ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Сегодня они будут здесь спать. Вместе, как муж и жена. Принцесса очень надеялась, что он снова ее поцелует. И сделает что-то еще. Но что именно?

Бриттани почувствовала, как в душе одновременно со странной готовностью начинает просыпаться страх. Затаив дыхание, девушка смотрела на принца. К страху примешивалось любопытство, но когда он подошел и сел рядом, она почувствовала, как подпрыгнуло сердце.

— Ты боишься?

Принц видел, как дрожат ее губы.

— Нет, не боюсь.

Он насмешливо вскинул брови и наклонился к самому ее лицу.

— Ты выглядишь испуганной.

— Нет.

Она упрямо вскинула подбородок, и Люций едва не утонул в этих огромных, пылающих золотисто-зеленых глазах.

— В такой момент, принцесса Бритта, каждая женщина боится. И вам нечего стыдиться.

— А я и не стыжусь. Я не боюсь, — она не могла решить, стоит ли продолжать этот разговор. — Не думаю, что тебе удалось бы меня напугать, даже если бы ты этого захотел.

— Ты в этом уверена? — в глубине его серых глаз плескались насмешка и недоверие. — Интересно, почему же?

— Потому что я чувствую в тебе доброту, — Бриттани не смогла удержаться от улыбки, произнося эти слова. — Я уже говорила это тебе вчера вечером. Ты пытаешься спрятать свою доброту, но я все равно ее вижу.

Принц смотрел на девушку, лишившись от удивления дара речи. А потом, подчиняясь внезапному импульсу, Бриттани сделала то, чему потом так и не смогла найти разумного объяснения: она накрыла его ладонь своей маленькой ладошкой. И дрожащее ласковое тепло соединило их. Кожа Люция горела. Ее прикосновение, этот безыскусный жест доверия, искренность и невинная свежесть, которой светилось ее прекрасное лицо, заставили его кровь вскипеть. А в душе принца яростно боролись два абсолютно противоположных чувства.

«Она думает, что он герой, ^герой! Она думает, что на него можно положиться, что ему можно доверять. Ему, который сам давно уже никому не верит и ни на кого не рассчитывает!» Принц был бы рад посмеяться над абсурдностью этой ситуации, но смех замер у него в горле. Ему безумно хотелось ударить кого-нибудь, выместить на ком-то свою злость, но здесь была только эта прекрасная, храбрая девушка, которая хочет победить злого колдуна и освободить свое королевство.

Люцию с трудом удалось справиться с наплывом эмоций. Ярость обожгла его, как удар хлыста.

— Ты думаешь, что все обо мне знаешь? — прорычал он и так резко схватил девушку за плечи, что та вздрогнула от неожиданности. Она попыталась отстраниться, но принц притянул ее ближе и прижал к груди. — Но ты ничего не знаешь, принцесса! Тебе это понятно? Ничего. Ты ничегошеньки не знаешь ни о том, что на самом деле ждет тебя завтра, ни о настоящей тьме и злобе. И уж точно, ничего не знаешь обо мне.

Рык, подобный волчьему, клокотал у него в горле. Принц увидел, как на лице Бриттани отразилось волнение, увидел растущую панику в ее взгляде, когда принцесса попыталась освободиться. И почувствовал горькое удовлетворение. Наконец-то она испугалась! Для нее же будет лучше, если она будет относиться с опаской и к нему, и к окружающему ее миру. Но мысль о том, какую роль ему пришлось во всем этом сыграть, только усилила его злость. Правда, направлена она была не столько на девушку, сколько на себя самого.

— Черт побери, ты так наивна! — крикнул Люций.

Глаза принцессы округлились, а потом вспыхнули гневом.

— Так почему бы тебе не рассказать мне о себе? Не скрывай ничего! — выдохнула Бриттани.

Теперь ей действительно было страшно. Сейчас принц Люций совсем не казался ей добрым. Опасным — да, а еще сильным и непредсказуемым, как дикий волк, в лунном свете крадущийся к добыче.

— О себе? И что же ты хочешь услышать? — принц коротко и горько рассмеялся. — Что ты хочешь узнать обо мне?

— Ты… ты сказал, что потерял свое королевство. К-к-как это случилось?

Бриттани было больно. Сильные пальцы принца впивались в ее тело, но она решила терпеть. Но по тому, как дрожал ее голос, принц почувствовал, что что-то не так. Его пальцы в тот же миг разжались.

