ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Вновь заговорил король Эдуард.

– Милорд Кингслир, вы потребовали, чтобы удовлетворено было ваше право на Божий суд. Пора переходить к делу. Оставьте здесь ваши щиты, ибо по закону вы должны полагаться только на свои мечи и умение. Наденьте шлемы, садитесь на коней, и да пусть Бог рассудит вас!

Тим помог Ричарду надеть шлем и проверил забрало. Теперь, когда лица не было видно, барон стал страшным и чужим, и Джоанна вздрогнула, в ожидании того, что должно было случиться на ее глазах.

У Годфри не было оруженосца, и ему пришлось принять помощь от юноши, посланного ему королем, который был совсем не в восторге от того, что его видят рядом с рыцарем, отвергнутым толпой.

Ричард сел на Демона, Годфри – на коня, на котором не так уж давно приезжал в Виндзор. Вновь зазвучали фанфары, и рыцари разъехались по местам. Они ждали, держа наготове копья. Между ними было лишь поле.

Вперед выступил главный распорядитель с белым жезлом.

Казалось, время тянется бесконечно, пока он поднимал жезл.

– Zaissez aller! – наконец крикнул он.

Рыцари вонзили золотые шпоры в бока своим коням, которые помчались навстречу друг другу, выбрасывая из-под копыт землю.

Они встретились посередине. Раздался громовой удар, и копья не выдержали. Конь Ричарда подался назад, но тут же под яростный крик хозяина выпрямился и рванулся вперед, пока Ричард вытаскивал меч из ножен.

Взбешенный Демон не нуждался в шпорах.

И вновь рыцари скакали к центру.

– Ох, Габриэла, я больше не могу, – простонала Джоанна, вздрагивая от скрежета железа и закрывая в страхе глаза.

– Чепуха, дорогая, ваш рыцарь умеет драться! – воскликнула Габриэла, обнимая Джоанну. – Смотрите! Видели, как он ударил негодяя? Да он чуть не вылетел из седла!

Крики толпы подтвердили слова испанки.

Поняв, что все вокруг на стороне Ричарда, Годфри словно приободрился и бешено напал на соперника, ловко парируя его удары. Ричард тоже не давал ему спуску. Сначала он немного попридержал Годфри, а потом обрушил на него один за другим множество мощных ударов, на которые тот с каждым разом отвечал все слабее и слабее.

Кони скакали рядом, и рыцари все время подстегивали их, словно ища удобный момент для решительного нападения.

К несчастью, Демон оступился и чуть замедлил бег. Этого было достаточно. Годфри воспользовался минутной заминкой и, повернув коня, направил его прямо на Демона.

Боевой конь упал, заржав от злости. Стон пролетел над толпой. Закричала женщина. Джоанна даже не поняла, что это она кричит, пока Габриэла не прижала ее голову к своему плечу.

– Ох, guerida! Madre di Dios! Вы видели, что это granuja сделал? Ничего! Подождите! Смотрите, с Ричардом все в порядке! И конь его тоже. О, Господи!

Джоанна открыла глаза. Демон уже поднимался. Но Ричард потерял меч, и тот лежал на земле в нескольких футах от него.

29

Преимущество было на стороне Годфри.

3аконы рыцарства предписывали ему спешиться, однако он решил, что в смертельной схватке это необязательно. Ему уже давно стало понятно, что Ричард искуснее его, поэтому он не собирался упускать подвернувшийся счастливый случай.

Не обращая внимания на недовольство толпы, он направил своего коня на Ричарда, чтобы тот затоптал его, пока он безоружен.

Однако Годфри не учел преданности Демона, и мгновение спустя ему уже самому пришлось побороться за то, чтобы усидеть в седле. А пока Ричард успел подобрать меч.

Демон вставал на дыбы и скалил зубы, нападал на менее тренированного коня, заставляя его отступать. Годфри был искусный наездник, но под напором черного Демона его конь, не устояв, повалился на спину.

Годфри был оглушен. Он лежал на спине, с трудом переводя дух, и до него не сразу дошло, что Ричард смотрит на него, стоя неподалеку и удерживая своего любимца, который иначе уже давно растоптал бы его. Ричард Кингслир ждал, когда Годфри встанет на ноги. Он вел себя по-рыцарски, в отличие от Годфри, и люди заметили это.

