ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Беги и живи
Ненавидеть, гнать, терпеть
Сердце бури
Понимая Трампа
Атомный ангел
Я хочу больше идей. Более 100 техник и упражнений для развития творческого мышления
Великий русский
Любовь колдуна
Довмонт. Князь-меч

Когда Тристан тронул ее за плечо, она сидела на полу, помогая Эдварду рисовать корабль Брэдшо, который он решил назвать «Грозовое Облако». Несмотря на то что Джорджиана весь вечер ожидала этого, она вздрогнула.

— Прости, Коротышка, — сказал Тристан, — мне надо поговорить с Джорджи.

— Но мы рисуем новый корабль для Брэдшо, — возразил Эдвард.

— Разве я потерял старый? — удивился Брэдшо, наклоняясь к рисунку, в то время как Тристан помогал Джорджиане встать.

— На этом ты будешь капитаном, — объяснил младший брат.

— Тогда нельзя ли побольше шлюпок? — Шо, взглянув на Тристана, опустился на пол, заняв место Джорджианы.

Выходя с Тристаном из гостиной, она чувствовала устремленные на них взгляды находившихся в комнате, но никто не проронил ни слова. Джорджиана подумала, много ли они на самом деле знают о ее запутанных отношениях с лордом Дэром. Теперь у них есть повод для подозрений.

Ее сердце застучало еще громче, когда Тристан ввел ее в бильярдную Грея и запер за собой дверь.

— Пожалуйста, расскажи, что случилось, пока меня не хватил удар, — попросила она, вглядываясь в его лицо.

Он подошел и положил руки ей на плечи.

— Что?..

Тристан наклонился и поцеловал ее, сжимая в яростных объятиях. Прижатая к краю бильярдного стола, она почувствовала боль, напомнившую о недавнем падении с лошади, но не хотела лишиться его объятий. Никто, кроме Тристана, не вызывал в ней такой… одержимости, такого необыкновенного ощущения наслаждения.

Он как будто впитывал ее губами и всем своим существом, заставляя колени подгибаться, а дыхание замирать. Когда наконец он отстранился, она прижалась к его груди.

— Боже мой, а я-то думала, твоя таинственность означала, что случилось нечто ужасное.

— Действительно, произошло нечто ужасное, — тихо произнес он. — Когда я расскажу, тебе это не понравится, как не понравлюсь и я сам, вот я и хотел поцеловать тебя, может быть, в последний раз.

— Теперь мне страшно, — сказала она, по-прежнему прильнув к нему. Страх ледяными пальцами сжал ее сердце. — Рассказывай.

Тристан собрался с духом.

— Вчера ночью у меня была посетительница. Вернее, рано утром.

— Посетительница?

— В моей спальне.

— О! — «Он нашел другую любовницу!» Острое жало ревности глубоко впилось в ее сердце, она отшатнулась от Тристана. — Благодарю за то, что сказал. По крайней мере ты сделал это втайне, это больше, чем я ожи…

— Что?.. Нет! Нет! Это не… — Он глотнул воздух. — Это была Амелия Джонс, Джорджи. Она набросилась на меня, когда я крепко спал.

— Амелия? Не могу поверить! Она еще ребенок.

— Нет, не ребенок.

— Но…

— Поверь мне, я могу опровергнуть это мнение. Она очень и очень взрослая. — Он провел рукой по вырезу ее платья, как будто не мог удержаться и не касаться ее и словно не понимал, что он делает.

— Что было потом?

— Я весьма не по-джентльменски поднял крик и вышвырнул ее из дома.

«Слава Богу!» Джорджиана притянула его к себе и страстно прижалась к его губам.

— Хорошо.

Она никогда не находила ничего общего между собой и Амелией, если не считать Тристана, и девица ей совсем не нравилась. Она подумала, а как бы повел себя он, если бы она рассказала ему о предложении Уэстбрука.

— Но дело этим не кончилось. Она кое-что унесла из моей комнаты.

Джорджи затрясла его, хотя с таким же успехом могла бы трясти гору.

— Что, скажи ради Бога.

— Твое письмо. И твои чулки.

— Мои…

Глаза у нее закатились, неожиданный грохот в ушах лишил ее способности слышать и соображать. Колени подогнулись. С проклятием в свой адрес Тристан подхватил ее и, приподняв, усадил на край стола.

— Джорджиана, — умоляюще прошептал он, — не надо обморока. Пожалуйста, не теряй сознания.

Положив голову ему на плечо, она слабо вздохнула.