Принц хмуро взглянул на девушку, потом вскочил и начал мерить комнату длинными нервными шагами. От колебания воздуха, вызванного его быстрыми движениями, в светильниках заплясало пламя.

— У моего отца было двое сыновей, — наконец хрипло начал Люций. Он остановился возле очага и сейчас смотрел на огонь, чьи отблески превращали его лицо в странную маску. — У нас с братом была разница в год с небольшим. Я был младшим. Мы с Седжвиком враждовали, сколько я себя помню. Он ненавидел меня потому, что я лучше ездил верхом, реже промахивался из лука, но прежде всего, очевидно, за то, что наш отец уделял мне больше внимания. Когда я был совсем маленьким, я, как все младшие братья, ходил за Седжвиком как хвостик и восхищался им, но он часто кричал на меня и отвешивал затрещины. А однажды заплатил золотом сельским мальчишкам за то, чтобы они избили меня.

На лице принцессы отразился ужас. Люций между тем продолжал как ни в чем не бывало.

— Я ничего не сказал отцу, хоть он и требовал признаться, откуда взялись синяки и почему я неделю еле передвигал ноги.

— А почему ты не рассказал? — не выдержала Бриттани, взволнованно заглядывая ему в глаза.

Люций пожал плечами.

— Он был моим братом, — просто сказал он. — И я знал, что отец с ним сделает, если узнает правду.

Наступившую тишину нарушало только потрескивание поленьев в очаге да завывания ветра. Бриттани вздрогнула и поплотнее закуталась в овечью шкуру.

— И что случилось… с твоим братом? — спустя некоторое время решилась она нарушить молчание.

Люций повернулся к ней. В золотистом свете очага его глаза казались темными, как грозовые тучи.

— Когда наш отец умер, он стал королем.

— Но Седжвик имел на это право, разве не так? Ведь он был старшим. Почему ты говоришь, что потерял королевство, если он занял трон по праву старшинства?

— Рассказ еще не закончен, — прошипел Люций, подходя к девушке. В крошечной хижине он казался великаном из страшной сказки. — Отец болел, и с каждым днем силы покидали его. Но ум его оставался ясным. Он видел, что Седжвик растет трусливым и подлым.

Принц взял себя в руки и теперь говорил тише.

— Я тоже об этом знал. И боялся, что, став королем, он заставит людей страдать…

Принц подошел к Бриттани и теперь стоял спиной к пляшущему в очаге огню.

— Отец хотел, чтобы трон унаследовал я, и сказал мне об этом. Но не мог просто отдать приказ, поэтому придумал другой способ, — на губах принца появилась улыбка. — Они с Мелвэйлом, советником, придумали устроить состязание. Своего рода испытание. Однажды я уже победил брата в подобном турнире и выиграл право владеть Мечом Марриков. В нашей семье из поколения в поколение Мечом владел самый сильный из сыновей. Но в этом новом испытании на карту было поставлено королевство. Седжвик был в ярости. Он доказывал, что по всем законам корона должна принадлежать ему. И он был прав. Поначалу я не хотел в этом участвовать, ведь мне не нужно было королевство. Я всего лишь хотел командовать армией. На южной границе назревала война с Дарием. Но Седжвик сказал, что если бы он был королем, то не отдал бы армию под мое командование, поскольку я недостаточно хорош для этого и он мне не доверяет… Последовала безобразная ссора, — тихо продолжал принц, — и под конец дело дошло до кулаков. После этого я пошел к отцу и сказал, что согласен участвовать в состязании.

— И ты поступил правильно, — Бриттани вскочила, по-прежнему кутаясь в овечью шкуру. — Твой брат не годился на роль короля. Теперь я вижу, что ваш отец был очень мудрым и знал, что ты вырастешь настоящим мужчиной, каким Седжвику никогда не стать…

— Не торопись становиться на мою защиту, принцесса. Ты еще не знаешь, что случилось потом.

— Так расскажи мне.

Она стояла перед ним, такая маленькая и прекрасная, и слегка дрожала. Внезапно Люцию понадобилось все его самообладание, чтобы не уступить желанию просто обнять девушку, зарыться лицом в ее светлые волосы и позволить воспоминаниям раствориться без следа в ее трогательной красоте.

11
{"b":"10753","o":1}