ЛитМир - Электронная Библиотека

Скалли открыла правую дверь и отошла в сторону, выпуская наружу тепло. Потом через переднее сиденье залезла на заднее и спустя пару минут постучала по стеклу, приглашая Малдера присоединиться к ней.

Встав на колени на переднее сиденье пассажира, Малдер оглядел салон. Боковые сиденья были разобраны и сняты — остались только поручни. Пол и стены обиты ковровым покрытием аляповатой расцветки.

— Да это любовное гнездышко! — усмехнулся Малдер.

— Любовь слепа, Малдер. — Сидя на коленях, Скалли старательно просовывала ручку под отклеившийся кусок ковра.

— В таком гнездышке, пожалуй, оно и к лучшему.

— Достала!

Выпрямившись, Скалли торжествующе подняла над головой ручку — на кончике висел кусок серебряной цепочки. Когда они выбрались из фургона, Скалли опустила ее Малдеру на ладонь.

— Это не фабричная работа. Ручная. — Она потеребила цепочку ручкой. — Похоже на чистое серебро.

Малдер поднес ладонь поближе к глазам. Звенья цепочки оказались крупнее и грубее, чем на первый взгляд, и все разной величины. Скалли взяла цепочку за концы и натянула.

— Прочная. Такую просто так с шеи не сорвешь, а то и наполовину пропилить можно.

— Опять коночины.

Та приподняла подбородок — может быть! — и отправилась в машину за пластиковым пакетиком для улик.

— Захвати и мне парочку! — крикнул он ей вслед и взглянул на часы.

Спэрроу до сих пор не вернулся. Терпение Малдера лопнуло. Решительным шагом он направился к трейлеру, рывком отворил дверь и замер на пороге. Сняв шляпу, шериф сидел за одним из трех столов, закинув на него ноги, и потягивал из фляжки.

Увидев Малдера, он удивился, но продолжил свое занятие и, лишь допив до дна, заметил:

— Ну и жара сегодня!

— Сейчас станет еще жарче! — рассвирепел Малдер. — Дайте мне лупу и срочно пошлите кого-нибудь к Гарсону — отвезти улику. Я сам позвоню ему и объясню, что мне нужно.

Спэрроу положил фляжку на стол и, сверля его взглядом, процедил:

— Что-то я не слышал волшебного слова… Выдержав паузу, Малдер сказал, как выплюнул:

— ФБР.

Глава 14

Вернувшись на площадку, Малдер не увидел Скалли. Не сдержавшись, он шлепнул себя по бедру лупой. Он был расстроен и зол не столько на шерифа, сколько на самого себя. Так распускаться и злоупотреблять своим служебным положением было совсем не в его правилах. Малдер не первый год работал в ФБР и отлично понимал, что содействие местных властей не менее важно для успешного расследования, чем работа собственных агентов. Он только что нарушил этикет, а заодно и свой принцип.

— Скалли? Молчание.

— Скалли, ты где?

Да куда же она подевалась?!

— Я здесь, Малдер. Ну слава Богу!

Скалли стояла рядом с тем, что осталось от роскошного «ягуара». Почти все окна выбиты, переднее стекло в паутине трещин, зеленая краска где содрана начисто, где в царапинах, а крыша вмята так, словно на нее уронили товарный вагон.

— Наш пьяный водитель?

— Не знаю. Наверное, он. Посмотри-ка сюда.

Малдер обошел машину и увидел на боковой панели такие же повреждения, как и на фургоне. Только площадь повреждений была намного больше.

— Автомобиль-невидимка. Скалли подняла вверх руки:

— Я сдаюсь, Малдер. Что происходит? — Она пристально посмотрела ему в глаза. — Ну да ладно… Разберемся. Давай заглянем внутрь.

Малдер не успел ей ответить: хлопнула дверь трейлера. К ним спешил Спэрроу. Судя по тому, как он размахивал руками, Малдер догадался: в нем идет мучительная борьба.

Подойдя к ним, шериф положил одну руку на пистолет, другой сложил пополам жвачку и, отправив ее в рот, снял темные очки.

— Я отвезу улику сам. — Это был не приказ, а просьба. Предложение перемирия.

— Ничего не имею против, сэр. — Малдер предложение принял.

— Чак. — Шериф быстро заработал челюстями.

— Ну это, пожалуй, чересчур, — усмехнулся Малдер.

— Ну что ж, дело ваше. — Спэрроу вновь водрузил очки на место. — Итак, ФБР, что нужно срочно доставить в город?

