ЛитМир - Электронная Библиотека

– Я была у Даны. И раз уж все равно приехала в Пердидо, решила заглянуть к вам и спросить, нельзя ли мне осмотреть личные вещи Венделла. Не могу отделаться от мысли, что он мог что-нибудь упустить из виду. Что-то забыть, оставить, что может дать нам хоть какую-то информацию. У меня нет никакой другой возможности выйти на его след.

– "Вещей" как таковых никаких нет, но если хотите, смотрите все, что вам интересно. А полиция осматривала яхту, снимала отпечатки пальцев и все такое, что они обычно делают?

– Я знаю только то, что мне сегодня утром рассказали в страховой компании. Яхту нашли, это точно, но никаких следов Венделла на ней не было. Где деньги, я пока не знаю.

Прихватив стакан с коктейлем, Рената перешла в другую часть гостиной, уселась там в большое мягкое кресло, жестом показав мне на другое.

– Какие деньги?

– А разве Венделл вам не говорил? Карл спрятал где-то на яхте и хранил там три миллиона долларов.

Несколько мгновений Рената молчала, постигая смысл сказанного мною. Потом откинула голову назад и захохотала, правда, смех ее сильно смахивал на рыдания. Наконец, она взяла себя в руки.

– Вы шутите? – спросила она.

Я отрицательно помотала головой.

Снова короткий взрыв смеха, затем Рената медленно покачала головой.

– Непостижимо, просто непостижимо. И такие деньги были спрятаны на "Лорде"? Даже не верится. Ну что ж, по крайней мере, теперь кое-что проясняется.

– Что именно?

– Я не могла понять, почему он так одержим этой яхтой. Постоянно говорил только о ней.

– Я вас не совсем понимаю.

Она помешала в стакане палочкой, тщательно облизала ее.

– Ну, конечно, он любил своих сыновей, но никогда прежде не допускал того, чтобы эта любовь мешала ему делать то, чего ему хотелось. С деньгами у него всегда было туго, но для меня это не имело никакого значения. Видит Бог, у меня вполне достаточно средств для нас обоих. Месяца четыре назад Венделл начал говорить о том, что надо бы сюда вернуться. Дескать, ему хочется повидать сыновей. Увидеть внука. Извиниться перед Даной за то, как он с ней поступил. Я думаю, на самом-то деле ему захотелось наложить лапу на эти деньги. Знаете что? Я готова поклясться, что он именно это и сделал. Теперь не удивительно, что он стал тогда так скрытничать. Три миллиона долларов! Удивительно, как это я сама не догадалась.

– Что-то вы не кажетесь удивленной, – сказала я. – Скорее уж подавленной.

– Наверное, да. Теперь, когда я все узнала. – Она сделала большой глоток. Мне показалось, что Рената успела выпить еще до моего прихода, и даже не раз. На глаза у нее навернулись слезы. Она снова покачала головой.

– Что? – спросила я.

Рената откинулась назад, запрокинув голову на спинку кресла, и закрыла глаза.

– Мне так хочется в него верить. Так хочется думать, что его интересуют не только деньги, а что-то еще. Ведь если это не так, то кто же я сама такая? – Ее темные глаза широко раскрылись.

– Не думаю, что Венделл Джаффе всерьез задумывается над своими действиями, – заметила я. – Я и Майклу то же самое говорила. Не принимайте поступки Венделла на свой счет.

– Страховая компания возбудит против него иск?

– В общем-то на данный момент сам Венделл не представляет для "Калифорния фиделити" никакого интереса. Фирму волнует лишь то, жив он или нет. Деньги по страховке получила Дана, с ней они и будут разбираться. А все остальное им безразлично.

– А полиции?

– Ну, конечно, могут возобновить против него дело – и я, откровенно говоря, надеюсь, что так они и поступят, – однако сомневаюсь, что они захотят и смогут выделить для этого достаточное число людей. Даже если дело будет квалифицировано как обман и кража в особо крупных размерах, вначале ведь надо еще найти Венделла. Потом доказать обвинение. А легко ли это сделать по прошествии стольких лет? Да и какова цель всех этих усилий, сами подумайте.

– Ловлю вас на слове, давайте подумаем. Какова же на самом деле цель? Я полагала, что вы работаете на страховую фирму.

– Работала. Сейчас уже нет. Я вам так скажу. У меня есть к этому делу свой собственный интерес. Последние десять дней я ничем, кроме Венделла, не занималась, и не хочу бросать дело незавершенным. Мне самой нужно довести его до конца, Рената. Узнать, чем и как оно завершится.

