился, его внимание было привлечено к вершине холма. Яркое пламя погасло, и Джиджи снова увидел Луч. Казалось, что она гаснет вместе с пламенем. Густой мерцающий туман окутал ее, девушка растворилась в нем, и ветер отнес это облако.

Оливия с тревогой смотрела на мерцающий туман.

— Забирайтесь, мать Лледью, — сказала она.

Толкнув Джиджи локтем, хафлинг приказала:

— Садись и поехали.

Медведь залез в карету и свернулся на коробках с едой. Оливия захлопнула дверь и села рядом с Джиджи.

Драконошпор повернулся и посмотрел на храм. Луч исчезла. Облако мутнело и пузырилось, спускаясь вниз по холму. Гули убегали от него. Те, которых догоняло облако, с криком падали и оставались лежать неподвижно.

Внезапно яркий луч белого света ударил из основания храма, прошел сквозь крышу и попал в темное облако. Туча дернулась, как раненый зверь. Яркое солнце вновь осветило храм. Туман стал мелочно-белым и начал медленно исчезать под лучами яркого весеннего солнца.

— Она умерла, — прошептал Джиджи.

Вздохнув, Оливия взяла вожжи, и экипаж тронулся. Оставшиеся клочья тумана следовали за каретой. Туман закрывал от их глаз дорогу, но не причинял им никакого вреда. Мертвецов, которые прятались в лесу рядом с дорогой, не было видно.

Медведь внутри кареты завыл протяжно и заунывно, отозвавшись на крик девушки по имени Луч.

Глава 17. Шпора

Подперев голову руками, Кэт склонилась над журналом дяди Дрона. На ней была накидка и поэтому, несмотря на разбитое окно и сломанную дверь, она чувствовала себя вполне уютно. Эта комната была изолирована от других жилых помещений в башне, и здесь было необычайно тихо, но волшебница никак не могла сосредоточиться. Каракули прыгали у нее перед глазами. Взгляд девушки блуждал по комнате, она не могла на чем-нибудь остановиться.

Она лениво достала защитный амулет из кармана рубашки. Под шелком хорошо прощупывались пять кусочков различного размера и формы. Ей очень хотелось достать хотя бы один предмет, но она поборола это желание и сунула амулет обратно в карман.

«Забыть о советах госпожи Раскеттл все равно, что просить Таймору послать мне еще больше неприятностей. А их у меня и так вполне достаточно», — подумала Кэт.

Она посмотрела прямо перед собой. Ее мысли вернулись к событиям прошлого года. С того времени с ней происходило только плохое. Она проснулась в день летнего солнцестояния на улочке Зентильской Твердыни. Она не помнила ничего, кроме своего имени и места рождения. Остальное ее прошлое исчезло, оставив мучительную пустоту в голове и гнетущее чувство в душе.

Не зная, куда пойти, она слонялась по улицам до темноты, пока не напоролась на вербовщиков твердынцев. После короткой борьбы они схватили ее.

Она глупо хвасталась своей волшебной силой, надеясь, что головорезы испугаются и отпустят ее. Вместо этого ее отправили в полк, уходящий в Айлаш.

Маленький безобразный колдун зентарцев проверил ее волшебную силу. Он дал ей тонкую книгу, в которой были только те заклинания, которые должен знать раб-волшебник. По тому, насколько тонка была книга, и по кровавым пятнам на обложке, Кэт стало ясно, что хозяева не надеялись на то, что она долго протянет.

Через пять дней ее отряд привял свой первый бой против Красных Перьев Захолмья. Это была настоящая бойня — уцелели только офицеры на флангах. Как только враги захватили позицию, на которой была Кэт, ее волшебная сила сразу исчезла. Обессиленная и истощенная, она легла и притворилась мертвой, надеясь убежать с наступлением темноты. Тогда Шут и спас ее.

«Наверно, слово спас здесь не совсем уместно, — подумала Кэт. Подобрал — более правильно».

Как только офицеры вернулись к себе в лагерь, на поле боя вышли зомби колдуна Шута и начали собирать тела убитых для его экспериментов и в пищу для его отвратительных слуг. Лишенные мозгов, зомби не могли отличить мертвого от лежащего без сознания. Поэтому они подобрали и Кэт, которая к этому времени уснула, и принесли в крепость своего хозяина.

Кэт вспомнила, какое сильное впечатление произвел, на нее Шут, когда она впервые увидела его. Стоя на бруствере, он осматривал поля далеко внизу. Тогда она подумала, что его орлиный профиль и волчья улыбка достаточно красивы. Его способности и сила были также великолепны.

Но Шут ревностно хранил секрет своей силы. У него не было ни друзей, ни знакомых, ни компаньонов, вместо этого он окружил себя слугами — мертвецами. Он изолировал себя от внешнего мира и повседневной жизни и использовал своих рабов для сбора всего необходимого ему для работы и жизни. У колдуна был неуравновешенный вспыльчивый характер, может быть, это и объясняло, почему он окружил себя такими безропотными слугами.

Колдун мог бы сделать из Кэт зомби, или превратить ее в гуля, или перепродать зентарцам. Но он этого не сделал. Напротив, он взял ее под свое крыло — держал ее в приятном обществе, научил некоторым видам волшебства и работал над заклинанием, чтобы помочь ей вернуть память. Кэт была совсем не против того, что ее приютили и обучали, но больше всего ей хотелось вернуть свою память. Мучительное желание заполнить пустоту в голове росло с каждым днем. Возвратить потерянную память было для нее всем — ради этого она готова была терпеть мерзкий характер колдуна, жить среди неживых слуг, примириться с тюремным заключением в крепости Шута. «Во всяком случае, — говорила она себе, — рабство в Зентильской Твердыне могло бы быть гораздо хуже».

Наконец через много месяцев, Шут закончил заклинание, создав темный камень, в котором содержалась ее потерянная память. Он показал его Кэт и предложил выйти за него замуж. Кэт взглянула на драгоценность, ей хотелось получить ее. Испугавшись, что в случае ее отказа, Шут не отдаст ей камень, Кэт согласилась. Она тешила себя надеждой, что он предпочел ее общество компании мертвецов, потому что считает ее красивой и хочет о ней заботиться. «В конце концов, — говорила она себе, — он красив, умен и очень могущественен».

52
{"b":"10682","o":1}