ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Кощей, – прошептала Радмила. Кощей дернулся как от удара:

– Ты!

Упавший на Кощея взгляд Радмилы полыхал гневом.

– Великие боги! Я все вспомнила! Ты! Ты убил моего отца! Ты убил мать и моих братьев!

Рука Радмилы метнулась к столику и схватила рукоять с иглой.

– Радмила! – вскричал великий маг. – Что все это значит?

– Это ведь твоя смерть, муженек? – усмехнулась она.

– Эта рукоять, – сощурился Берсень. – Неужели это он?

– Да, – ответила Радмила. – Это тот самый меч. Кощей расплавил его, чтобы похвалиться своим хитроумием.

– Да, Кощей, ты не устаешь меня удивлять. – Берсень насмешливо поклонился ему. – Признайся, что я кое-чему научился у тебя.

Но Кощей даже не смотрел в его сторону:

– Радмила, не шути так, отдай мне это.

Впервые в жизни Кощей ощутил страх. Липкий и омерзительный.

– Радмила, милая моя, любимая, передай мне эту вещь, прошу.

За его спиной засмеялся Берсень.

– Ты и впрямь думаешь, что она здесь ради тебя? – сказал он. – Кощей, ты прожил очень долго, так неужели ты остался столь наивным?!

– Радмила! Отдай это мне!

Девушка подарила Кощею огненный взгляд. Там, в глубине ее взгляда, еще трепыхались остатки прежних чувств, желаний и мыслей, но, под натиском всепоглощающей ненависти они стремительно обращались в ничто.

– Радмила? – Кощей невольно попятился. – Это правда?

Вместо нее ответил Берсень:

– Как же этому не быть правдой, если все это устроил я. Твою встречу с этой милой девушкой, твою любовь, твою свадьбу, наконец.

– Ты лжешь!

Лицо Берсеня рассекла жесткая усмешка:

– Все эти годы я стоял за твоей спиной, Кощей. Я ждал. И дождался.

– Этого не может быть! Это ложь! Я бы давно почуял тебя!

– Я почти не пользовался магией. Я хорошо запомнил твой урок с мечом, Кощей. Жаль, я не знал про твою злосчастную иголку, но придумал кое-что другое.

– Что ты несешь, глупец? – едва не зарычал Кощей.

– Посмотри на себя со стороны. Ты бесишься. Ты великий и могучий маг, бессмертное существо, а бесишься как простой человек. Догадываешься почему? Все дело в этом твоем мече. Он дал тебе не только силы и умения людей. Он наделил тебя их слабостями.

– Ты бредишь! – рявкнул Кощей, стараясь держать в поле зрения и Берсеня, и Радмилу.

– Отнюдь. Ты слишком много прожил среди людей. Ты сам стал почти как человек. А тут еще этот чародейский меч. Охо-хо… – Берсень покачал головой. – Ты перехитрил самого себя. Ты подцепил человеческие чувства и страсти. Подцепил, словно чуму. И эта чума разъела тебя изнутри. Мне же оставалось сделать совсем чуть-чуть. И я это сделал. Я нашел эту бедную девушку, семью которой ты беспощадно уничтожил. Кстати, ее отца звали Тилеем, помнишь его?

– Я не знаю никакого Тилея!

– Не удивил. Думаю, ты бы устал запоминать имена всех магов или тем более воинов, коих ты погубил. Так вот, я нашел эту девочку, жаждавшую твоей смерти, и потратил немного сил и времени, чтобы подготовить вашу с ней встречу. Но первым делом мне пришлось стереть из ее памяти кое-что. Кстати, то же самое я сделал с Орвелем.

– К демонам Орвеля! Так это из-за тебя она ничего не помнила о своем детстве?

Берсень развел руками:

– Славная работа, признай!

Кощей не верил своим глазам и ушам. Неужели Берсень прав? Неужели он и впрямь в погоне за силой и властью сделался зависим от человеческих страстей? Тех самых страстей, над которыми он некогда смеялся и которые использовал в своих целях? Неужели этим мечом он вырыл себе могилу?

– Скажи, что это ложь, Радмила, – прохрипел он, ища в ее лице хоть что-то от той, прежней Радмилы.

– Грязный выродок! – Она сорвалась на крик.

– Радмила! Неужели в тебе ничего не осталось, я думал…

– Заткнись! – взвизгнула она. – Не приближайся ко мне! Я всю жизнь мечтала об этой минуте. Я знала, что так будет. Я знала, что когда-нибудь найду и убью тебя. Слава небесам, мне не пришлось ждать слишком долго!

– Радмила! Но как же мы? То, что было между нами, разве это все было ложью?