— Не буду. О нет, нет! Зачем она это сделала, Тристан?

— Она хочет, чтобы я женился на ней.

Джорджиана подняла глаза, голова у нее кружилась. Она начинала думать, что спокойная скучная любовь, возможно, имеет некоторые преимущества.

— Я не понимаю.

— Кто бы мог подумать, что я такая желанная добыча? — криво усмехнулся он. — Она намерена рассказать всему свету о твоем и моем неосторожном поступке, если я не сделаю ее леди Дэр.

— Почему она считает, что ей надо угрожать и тебе, и мне?

— Вероятно, потому, что я не собираюсь на ней жениться. — Он снова поцеловал ее долгим и нежным поцелуем. — Как я мог сказать что-то другое, когда я и ты… Когда… я не хочу потерять тебя?

Ее глаза наполнились слезами. Теперь у нее был готов ответ Уэстбруку.

— У меня есть три дня, до того как я должен дать ей ответ, но ты должна была все узнать, — продолжал он.

Джорджиана покачала головой, не желая верить в реальность происходящего.

— Она знает, что я пыталась помочь ей. Даже если ты передумал, я не хотела, чтобы так получилось.

— Думаю, ей на это наплевать, Джорджи.

— Ну нет, — настаивала она. — Ты, наверное, угрожал ей или что-то еще, не так ли?

Он нахмурился.

— Сначала нет.

— Вот видишь, ты просто напугал ее. Она, должно быть, думает, что ей следует сохранить эти… предметы, чтобы защитить себя, на случай если ты и дальше будешь обижать ее.

Выражение лица Тристана все больше становилось раздраженным.

— Я не…

— Я поеду к ней и объясню, что эти вещи ничего не значат, но они нужны мне, чтобы избежать скандала.

— Они ничего не значат? — повторил он, взяв ее за подбородок, чтобы она была вынуждена посмотреть в его сверкающие глаза.

— Так я скажу ей. Она женщина, она поймет.

— Она больше похожа на дракона, чем на женщину, но я не надеюсь, что сумею тебя отговорить.

— Нет, не сумеешь.

Он снова поцеловал ее. Бог мой! Она может привыкнуть к тому, что он рядом, целует и обнимает ее. Вздохнув, она тоже поцеловала его, обняв за талию.

— Ты не сердишься на меня? — спросил он, еще крепче целуя ее.

— Конечно, мне это не нравится, но я не злюсь на тебя. И я тоже хочу тебе что-то сказать.

— Что?

— Лорд Уэстбрук сделал мне предложение.

Он помрачнел.

— Сегодня?

— Сегодня днем.

— И ты отказала ему?

— Трис…

Он снова поцеловал ее.

— И ты отказала ему, — повторил он, это прозвучало как утверждение. — Расскажи мне.

Он рассказал ей об Амелии, и она должна ответить ему с такой же откровенностью.

— Он хотел, чтобы я обдумала его предложение.

— И ты будешь думать?

— Сейчас мне надо думать совсем о другом, — нашлась Джорджиана.

Он усмехнулся, но не очень весело.

— Ты, конечно, права. Но мне все равно это не нравится.

— И никаких угроз и насилия. Ты рассуждаешь почти как приличный джентльмен.

Тристан рассмеялся.

— Придется исправиться. — Он ногой раздвинул ее колени и крепко прижал к себе.

Всего две комнаты отделяли их от гостиной, но он поднял ее длинную юбку выше колен, не скрывая своих намерений.

— Нас услышат, — сказала она, едва не задохнувшись от прикосновения его теплых рук к ее бедрам.

— Нет, если мы сделаем это тихо. — Он улыбнулся. — И быстро. Дверь заперта. Видишь, как я стал осторожен?

— Это не осторожность. Это…

— Это очень удачная мысль.

Она не была в этом уверена и хотела возразить главным образом потому, что ей не нравилось спешить. Однако, когда она открыла рот, чтобы заговорить, его пальцы скользнули между ее бедер вверх. Джорджиана выгнулась, и ее протест перешел в еле слышный стон.

— Ты меня хочешь, — прошептал он дрогнувшим голосом.

— Я ничего не могу с собой поделать.

Она не собиралась этого говорить, это походило на признание своей слабости.

Тристан усмехнулся и принялся расстегивать пуговицы на ее платье.

— Не знаю, секс ли это, или мне достаточно лишь дотронуться до тебя, — сказал он, стягивая вниз лиф ее платья и обнажая грудь. — Ты сведешь меня с ума, Джорджиана Элизабет.

46
{"b":"107","o":1}