ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Счастливые дни в Шотландии
Lagom. Секрет шведского благополучия
Варгань, кропай, марай и пробуй
Глиняный колосс
Terra Nova. Строго на юг
Незнакомец
Пожарный
Варкрафт. Дуротан
Найти мужа Дарье Климовой (сборник)

— Конечно нет. Я тебя не боюсь.

С этими словами она сжала его пальцы. Они вошли в круг танцующих. Тристан неуверенно взглянул на Джорд-жиану и, крепче сжав ее руку, осторожно обнял за талию.

Она снова вздрогнула, но положила другую руку ему на плечо.

— Если ты не боишься, — прошептал он, кружа ее в танце, — то почему дрожишь?

— Потому что, если помнишь, мне ты не нравишься.

— Ты не позволяла мне это забыть.

На мгновение их взгляды встретились, и затем она снова стала смотреть на его галстук. Тристан заметил в другом конце зала ее кузена, герцога Уиклиффа, который смотрел на них с явным изумлением.

— По-моему, Уиклифф сейчас упадет в обморок, — усмехнулся он.

— Я же сказала: мы должны танцевать, чтобы убедить твоих тетушек в том, что сможем поладить, — сказала она. — Для этого тебе не обязательно разговаривать со мной.

Если он не мог с ней разговаривать, то по крайней мере получал огромное наслаждение, танцуя с ней. Она была гибкой и грациозной и, как и шесть лет назад, прекрасно танцевала. В этом состояла часть проблемы, возникшей с ее появлением в его доме, — он до сих пор желал ее. Тогда она со всей страстью отдалась ему, и виконту доставляло особое удовольствие думать, что он был у нее первым, несмотря на то что из-за этого Джорджиана, казалось, обрекла его на вечные муки.

— Если уж мы друзья, позволь посоветовать тебе не сжимать свои губы так плотно, — прошептал он.

— А ты не смотри на мои губы, — рассердилась она.

— А на что я должен смотреть, на твои глаза или нос? На твою прелестную грудь?

Она густо покраснела, затем упрямо вздернула подбородок.

— На мое левое ухо, — приказала она.

— Очень хорошо, — усмехнулся Тристан. — Очень милое ушко, должен признаться. И почти на одном уровне с правым. Все вполне приемлемо.

У нее дрогнули губы, но он притворился, что не заметил. Виконт чувствовал ее опьяняющую близость. Голубая юбка девушки обвивала его ноги, он ощущал, как в его руке сжимались и разжимались ее пальцы, а в вихре танца соприкасались их бедра.

— Не прижимай меня так близко, — тихо попросила она.

— Прости, — сказал он, отстраняясь на приличное расстояние. — Старая привычка.

— Мы не танцевали вальс уже шесть лет, милорд.

— Тебя трудно забыть.

Изумрудные глаза холодно блеснули.

— Мне следует принять это за комплимент?

«Господи, он добивается, чтобы его убили!» — подумала Джорджиана.

— Нет. Просто так оно и есть. С того времени как наши… пути разошлись, ты обломала об меня семнадцать вееров, а теперь еще отдавила пару пальцев на ноге. Такое трудно забыть.

Вальс закончился, и она сразу же отстранилась от него.

— Дружелюбия для одного вечера достаточно, — сказала она и, сделав реверанс, удалилась.

Из дружелюбия или нет, но она заставила его забыть, что первый вальс в этот вечер он должен был танцевать с Амелией. Теперь эта глупая девчонка весь вечер будет притворяться, что не замечает его.

Он смотрел вслед Джорджиане, пока та не скрылась за спинами танцующих. Сегодня она лишь наступила ему на ногу и танцевала с ним вальс. И если его подозрения верны, то его беды только начинаются.

Глава 4

Госпожа, дела дурные мы чеканим в бронзе,

А добрые мы пишем на воде.

У. Шекспир. Генрих VIII. Акт IV, сцена 24

Подруги Джорджианы бросились к ней, едва она успела выйти из круга танцующих.

— Так это правда!

— Я слышала, что…

— Ты действительно это сделала, Джорджи? Не могу поверить…

— Пожалуйста, — взмолилась Джорджиана, — мне надо отдышаться.

Люсинда и Эвелина вдвоем буквально подтащили ее к ближайшему окну.

Распахнув его, Джорджиана жадно вдохнула свежий ночной воздух.

— Лучше? — спросила Эвелина.

— Немного. Дайте мне минуту.

— Хоть несколько. После того как я видела тебя вальсирующей с Дэром, мне самой надо прийти в себя. Знаешь, он и вправду улыбался тебе.