Пока Скалли рассказывала ему про обрывок цепочки, Малдер вернулся к фургону и, вооружившись лупой, соскоблил перочинным ножом образцы грунта, застрявшие в царапинах, запечатал их в пакетики и вручил шерифу.

Обстановка несколько разрядилась, и они — уже в значительно лучшем настроении — отправились в трейлер хоть чуть-чуть передохнуть от нестерпимого зноя. Скалли приклеила к пакетикам бирки и пронумеровала их, а Малдер позвонил Гарсону в кабинет и объяснил секретарше, что именно его интересует.

— Это не займет много времени, — пообещала та.

— А вы уже разыскали агента Гарсона?

— Пока нет, сэр.

Малдер оставил ей свой номер телефона и попросил передать Гарсону, чтобы тот позвонил сразу же, как только появится. На вопрос, задержана ли Донна Фолкнер, ему ответили, что ее задержал другой агент. Бурной радости при этом она, как и следовало ожидать, не проявила, особенно когда ее доставили в управление на Силвер-авеню, где она в настоящий момент находится и дает показания.

— Показания? На какой предмет?

— Откуда мне знать, сэр. Я ведь всего лишь секретарша и знаю не более того, что мне нужно знать.

«Разумеется, — подумал Малдер, — все остальное покрыто мраком».

Примостившись на краю стола, он промокнул рукавом лоб.

Спэрроу уселся в свое кресло.

— Считаете, здесь каким-то боком замешаны коночины? — спросил он. — Я тоже так подумал, когда вы решили поговорить с Донной Фолкнер.

— Теперь я в этом уверен: слишком многое с ними связано.

— Во всяком случае, у нас теперь есть хотя бы одна версия, — заметила Скалли.

— Да? — Шериф потянулся за фляжкой, но передумал и закинул ноги на стол. — Беда в том, что их тут сотни две. Едва ли они все… — Он вдруг резко выпрямился и, сняв со стола ноги, стукнул сапогами по полу. — Сукин сын!

Переглянувшись со Скалли, Малдер спокойно уточнил:

— Леон Сиола?

У шерифа отвисла челюсть.

— Черт возьми, Малдер, ну вы молоток! — Он побарабанил пальцами по щеке и снял телефонную трубку. — Вам надо поговорить с одним человеком. Он может рассказать вам то, что вас интересует, о том, кто вас интересует. Ник Ланая. Помните, я говорил вам о нем? Хотите верьте, хотите нет, но он так и живет в резервации.

— А что Сиола? — спросил Малдер.

Но тут шерифа соединили, и он, подняв палец и поморщившись, попросил Ланаю прийти вечером после ужина в гостиницу. Повесив трубку, Спэрроу почесал ухо, снова поморщился и объяснил:

— Надвигается гроза. Такие помехи на линии, что того и гляди оглохнешь.

«Слава Богу! — обрадовался Малдер. — Станет хоть немного прохладнее…»

— Так что Сиола? — напомнил он Спэрроу.

— Негодяй. Отъявленный негодяй. Схлопотал срок за убийство, нанял адвоката, который сумел найти зацепку и вытащить этого сукина сына из-за решетки. А мне только и остается за ним приглядывать да надеяться, что он не разойдется опять сверх меры.

Нетрудно было заметить, что шериф не только ненавидит Сиолу, но и боится его.

— Думаете, он причастен к убийствам? — спросил Малдер. — Согласитесь, он весьма подходящий кандидат…

— Нет, я так не думаю, — покачал головой Спэрроу.

Малдер удивился и не счел нужным это скрывать.

— Не похоже на его почерк, — объяснил шериф. — Он любит шокировать своей дурной славой, это так. И в свое время убил человека легко, играючи. Но этих несчастных… тут нужно терпение.

— Но времени-то много не понадобилось, шериф, — вмешалась Скалли. — Вспомните Пола Дэвена.

Спэрроу неохотно согласился, но продолжал настаивать на своем:

— Понимаете, агент Скалли, этих людей убили по какой-то причине. Пока мы не знаем, по какой именно. А Леон может убить просто так, без всякой причины.

— Сгоряча, — подсказал Малдер.

— Вот-вот, в самую точку!

Скалли явно сомневалась, но спорить не стала.

Шериф замолчал, и, достав из нижнего ящика «дипломат», аккуратно уложил в него пакетики с уликами.

20
{"b":"10714","o":1}