ЛитМир - Электронная Библиотека

– Я хорошо себя чувствую, – отвечал Тим, смущенно глядя на нее. – Но люди говорят, я очень с тех пор изменился. А О'Нейл сказал, что я повредился рассудком. Сам-то я ничего не помню.

На кладбище Тим не пошел, а остановился возле ворот. Страх перед мертвецами оказался сильнее его желания услужить леди Кэтрин.

Дойдя до могилы Шона, Кэтрин опустилась на колени. Она смотрела на могильный камень, и перед ее внутренним взором предстало лицо умершего мужа.

«Здесь так спокойно, – мысленно обратилась она к нему. – Так тихо… Я не приходила к тебе так долго, потому что вынуждена была бежать от Терлоу. У тебя родилась еще одна дочь. Я назвала ее в твою честь – Шана. Она вылитая твоя копия».

И тут так долго сдерживаемые рыдания прорвались наконец наружу, горькие слезы хлынули из глаз.

– О, Хью, мой милый, где же ты? – прошептала она сквозь рыдания.

– Не плачьте, миледи, – раздался за ее спиной голос Тима. Даже страх перед мертвыми не мог удержать юношу, когда он увидел, как горько плачет Кэтрин. Он опустился рядом на колени и взял за руку. – Пожалуйста, не надо плакать. Тим ваш самый преданный, самый лучший друг!

– Спасибо, Тим, – печально улыбнулась Кэтрин. – Я тоже буду твоим самым верным другом.

Не зная, что бы такое сделать, чтобы порадовать леди Кэтрин, мальчик сказал:

– Завтра я украду цветы из сада О'Нейла, и вы сможете положить их на могилу.

– Спасибо. Мне будет очень приятно.

И, подумав о том, как вытянется лицо у Терлоу, когда тот увидит свой опустошенный сад, Кэтрин неожиданно засмеялась. Довольный Тим тут же присоединился к ней.

Глава 13

Для обитателей особняка О'Нейл наступили тягостные времена; больше других страдал сам Хью. За те несколько суток, что минули со дня похищения его жены, измученный переживаниями и тревогой за Кэтрин, он, казалось, постарел лет на десять. Сознание вины, терзавшее сердце Хью, не давало ему покоя ни днем, ни ночью. Он поклялся с мечом в руке защищать любимую – и вот потерпел неудачу… Легче терпеть муки ада, чем страдать от сознания собственного бессилия.

Когда план немедленного нападения на Данганнон был отвергнут, Хью пришел в ярость. Он бушевал и проклинал всех на свете, но в конце концов вынужден был согласиться с разумными доводами друзей.

Его соглядатаи в Ольстере, опытные и искусные в своем ремесле, подтвердили, что леди Кэтрин попала в руки Терлоу. Она не пострадала во время похищения, с ней даже удалось поговорить, но об освобождении пленницы и речи быть не могло. Терлоу слишком хорошо охранял свою ценную добычу.

Хью, лорд Берк, Патрик и Конел часами обсуждали все новые варианты плана спасения Кэтрин – и отметали один за другим. Прежде всего Хью настаивал на том, чтобы его жена ни в коем случае не подвергалась опасности, но сердцем чувствовал, что выполнить это требование почти невозможно.

– Милорд, – прервала беседу друзей появившаяся в дверях Пег, – Фрэнсис Макдоннел хочет поговорить с вами о леди Кэтрин.

Присутствующие с изумлением уставились на вошедшего. Это был тот самый воин, который в свое время привез в Дублинский замок отрезанную голову Шона О'Нейла.

– Проходите, – пригласил Хью гостя и кивком отпустил экономку.

Припомнив обстоятельства смерти Шона в Кашендане, Патрик и Конел обменялись многозначительными взглядами и с подозрением воззрились на сына Макдоннела.

– Я прибыл с сообщением от Сорли Макдоннела, – заявил Фрэнсис.

– Говорите, – коротко приказал Хью и подался вперед, чтобы не пропустить ни единого слова.

– О'Нейл удерживает вашу жену…

– Знаем, – зло перебил посланца Патрик. – Откуда у вас такие сведения?

– Не мешай, – гневно бросил Хью и повернулся к Фрэнсису. – Говорите, – потребовал он.

– Я видел графиню собственными глазами, – продолжил Фрэнсис. – Мы находились в Данганноне, когда ее привезли туда. О'Нейл ждет – и, по-моему, очень надеется, – что вы очертя голову броситесь ее выручать. Открытое нападение на замок равносильно самоубийству. Мой отец просит вас о встрече на этой неделе в Антриме.

