ЛитМир - Электронная Библиотека

День стоял прохладный и ясный, лучи послеполуденного солнца струились на видневшиеся вдалеке горы, словно золотистый сироп. Океан сверкал, как будто покрытый бриллиантовым ковром, в воздухе стоял соленый запах морской воды. Приятно было пробежаться, вновь ощутив в полной мере радость физической активности. Преодолев четыре мили, почувствовав прилив сил, я вернулась домой, приняла душ и стала поглощать овсяную кашу с тостами, читая при этом газету, которую не успела просмотреть утром. Потом прошлась за покупками, купила кое-что из еды и заскочила в винный магазин. Было уже почти шесть часов, когда я наконец почувствовала себя достаточно расслабившейся, чтобы сесть за работу.

Начала я со своих каталожных карточек. Я просматривала их, не ища там чего-то конкретного, а просто старалась занять себя, рассуждая тем временем, что предпринять дальше. Взгляд мой упал на пакет со сломанными рамками для фотографий. Черт побери, конечно же, я забыла отнести в прачечную постельное белье Дэниель, и она уже была закрыта. Зато сейчас я, по крайней мере, могла поменять рамки. Пройдя на кухню, я забрала там со стола новые. Поставив рядом со столом мусорную корзину, я вытащила из пакета фотографии. Четыре снимка восемь на десять, все цветные. Я сняла рамку и подложку с первой фотографии, потом задержалась, разглядывая ее: три кошки расположились на садовом столике. Одна из них, полосатая, намеревалась спрыгнуть вниз, ее явно не радовал тот факт, что ее собираются увековечить на фотографии. Две другие, пушистые – одна рыжая, другая черная, – смотрели в объектив, соответственно, с надменным и равнодушным видом. На обратной стороне фотографии имелись дата и клички кошек: Смоки, Тайгер и Чешир.

Когда я вынула фотографию из рамки, стекло развалилось на два куска. Я бросила их в мусорную корзину, а за ними последовала и рамка. Потом достала новую рамку, оторвала ценник, вытащила подложку и заднюю картонку, вставила между ними снимок и перевернула его, чтобы не оказалось вверх ногами. Далее все три слоя – подложку, фотографию и картонку – вставила между стеклом и скобками. Получилось хорошо.

То же самое проделала я и со второй фотографией. Стекло здесь только треснуло в углу, но сама рамка восстановлению не подлежала. На фотографии были изображены двое молодых мужчин и молодая женщина на парусной яхте. Все загорелые, с растрепанными волосами, в руках банки с пивом. Наверное, снимок делала Дэни-ель. Должно быть, это был прекрасный день, проведенный с хорошими друзьями, чудесный момент ее жизни, когда она еще не сбилась с пути. У меня тоже бывали такие дни. Возвращаешься домой грязной и усталой как собака, но счастливый день навсегда остается в памяти.

На третьей фотографии Дэниель позировала под белой решетчатой аркой, а рядом стоял аккуратно подстриженный парень. По одежде и орхидее в руках я догадалась, что фотография сделана во время бала в средней школе. Приятно было увидеть Дэниель такой, какой она была раньше. Она вошла в жизнь с такой решительностью, с какой новичок входит в монастырь, перешагнув широкую пропасть, отделяющую прошлое от настоящего.

Последняя фотография была заклеена широкой серой лентой, так что видны были только две центральные фигуры: Дэниель и Лорна, сидевшие за столиком в кабинке ресторана. Похоже, что это фото было сделано бродячим фотографом, одним из тех, кто зарабатывает на жизнь фотографируя вас, а потом предлагает купить снимок. Трудно было определить, где находятся девушки, может быть, в Лос-Анджелесе или Лас-Вегасе, но явно в каком-то шикарном ночном клубе, где можно поесть и потанцевать. На заднем плане я разглядела часть эстрады для оркестра, а на столике перед подругами стояли бокалы с шампанским. Широкая серая лента четко выделяла их двоих.

