ЛитМир - Электронная Библиотека

– Потом. – Белинда взглянула на белое как мел лицо подруги, и тревога снова охватила ее. – Думаю, пока для тебя достаточно потрясений. Ложись-ка снова, а я укрою тебя плащом. Гудуайф Флетчер принесла его мне, он теплый, чистый и сухой. Отдохни, Люси, – настойчиво убеждала она, помогая подруге снова улечься на тюфяк. – Скоро принесут поесть, и тебе немного полегчает. Я буду присматривать за тобой. А потом, когда ты окрепнешь, я расскажу тебе свою историю.

Люси кивнула. Силы ее стремительно таяли. Она закрыла глаза и застонала. Белинда наблюдала за подругой до тех пор, пока она снова не погрузилась в забытье. Потом встала, подошла к окну и выглянула в ветреную темноту. Она призывала на помощь все свое самообладание и твердость, стараясь не поддаться панике.

Дни тянулись медленно. Белинда находилась на грани безумия – ей казалось, что тюремные стены медленно сдвигаются и вот-вот раздавят ее. Для нее, всегда такой непоседливой и энергичной, сидеть взаперти в крохотной, темной камере было настоящей пыткой. Она ухаживала за Люси и, меряя шагами каморку, размышляла. Мысли – вот что причиняло ей особые страдания. Грядущая участь ужасала ее. День и ночь Белинда представляла, как ее поведут к виселице, каково ей будет подниматься по ступеням и чувствовать, как на шею прилаживают петлю. Каждую ночь она просыпалась с криком. Другие обитатели тюрьмы тоже выли и вскрикивали, мучимые кошмарами. Лишь Люси сохраняла спокойствие. По мере того как спадал жар, ей с каждым днем становилось все лучше, силы стали возвращаться к ней. Но в полутемной камере кожа ее оставалась бледной, а глаза – тусклыми. Она смирилась с участью, которая так страшила Белинду. Для нее это была суровая реальность, а не сюжет из ночных кошмаров.

Белинду также преследовали воспоминания о высоком, надменном, невероятно красивом мужчине. Образ Джастина Гардинга снова и снова вставал у нее перед глазами, отчетливо и неумолимо. Пробудившись от кошмара в беспросветном тюремном мраке, она искала утешения, восстанавливая в памяти его строгое мужественное лицо, его сильные руки, обнимавшие ее, когда они лежали вместе в его постели. Она вновь и вновь вспоминала то, как он ласкал ее, как произносил слова любви, а не то, что произошло под конец. Каждая улыбка, каждый поцелуй навсегда запечатлелись в ее сознании, и Белинда лелеяла эти воспоминания. Лежа на грязном тюфяке, она почти физически ощущала под пальцами густые, черные как смоль волосы, улавливала в темноте его запах. Она хотела его с невероятной силой, до ломоты в теле. А потом Белинда представляла его рядом с Гвендолин Гардинг. И спрашивала себя: не лежит ли он сейчас с ней, не предается ли страстной любви с этой холодной как лед золотоволосой красавицей? И все ее драгоценные воспоминания рассыпались в прах. Уткнувшись в грязную солому, Белинда всхлипывала, беззвучно и отрывисто. Горе наваливалось на нее, словно огромный злобный зверь, раздавливая своей тяжестью, лишая света, воздуха и возможности двигаться. После третьей ночи в тюрьме она, измученная воспоминаниями, уже спрашивала себя: может быть, смерть и вправду предпочтительнее этой мрачной темницы, этого ожидания и страха, этих мыслей о Джастине? Ведь это – медленное умирание. По крайней мере виселица положит конец ее мучениям.

Утро, когда судили Люси, выдалось ясным и погожим. Птицы щебетали, порхая с дерева на дерево. Через тюремное окошко Белинда видела дикие цветы, весело покачивающиеся под легким ветерком. Казалось, день этот был просто создан для пикника или праздничных торжеств. Но именно в этот день Люси должна была предстать перед обвинителями и узнать, какая участь ей уготована.

Прильнув к прутьям решетки, Белинда беспомощно наблюдала, как ее подругу уводит дюжий констебль. Люси не проронила ни слова и держалась прямо. Она лишь спокойно взглянула на Белинду, перед тем как выйти из камеры. Белинда же едва сдерживала рыдания. Ощущение несправедливости происходящего переполняло ее. Люси такая кроткая, такая нежная! Если ее, повинную лишь в спасении ребенка, осудят, то на что тогда надеяться ей, огненноволосой озорнице, на которую с первого же дня в деревне стали косо поглядывать из-за гордой, вызывающей манеры держаться и дерзкого нрава – уж не говоря про ее «дьявольские волосы»! Белинда понимала: если кто и заслужил оправдательный приговор, так это Люси, потому что она еще не встречала человека безгрешнее своей подруги. Но в глубине души она, к ужасу своему, не сомневалась в окончательном приговоре: виновна… виновна… виновна…

Так и вышло. Люси даже улыбалась, сообщая Белинде это известие. Успокаивающе коснувшись руки Белинды, она уговаривала ее не расстраиваться.