– О Господи, да вы, оказываетесь, еще и фанатик. Только этого не хватало. – Она снова закрыла глаза и приставила ко лбу стакан с плавающими в нем кусочками льда, как будто пытаясь снять мучающий ее жар. – Как же я устала, – проговорила женщина. – Кажется, целый год могла бы проспать, не вставая.

– Не возражаете, если я взгляну, не забыл ли Венделл чего?

– Ради Бога. Чувствуйте себя как дома. Венделл забрал все подчистую, но в общем-то я после него еще ничего не проверяла. Простите, что я сейчас в таких растрепанных чувствах. Но мне все еще трудно примириться с мыслью, что после пяти лет совместной жизни он мог меня бросить подобным образом.

– Я пока еще не совсем уверена, что он действительно окончательно от вас ушел. Но взгляните на это с другой точки зрения: если он был способен бросить Дану, то почему нельзя поступить так же и с вами?

Она улыбнулась, не открывая глаз. Вид у нее был какой-то странный. Сомневаюсь, слышала ли она мои слова. Казалось, что Рената уснула. Я вынула у нее из руки стакан и с негромким стуком поставила его на стеклянную крышку стола.

Следующие три четверти часа ушли у меня на то, чтобы самым тщательным образом осмотреть все углы и закоулки дома. В подобных ситуациях никогда не знаешь заранее, что полезного можешь найти: какие-нибудь личные бумаги, записи, записки, номера телефонов, письма, дневник, записную книжку. Пригодиться может что угодно. Но Рената оказалась права. Венделл действительно забрал все свои вещи подчистую. Мне ничего не оставалось делать, как пожать плечами. Если бы мне очень повезло, возможно, я бы могла отыскать нечто такое, что позволило бы без труда раскрыть тайну его нынешнего местонахождения. Но ничего нельзя загадывать, пока сама не посмотришь, есть там что-нибудь или нет.

Я спустилась по лестнице вниз и, стараясь не шуметь, направилась через гостиную к выходу. Когда я проходила мимо дивана, Рената зашевелилась и открыла глаза.

– Повезло? – спросила она. Язык у нее под влияния выпитого сильно заплетался.

– Нет. Но все равно попытаться стоило. Вы как, справитесь?

– Когда у меня пройдет это чувство унижения? Да, конечно.

Я помолчала, потом все же спросила:

– А Венделлу не звонил некто по имени Хэррис Браун?

– Да, звонил. Но не застал, представился, и Венделл ему потом перезванивал. Они довольно сильно поссорились с ним по телефону.

– Когда это было?

– Не помню. Вроде бы вчера.

– А по поводу чего они поссорились?

– Венделл мне не сказал. Он вообще об очень многом предпочитал мне не рассказывать. Если вы его когда-нибудь разыщете, не надо мне сообщать. Пожалуй, я завтра же сменю все замки в доме.

– Завтра воскресенье. Это вам дорого обойдется.

– Тогда сегодня. Прямо после обеда. Как только приду в себя.

– Если вам что-нибудь будет нужно, звоните.

– Посмеяться бы как следует, вот что мне сейчас нужно, – ответила Рената.

25

За адресом Хэрриса Брауна скрывался ряд дрянных коттеджей, стоящих на высоком обрывистом берегу Тихого океана и образующих небольшую улочку на окраине Колгейта. В общей сложности я насчитала восемь домов, выстроившихся вдоль незаасфальтированной проселочной дороги, по обе стороны которой тянулись ряды эвкалиптов. Дощатые, острокрышие, с двойными окнами мансард и закрытым крыльцом, теперь уже кажущиеся почти лачугами, когда-то они, по всей вероятности, были построены для прислуги на самом краю огромного в то время имения, от которого с тех пор давно уже ничего не осталось. В отличие от соседних домов, бледно-розовых или светло-зеленых, дом Хэрриса Брауна был действительно коричневым[25]... видимо, в порядке шутки. Теперь уже трудно было определить, пребывал ли дом в его нынешнем состоянии с самого начала или же его запущенность являлась следствием того, что здесь жил вдовец. Лично мне трудно было представить, что если бы в доме обитала женщина, она не попыталась бы привести его в порядок и содержать в более приличном виде. Я поднялась на крыльцо.

вернуться

25

Слово "brown" означает также "коричневый".

74
{"b":"10692","o":1}