Обе выглядели чрезвычайно элегантно. Они сидели за круглым столиком в кабинке, отделанной черной кожей. Лорна была особенно красива: темные волосы, карие глаза, безупречный овал лица. Выражение лица серьезное, но на губах играла тончайшая улыбка. Черное вечернее платье из атласа с длинными рукавами и низким прямоугольным вырезом, в ушах сверкали бриллиантовые сережки в виде колец. Дэниель, как обычно, в зеленом – плотно облегающий грудь топ с блестками и, предположительно, мини-юбка (насколько я знала вкус Дэниель). Длинные темные волосы собраны в высокую прическу. Я представила себе, как они с Лорной специально наряжались для этой светской встречи. Две городские девушки по вызову. На темном фоне кабинки я заметила мужскую руку, обнимавшую Лорну. Сердце мое тревожно забилось.

Я вытащила фотографию и, сняв ленту, увидела всех четверых, кто сидел за столиком в тот вечер. Роджер, Дэниель, Лорна и "Коротышка" Стоктон. Ох, Господи, вот оно. Вот оно. Может быть, эта фотография объясняла и не все, но она являлась ключом к разгадке.

Держа фотографию в руке, я подошла к телефону, набрала номер пейджера Чини, потом номер моего телефона и нажала кнопку "вызов". Положив трубку, я вернулась за стол и стала ждать звонка Чини, сортируя тем временем свои записи и собирая вместе все каталожные карточки, на которых упоминался Роджер. В основном это были черновики моих первых бесед, да еще заметки после разговора с Сереной. Я осмотрела оставшиеся на доске карточки, но в них Роджер нигде не упоминался. Тогда я разложила карточки на столе, словно пасьянс. Нашла записи, сделанные после разговора с ним. Роджер сказал мне, что Лорна позвонила ему в пятницу утром. Я обвела дату в кружок и поставила вопросительный знак, а потом скрепкой прикрепила карточку к фотографии.

Зазвонил телефон.

Я схватила трубку и машинально ответила:

– Кинси Милхоун.

– Это Чини. Что случилось?

– Полной уверенности у меня нет. Но давай я расскажу тебе, что обнаружила, а ты сам решишь. – Я быстренько рассказала о фотографиях и детально описала ту, на которую смотрела. – Я понимаю, что ты шутил, говоря о Роджере и "Коротышке", но они действительно знакомы, причем настолько близко, что вместе ездят с проститутками куда-то за город. А еще я проверила все свои записи и обнаружила любопытное несоответствие. Роджер сказал мне, что Лорна позвонила ему в пятницу утром, но она не могла этого сделать. К тому времени она была уже мертва.

Некоторое время Чини молчал.

– Я не знаю, что ты сможешь с этим сделать.

– И я не знаю. Поэтому я позвонила тебе. Предположим, что у Роджера и "Коротышки" были совместные дела. Если Лорна рассказала Роджеру о своих отношениях с Эссельманом, то они, используя эту информацию, могли надавить на него. Эссельман заартачился...

– "Коротышка" убил его? Это смешно. У "Коротышки" полно сделок в запасе. Не вышло с этой, принимается за другую, не получилось со второй, берется за третью. Поверь мне. Стоктона интересует исключительно бизнес. И хватит об этом. Смерть Эссельмана могла принести ему только дополнительные затруднения, потому что пришлось бы ждать новых выборов и все такое прочее...

– А я и не говорю о Стоктоне. Я думаю, это дело рук Роджера. Он имел доступ к оборудованию бассейна. Имел доступ к Лорне. Имел доступ вообще ко всему. А кроме того, он знал Дэниель. Возможно, в тот вечер они со Стоктоном говорили о делах. И теперь Дэниель оказалась единственной свидетельницей.

– А как ты собираешься доказать это? Все, что у тебя есть, так это только подозрения. И ничего конкретного. Во всяком случае ничего, с чем ты могла бы пойти к окружному прокурору. Он тебя и слушать не станет.

– А как насчет пленки?

– Она ничего не доказывает. Начнем с того, что запись сделана незаконно, а потом, ты даже не знаешь, Лорна это или нет. Они могли говорить о чем угодно. Ты слышала о теории "плода с отравленного дерева"? После того как мы расстались с тобой, я постоянно размышлял об этом деле. Имеются люди, которые нарушали картину места преступления, которые утаивали улики. Да любой приличный адвокат разобьет тебя в пух и прах.

– А как быть с заявлением Роджера о том, что Лорна позвонила ему в пятницу утром?

65
{"b":"10694","o":1}