ЛитМир - Электронная Библиотека

Но тем не менее в душу девочки закралась смутная тревога.

— Я скажу священнику, что Мелора вернется домой невредимой, — почти прошептала Джинкс и посмотрела на Эгги. — А теперь могу я лечь в постель?

— Конечно, дорогая. Вайэт, я вернусь, как только уложу Джинкс.

— Не торопитесь, Эгги, Я собираюсь вернуться в город, чтобы переговорить с шерифом Колином.

Когда Эгги, толкая перед собой инвалидную коляску, вышла из кухни, Вайэт Холден с силой ударил кулаком по столу. Бормоча проклятия, он вышел на крыльцо и мрачно вгляделся в темноту.

В эти минуты под спокойной на вид внешностью клокотала буря чувств. Бешенство, растерянность и невозможность поверить в то, что его невесту могли вот так запросто увести у него прямо из-под носа, бередили кровь.

Этот день стал для Вайэта самым унизительным в его жизни. В этот час они с Мелорой давно были бы в номере отеля. Вайэт представил себе Мелору обнаженной и стонущей от удовольствия под тяжестью его тела. Она должна была всецело принадлежать ему.

Вместо этого его невеста исчезла с каким-то мужчиной или даже мужчинами. Что они собирались сделать с ней?

«Они все мертвецы, — поклялся себе Вайэт, злобно глядя в звездное небо. — Мертвецы».

Никто не имел права притронуться к тому, что принадлежало ему. Никто не имел права вмешиваться в его планы. И никто, никто не мог отнять у него что-либо ценное и жить после этого припеваючи.

А Мелора Дин, думал он, вглядываясь в темные очертания ранчо «Плакучая ива», была, несомненно, ценным экземпляром.

Слишком ценным, чтобы его потерять.

Он должен был ее найти.

С наступлением сумерек Кэл остановил лошадь на небольшой возвышенности, окруженной соснами, у подножия которых тихо журчал ручей, неся своя воды по гладким камням. «Умиротворяющий звук», — устало подумала Мелора, соскальзывая с лошади.

— Соберите немного дров для костра, — даже не взглянув на нее, приказал Кэл, уводя лошадей к водопою.

Собирая длинные тонкие палки, Мелора тешила себя тем, что представляла, с каким удовольствием она отколотила бы ими ненавистного Кала. Однако на время лучше притвориться смиренной овцой и вести себя тихо, во всем ему подчиняясь. Ей необходимо было усыпить его подозрительность и убедить в том, что она больше не собирается бунтовать, В свою очередь, это ослабило бы его бдительность, и тогда у нее появилась бы отличная возможность бежать.

Кроме того, она очень проголодалась, и ей просто необходим был плотный ужин, чтобы восстановить силы для побега.

«Откажись я подчиниться ему, он вполне может лишить меня пищи».

Подумав так, Мелора несколько слукавила перед собой. На самом деле, несмотря на все, что сделал Кэл, он не был так уж безрассудно жесток, скорее просто до тупости упрям и полон решимости увезти ее по какой-то дурацкой, только ему известной причине. Наклоняясь за очередной веткой, Мелора принялась разглядывать высокую, с мощным торсом и широкими плечами фигуру Кала. Непослушная прядь густых каштановых волос упала ему на глаза, когда он начал снимать с лошадей седла. Кэл был живым воплощением работоспособности и холодного расчета. Лучше бы он был тупицей вроде Зика и Рея. Мелора обратила внимание на то, как ловко и в то же время осторожно он обращался с лошадьми, снимая с них упряжь.

Что же он хочет от Вайэта? Зачем расстроил их свадьбу и выкрал ее? Эти вопросы постоянно крутились в голове, пока она собирала ветки и делала необходимые приготовления к ужину, прекрасно сознавая, что узнает ответы не раньше, чем Кэл пожелает сам что-нибудь сообщить.

Ужин получился на славу. Кэл подстрелил зайца и поджарил его на вертеле. Помимо этого, у них были консервированные бобы, галеты и кофе. За ужином оба не проронили ни слова, что как нельзя лучше устраивало Мелору, — у нее была прекрасная возможность обдумать план бегства.

И к тому времени, как девушка допила последний глоток кофе, она уже точно знала, что будет делать.