— Я тоже это видела. Он все еще влюблен в тебя?

— Тише, — остановила их Джорджиана, закрывая окно и садясь около него. — Нет, конечно, нет. Я все еще пытаюсь привлечь его внимание.

— Я не могла поверить, когда Донна Бентли сказала, что ты переехала в Карроуэй-Хаус. Ты обещала рассказать нам, что ты задумала.

Джорджиана уловила упрек в словах Люсинды.

— Знаю, но все произошло так быстро, я и сама этого не ожидала. Его тетушки — близкие друзья герцогини, — объяснила Джорджиана. — Я помогаю мисс Милли, пока она поправляется после приступа подагры.

— Джорджи, — Люсинда присела рядом с ней, — а ты уверена, что хочешь пройти через все это? Знаю, мы вместе придумали правила, но теперь все по-настоящему.

— Кроме того, всем известно, что ты ненавидишь лорда Дэра.

Все искренне считают, что только из-за поцелуя и пари. И Джорджиана хотела, чтобы так было и дальше.

— А ты не думаешь, что у меня достаточно причин проучить его? — спросила она.

— Полагаю, что так, но это может быть опасно, Джорджиана. Он виконт, у него несколько больших имений. К тому же плохая репутация.

— А я — кузина герцога Уиклиффа и дочь маркиза Харкли.

Шесть лет назад Дэр имел возможность погубить ее репутацию, но не сделал этого. Но, если он узнает о том, что она задумала, он может повести себя совершенно по-другому. Джорджиана содрогнулась. Если Дэр понимает, что такое честная игра, то ничего не случится.

— Признаюсь, — сказала Эвелина, взяв ее за руку, — очень интересно знать о твоем плане, о котором больше никому не известно.

— И никто не должен узнать, Эви, — сказала Люсинда, оглядываясь, словно опасаясь, что их подслушивают. — Если кто-нибудь догадается, что это игра, Джорджиана погибнет.

— Я никогда никому не скажу, — заверила Эвелина. — Вы это знаете.

Джорджиана кивнула в ответ:

— Я не волнуюсь. Вы мои самые близкие подруги.

— Просто хитрости не в нашем характере, — продолжала Эвелина.

Джорджиана усмехнулась:

— Только не забывайте, в следующий раз это сделаете вы обе.

— Сначала я хочу посмотреть, выживешь ты или нет, — сказала Люсинда, улыбаясь, но взгляд ее черных глаз оставался серьезным. — Будь осторожна, Джорджи.

Джентльмен, вышедший из дверей гостиной, слава Богу, был полной противоположностью Дэра. Она еще не была готова к следующей схватке.

— Лорд Уэстбрук, — произнесла она, с облегчением улыбаясь.

— Добрый вечер, мисс Баррет, мисс Раддик, — поклонился маркиз. — Рад видеть вас обеих. Я вижу, вы взяли на себя еще одну заботу, — обратился он к Джорджиане, глядя на нее добрыми карими глазами. — Семейство Карроуэй должно быть благодарно вам за вашу помощь.

— Это взаимно, уверяю вас.

— Я не слишком самоуверен, надеясь, что в вашей карточке найдется место для танца со мной?

Она посмотрела на красивого, с каштановыми волосами, маркиза. Поскольку предполагалось, что Дэр должен влюбиться в нее, то и ей следовало делать вид, что она слегка неравнодушна к нему, но ей нравится Джон Блэр, лорд Уэстбрук. Он настоящий джентльмен в отличие от большинства ее поклонников — и, уж конечно, прежде всего от этого негодяя виконта Дэра.

— Так случилось, что у меня свободна следующая кадриль, — сообщила она.

— Я вернусь через несколько минут, — улыбнулся он. — Простите, что прервал вашу беседу, милые дамы.

— Вот этот человек, — сказала Люсинда, когда он смешался с толпой, — не нуждается ни в каких уроках.

— Почему он до сих пор не женат, как вы думаете? — спросила Эвелина, Люсинда взглянула на Джорджиану.

— Возможно, он уже выбрал кого-то и только ждет, когда она ответит на его чувства.

— О, глупости, — возразила Джорджиана, поднимаясь, чтобы найти Милли и Эдвину. — Пойдемте со мной и поболтаем с мисс Милли и мисс Эдвиной. Они говорят, что очень нуждаются в беседе с образованными женщинами.

вернуться

4

Перевод Б. Томашевского.

8
{"b":"107","o":1}