Изрыгая проклятия, Годфри вытащил ногу из стремени. Он глядел на соперника и с каждым мгновением ненавидел его все сильнее.

Ричард отпустил поводья и насторожился, когда Годфри пошел ему навстречу.

Его конь поднялся несколько минут спустя, и Тим с другим юношей подхватили поводья, потому что кони как будто собирались вступить в бой сами по себе. Разведя их в разные стороны, они увели их с поля боя.

Надо было начинать пеший бой. Толпа притихла в ожидании, кто из рыцарей сделает первый выпад. Вдруг Годфри до смерти захотелось увидеть кровь, текущую ручьем из Ричарда Кингслира, и услышать крики благоволящей к нему толпы, когда соперник будет умирать. Нет, он, Годфри Лингфилд, не позволит Ричарду умереть быстрой смертью под топором палача. О нет, пусть похитивший у него любовь Джоанны просит пощады! Он все равно убьет его! Годфри устремился вперед.

Он шел прямо на Ричарда, и толпа с облегчением вздохнула, когда Ричард отбил удар и сам ударил Годфри плашмя мечом. Ни один не был ранен. Однако Годфри чуть не упали от унижения совсем потерял власть над собой.

– Оставьте ваши штучки для крестьян, милорд, – не выдержал он. – Вы умрете.

– Не думаю, – спокойно ответил Ричард.

– Не знаю, что Джоанна сказала вам, милорд, однако, пока мы путешествовали вместе, она не раз добровольно уступала моему желанию. Благодарю вас, милорд, вы неплохо ее обучили, – осклабился Годфри, стараясь вывести Ричарда из себя. – Если она достанется вам, не удивляйтесь, если заметите что-то новенькое в ее ласках...

Годфри преуспел в своей хитрости. Ричард бросился на него, нанося один удар за другим и заставляя его отступать. Только один раз, когда они скрестили мечи и их шлемы оказались на расстоянии нескольких дюймов, так что они в упор смотрели друг на друга в узкие прорези, Ричард прорычал:

– Врешь, негодяй.

К чему слова? Все свои силы он вкладывал в удары, однако ему никак не удавалось добраться до доспехов Годфри, которому как раз повезло, и он сумел разрезать кольчугу на плече Ричарда. Он рассмеялся, услыхав, как ругается Ричард, и вынудил его отступить, затаптывая в грязь упавшую с его руки ленту.

– Также я поступлю с графиней Хокингем, когда она станет моей, – издевался он.

– Вновь вынужден с Вами не согласиться.

Меч Ричарда блеснул на солнце и в мгновение ока вонзился Годфри под ребра, как раз куда тот ранил его самого в Уиллоуби.

Светловолосый рыцарь взревел от боли и беспомощности, поняв, что Ричард мог бы убить его, но не захотел, а предпочел поиграть с ним, как кошка с мышкой.

Ричард отступал. Годфри подумал, что не заметил, как ранил барона. Боль и ярость быстро делали свое дело, лишая его разума. Он решил одним махом покончить с соперником, и, вкладывая все силы в последний удар, он с диким воплем бросился вперед, не замечая, что Ричард заманил его на вспаханную копытами коней землю. Годфри попался в ловушку и растянулся во весь рост.

Шлем слетел с него. Открыв глаза, он увидел приставленный к его шее сверкающий клинок. Ногой Ричард прижал к земле его руку, все еще сжимавшую меч. Барон не произнес ни слова. Когда боль в руке стала нестерпимой, Годфри разжал пальцы, и Ричард отпихнул подальше бесполезное оружие, которое тотчас было подобрано распорядителем.

Все опять затихли, ожидая продолжения.

– Ну же, милорд, кончайте меня. Я готов, – прошипел Годфри, потеряв всякий страх из-за унизительной нерешительности Ричарда. Однако Ричард даже не пошевелился. Тогда Годфри решился на последнее злодейство. – Вспомните, Ричард Кингслир, когда будете укладывать в постель прелестную Джоанну… Я тоже владел ею.

Годфри почувствовал, как дрогнул клинок, и со злорадством представил, что творится в душе барона.

Ричард пересилил себя и отступил от поверженного врага.

59
{"b":"10717","o":1}