Мелора задумала притвориться спящей, дождаться, пока уснет Кал, и затем, взвалив на плечо седло, тихонько прокрасться к лошадям. Она надеялась, что кобыла по кличке Подсолнух, на которой она скакала весь день, узнает ее и не заржет. А тогда она как можно бесшумнее отведет лошадь подальше, прежде чем оседлать ее, и… путь к свободе будет открыт.

Мелора поняла, что они постоянно ехали на северо-восток, поэтому дорога назад должна быть в противоположном направлении. Она сознавала, что, возможно, придется провести несколько дней без пищи и воды, но успокаивала себя тем, что ей непременно повезет и она наткнется на небольшой поселок или на путника, который укажет дорогу, а может быть, даже даст немного еды с собой… «Дурацкий план», — откровенно призналась она сама себе. Холодок страха пробежал по спине, когда она взглянула на свою пустую чашку. Она прекрасно знала, как легко затеряться в глуши и умереть от голода и жажды, отправившись в путь без карты и съестных припасов. А кроме того, вполне можно нарваться на бандитов или, что еще хуже, на индейцев и закончить жизнь в когтях стервятников, клюющих твои кости…

И все же внутренний голос настойчиво советовал ей испытать удачу. Мелора Дин не могла позволить себе кротко отказаться от дома и семьи как какая-нибудь беспомощная овца. Она должна бороться и вернуться домой.

Или по крайней мере попытаться сделать это.

Вздохнув, Мелора подумала о светлой стороне дела: она сильна, умеет управлять лошадью и неплохо знает местность. В остальном надо положиться на удачу и свою смекалку.

Темно-лиловое ночное небо покрылось мириадами крошечных серебряных звезд, когда Кэл наконец обратился к Мелоре, и то лишь затем, чтобы она не забыла помыть в ручье тарелки и убрать их в походный ящик для посуды:

— Пора спать. Завтра нам рано вставать. На рассвете.

«Я встану гораздо раньше», — подумала девушка, но лишь покорно кивнула в ответ, с интересом наблюдая из-под опущенных ресниц, как Кэл, готовясь ко сну, бросил свой тюфяк неподалеку от костра. Она не успела и глазом моргнуть, как он ловко постелил ей рядом.

— Так не пойдет, Кэл, — надменно произнесла Мелора. — Я буду спать так далеко от вас, как только можно…

— Значит, это не так уж далеко, — перебил он ее. Сердце девушки замерло, когда она увидела в его руке веревку.

— Что… что вы собираетесь делать? Неужели снова свяжете меня?

— Только на ночь, — угрюмо ответил Кэл, не глядя на испуганное лицо Мелоры. — Это нам обоим даст возможность немного поспать. Иначе мне всю ночь пришлось бы сторожить вас. Да и вы скорее всего не сомкнули бы глаз, ища способ освободиться.

— Нет! — вскрикнула Мелора, отступая и с ужасом глядя на веревку. — Не делайте этого, Кэл. Обещаю, что не стану пытаться сбежать. Нет необходимости меня связывать.

— Я не верю вам, Мелора. Нам не о чем спорить. Среди моих близких я слыву отпетым упрямцем, понятно? Так что не будем терять время.

Несмотря на то, что, горя решимостью помешать ему, девушка упрямо сжала губы и спрятала руки за спину, Кэл все же довольно легко справился с ней, связав руки одним неуловимым движением, чем окончательно вывел ее из себя. Мелора не успела запомнить рисунок узла, и, когда Кэл закрепил свободный конец веревки на своем поясе, она поняла, что план ее рухнул.

Она и представить себе не могла, как будет спать рядом с этим отпетым преступником, который наверняка храпит так, что мертвого разбудит. Когда Кэл без всякого предупреждения бросился на свой тюфяк, Мелора не удержалась на ногах и упала на колени. Слезы отчаяния и безысходности навернулись на глаза.

«Скорее умру, чем попрошу его о снисхождении и жалости», — думала Мелора. Она все-таки принадлежала к роду Динов, а гордости им было не занимать.

Девушка легла на тюфяк и закрыла глаза. Рядом с собой она чувствовала крепкое тело Кэла. Как странно, в этот час она должна была лежать рядом с Вайэтом на мягкой пуховой перине, ощущая тепло и силу его тела, познавая нежность его рук, поцелуев, постигая тайны любви. Вместо этого до смерти замерзшая и связанная, словно теленок, ожидающий своей участи, она вынуждена спать возле этого бессердечного проходимца с самыми равнодушными на всем белом свете глазами.

14
{"b":"10755","o":1}