Радмила отшатнулась. Гримаса ненависти ушла, и в ее глазах мелькнуло нечто хорошо знакомое Кощею.

– Радмила! Ты всегда говорила, что хочешь забыть прошлое. Так давай сделаем это вместе. Отринь его, и мы будем счастливы. Если захочешь, ты снова забудешь обо всем, и мы будем снова вместе как прежде. Разве мы плохо жили все эти месяцы? Разве нас ничего не связывало?

– Замолчи! – прошептала она.

Ее руки, сжимавшие иглу, задрожали. Сузивший глаза Берсень готов был прыгнуть к ней в любой миг.

– Радмила! Прошу тебя. Наверное, теперь ты не поверишь этому, но я люблю тебя. Берсень, этот проклятый выскочка, наверное, прав. Я и впрямь сделался человеком. И я люблю тебя, Радмила.

Кощей тяжело рухнул на колени.

– И я по-прежнему верю тебе, Радмила, – глухо сказал он. – Если твоя ненависть сильнее тех чувств, что, как мне кажется, возникли между нами, сломай эту иголку. Пусть будет так. Смерть от твоих рук я приму спокойно.

Глаза Радмилы влажно блеснули.

– Замолчи! – прошептала она.

– Не слушай его! – закричал Берсень. – Он лжет! Он убьет тебя.

– Заткнись!!! – гневно выдохнул Кощей.

На Берсеня обрушился воздушный вихрь. Молодого мага скрутило и швырнуло о стену. Уже падая, Берсень успел вымолвить свое заклятие и смягчить падение.

– Нет! Не смей! – завизжала Радмила. – Ты никого больше не убьешь!

Ее сомкнувшиеся на иголке пальцы напряглись, и тотчас в руках Кощея заклубилась тьма. Воздух над Радмилой подернулся мраком, сквозь который особенно ярко засияли маленькие звездочки. Девушку окатило ледяным холодом, и ее руки точно окостенели.

– Я не причиню тебе вреда, Радмила, но ты не должна делать глупостей! – прорычал Кощей.

Он шагнул к ней. Застывший за его спиной Берсень изменился в лице. В одно мгновение перед его мысленным взором промелькнули образы десятков заклятий. Но он даже не дернулся. Что бы он ни сделал, ему не опередить великого мага.

– Прости, Радмила, – прошептал Кощей в ее побелевшее лицо, – но тебе нечего опасаться. Очень скоро мы забудем об этой глупой истории.

Он протянул руку, собираясь вырвать иголку, но улыбка на ее лице заставила его остановиться.

– Нет, – прошептала она. – Ты чудовище!

Ее пальцы шевельнулись, и иголка тоненько хрустнула.

– Радмила!

Кощей задрожал. Его облик поплыл, становясь нечетким, полупрозрачным. Сквозь плоть отчетливо проступила противоположная стена.

– Прости!

Закрыв лицо ладонями, Радмила упала на колени и заплакала. Берсень же смотрел в глаза развоплощающегося Кощея с улыбкой. Хотя особой радости в этой улыбке не было. Лишь легкое удовлетворение от того, что долгая и кропотливая работа наконец увенчалась успехом.

Цель достигнута, и месть свершилась. Долг перед Ирицей и остальными оплачен. И теперь Берсень может спокойно заняться другими делами.

– Нет!

Пронзительный крик Кощея ударил по ушам, заставив Радмилу обхватить голову.

– Я не позволю! – От рева чародея содрогнулись стены замка.

Его фигура стала вновь наполняться плотью.

– Как это возможно?.. – Берсень не поверил собственным глазам. – Этого не может быть!

Кощей дико захохотал:

– Я бессмертный! Я родился и вырос задолго до того, как на земле появился первый человек! Я величайший и сильнейший в мире маг! А ты только жалкий смертный колдунишко!

Берсень вгляделся в потоки магических сил, взбурливших вокруг Кощея. Мощь этого древнего мага была поистине безмерна, но, как бы он ни сопротивлялся, иголка исполнила свое предназначение. Жизнь Кощея близилась к концу.

– Да, пусть я буду жалким смертным, пусть я буду колдунишкой, но все-таки сейчас подохнешь ты, а не я, – бросил Берсень.

– Ну уж нет, – процедил Кощей. – Если я и погибну, то только вместе с тобой!

Его плоть вновь стала расплываться, теряя очертания и плотность. Полупрозрачные руки и ноги Кощея резко удлинились. Берсень едва увернулся от одной из его дланей, но чародей вовсе не пытался его поймать. Призрачные конечности вонзились в пол и стены. Замок тряхнуло так, что Берсень едва устоял на ногах.

81
{"b":"10685","o":1}