– Я ведь знала заранее, что этим кончится, – пояснила Люси. – Госпожа Майлз просто захлебывалась обвинениями в мой адрес, и даже Уилл Гершолм говорил про дьявольское видение, которое едва не погубило его ребенка. Я всегда знала, Белинда: если о моем даре ясновидения узнают, меня обвинят в колдовстве. Люди боятся всего непонятного. – Она горько усмехнулась. – Я тоже не понимаю природы своих озарений. Но знаю, что они не зло, не послания дьявола. Они просто приходят ко мне – хорошие или плохие. В тот раз они помогли спасти жизнь ребенку. И все-таки…

– И все-таки тебя осудили на смерть, несмотря на добро, которое ты сотворила! – Зеленовато-золотистые глаза Белинды засверкали в сумраке камеры. – Почему люди так глупы? – воскликнула она. – Неужели в них не осталось ни капли здравого смысла?

– Просто они забитые и суеверные. Нужно ведь чем-то объяснить несчастья и трудности, что сыплются на их головы и…

– Ах, только не нужно их оправдывать! – вскричала Белинда. – Меня тошнит от них всех. Люси, довольно рассуждать о том, что произошло и почему. Наверняка мы как-нибудь сможем отсюда выбраться.

– Нет, Белинда. – Карие глаза Люси были исполнены твердости. – Я не стану тешить себя напрасными надеждами и приму смерть с достоинством.

– Говорю тебе – мы можем убежать! В глазах Люси заблестели слезы.

– А ты еще говорила мне, что напишешь Генри и что он мне поможет! – дрожащим голосом произнесла Люси. Губы ее жалобно искривились.

– Я действительно отправила ему письмо! Возможно, он еще приедет!

Люси покачала головой:

– Нет! Ему больше нет до меня никакого дела! Иначе я давным-давно получила бы от него весточку. Белинда, прошло уже столько месяцев с тех пор, как… – Голос Люси прервался, она постаралась совладать со своими чувствами.

У Белинды защемило сердце. Она слишком хорошо знала, каково это – быть брошенной любимым человеком.

– Да, Люси. Я испытываю то же самое. – Она схватила девушку за руку. – У меня такое же чувство в отношении Джастина. Не понимаю, как это произошло, – наша любовь была такой сильной, такой настоящей, во всяком случае, так мне казалось. – Она вдруг расправила плечи, стараясь перебороть жалость к самой себе, грозившую снова увлечь ее в трясину отчаяния. – Но сейчас придется признать, что мы остались одни. И нам самим нужно отыскать способ себя спасти. На это уйдет какое-то время, но если мы все обдумаем и спланируем…

– Белинда, – Люси тяжело вздохнула. – У нас не осталось времени. Суд над тобой состоится завтра.

– 3-завтра? Люси кивнула:

– Утром за тобой придут.

Белинда опустилась на тюфяк. Румянец сошел с ее щек. Завтра. Завтра. Ее вдруг охватил озноб – кровь стыла в жилах, сердце замирало. Завтра.

– Мне так жаль, Белинда. – Люси опустилась возле нее на колени. – Знаю: это я во всем виновата! Если бы не я, тебя бы не обвинили…

– Нет! – воскликнула Белинда. – Это не наша вина! Это они во всем виноваты! – Она направила обвиняющий перст в сторону оконца, за которым шли по своим повседневным делам деревенские жители. – Вот кто преступники, а вовсе не ты и не я. Так что не вини себя, Люси! И я не стану. Мы не сделали ничего дурного. Хотя… Хотя это и не избавляет от страха… от ужаса… О, Люси, что же нам делать?

Но у Люси не нашлось ответа. Так они и сидели бок о бок, две молодые, насмерть перепуганные женщины, запертые в деревенской тюрьме, не имевшие ни друзей, ни союзников. И говорить им было особенно не о чем. Обеих ждала одна ужасная, неминуемая участь. Темнота сгущалась вокруг них с приближением ночи, но еще более непроглядный мрак царил в их сердцах, потому что там поселилось беспросветное отчаяние.

55
{"b":"10751","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Бунтарь. За вольную волю!
Дети судного Часа
Вечный sapiens. Главные тайны тела и бессмертия
Добрее одиночества
Красные искры света
Столкновение миров
100 книг по бизнесу, которые надо прочитать
Подсознание может все!
Бортовой