– Макдоннелы не способны придумать новую хитрость, – с презрением заявил Патрик. – Они заманили Шона в ловушку и теперь снова…

– Клянусь – это не ловушка, – сказал Фрэнсис.

– Ваше гостеприимство коварно, – язвительно усмехнулся Конел. – Макдоннелы предложили Шону воспользоваться их гостеприимством, а затем отравили и обезглавили его. В довершение всего сами отвезли его отрезанную голову в Дублинский замок.

– Почему Сорли предлагает мне свою помощь? – подозрительно глядя на Фрэнсиса, спросил Хью.

– Мой отец предлагает помощь не вам, – ответил посланец, – а вашей супруге. Он перед ней в долгу.

После этих слов в зале воцарилось тягостное молчание. Глаза Хью затуманила боль, и голос предательски дрогнул, когда, нарушая тишину, он спросил:

– Как она чувствует себя?

– Она держится гордо и независимо. Я не ожидал от женщины подобного мужества, – ответил Фрэнсис, с сочувствием глядя на Хью. – В одном вы можете быть спокойны: с вашей женой обращаются хорошо. Пока.

Хью кивнул и повернулся к Конелу:

– Попроси Пег позаботиться об этом человеке. Скажи всем, что выезжаем на рассвете, – распорядился он и, вновь обратившись к Фрэнсису, пояснил: – Моя экономка накормит вас и покажет комнату, где вы сможете отдохнуть.

– Куда мы едем? – спросил Патрик, когда за Конелом и Фрэнсисом закрылась дверь.

– В Антрим, – бросил Хью, вставая.

– Было бы неплохо появиться там внезапно, – задумчиво произнес Патрик. – Нельзя забывать, что предложение Макдоннела может быть частью плана Терлоу.

Хью согласно кивнул, прекрасно понимая, что иного выхода у него нет.

– Придется рискнуть, – тихо сказал он.

Лорд Берк, до сих пор не проронивший ни слова, поднялся со своего места:

– Я уезжаю, но на рассвете вернусь со своими людьми.

– Нет, – остановил его Хью. – Вы не поедете в Антрим, друг мой. Фиона вот-вот родит, и вы должны…

– Я ничем не смогу ей помочь, – возразил Берк, – разве что подержу за руку.

– Оставайтесь в Дублине, – настойчиво повторил Хью. – По крайней мере, вы сможете уведомить вице-короля и королеву, если я попаду в ловушку. В их власти освободить Кейт, но и я не могу сидеть сложа руки. Я не брошу жену и ребенка на произвол судьбы.

Понимающе кивнув, лорд Берк вышел; за ним последовал Патрик.

Плеснув виски в стакан, Хью пересел поближе к камину.

«Все это моя вина», – в который раз подумал он. Посмеет ли он когда-нибудь посмотреть жене в глаза? Сколько страха и мучений придется еще пережить Кэтрин, пока Хью вырвет ее из лап Терлоу?

Дни Кэтрин в Данганноне ничем не отличались один от другого, по ночам же Терлоу настойчиво добивался ее, и хотя до поры до времени ей удавалось избегать его домоганий, она испытывала постоянный страх и омерзение. Едва Терлоу давал волю нежным чувствам, Кэтрин, не стесняясь в выражениях, заявляла, что он ей противен. Она сама не понимала, откуда брались издевательские насмешки, слетавшие с ее губ. Однако удивительнее всего было то, что Терлоу даже не пытался взять ее силой или хотя бы просто ударить ее. Видимо, решила Кэтрин, от любви он лишился слуха.

Каждое утро женщина выходила во внутренний двор, где ее уже ждал Тим с цветами, наворованными в саду Терлоу, и в сопровождении подростка направлялась на кладбище.

Хотя Тиму было приказано сопровождать Кэтрин повсюду, она не сомневалась, что воины Терлоу не спускают с них глаз и о любом отклонении от установленного маршрута немедленно доложили бы Терлоу, что навлекло бы на мальчика гнев О'Нейла.

За женщиной и мальчиком наблюдала также Маура, от глаз которой ничего не могло укрыться: вскоре она поняла, что Тим боготворит Кэтрин. Полная решимости любой ценой избавиться от ненавистной соперницы, ирландка задумала использовать влюбленность Тима, чтобы погубить зеленоглазую красавицу.

42
{"b":"10738","o":1}