ЛитМир - Электронная Библиотека

Ее удивляло, что тетя Беатриса и виконтесса Хиткоут еще не поняли, что леди Линетт знала больше сплетен, чем сообщалось в любой скандальной газетенке. Миллисент полагала, что все объяснялось просто. В обществе леди Линетт старались не заметить, делая вид, что ее нет поблизости, чтобы не приходилось смотреть на ее родимое пятно.

Какая жалость! Линетт – красивая девушка, и она просто изголодалась по дружбе. Миллисент подумала, что надо побывать...

Оттолчка сзади Миллисент качнулась вперед. Карандашик и карточка выпали у нее из рук, а сама она споткнулась и едва не упала. Сильные горячие руки подхватили ее и не дали шлепнуться на пол. Ей не нужно было видеть его лицо и даже слышать его голос, чтобы понять, что спас ее от неминуемого падения лорд Данрейвен.

– Примите мои искренние извинения, мисс Блэр.

Эти слова были сказаны шепотом ей на ухо, а властные руки повернули ее лицом не к ангелу-хранителю, спасшему ее от перспективы растянуться на полу, а к карающему божеству.

– Какой-то плохо воспитанный мужлан толкнул меня прямо на вас. Как вы себя чувствуете?

– Прекрасно, – улыбнулась она, но, поняв, что на них смотрят, решила, что будет лучше свести его внимание к своей особе к минимуму.

– Я не нарочно налетел на вас.

– Разумеется, не нарочно, – кивнула Миллисент, однако она могла бы поклясться, что не видела в глубине синих глаз лорда Данрейвена ни признака сожаления. Впервые она ощутила в нем какую-то отчужденность.

Граф окинул взглядом комнату.

– Понятия не имею, кто этот недотепа.

– Ничего страшного. Я не ушиблась, и вы, кажется, тоже.

– Ничуть.

– Прекрасно. И не думайте больше об этом, – сказала она и тут же принялась искать взглядом свою бальную карточку и карандаш, упавшие на пол. Но видела она только блестящие сапоги, атласные туфельки и подолы платьев.

– Вы что-нибудь потеряли? Какое-нибудь украшение?

– Нет, нет, – поспешила ответить Миллисент, решив не впадать в панику. Она инстинктивно подняла руку и нащупала свои жемчужные серьги и ожерелье. Все было на месте.

– Я уронила карандаш и бальную карточку.

– Разрешите, я их поищу.

– Нет, нет, я сама.

Но Чандлер уже принялся за дело. Он вежливо попросил мужчин ступать осторожнее, а дам – отойти в сторону. Вскоре он нагнулся и подобрал и карточку, и карандаш.

Сжав их своей рукой в перчатке, он повернулся к Миллисент и спросил:

– Как ваши дела, мисс Блэр?

Она удивилась вопросу и насторожилась, когда лорд Данрейвен не вернул ей карточку немедленно. Но ведь не могла же она показать ему, как ей не терпится получить свои заметки.

Она опустила руки и вежливо ответила:

– Очень хорошо, сэр. А ваши?

– Благодарю вас, также. Я искал вас сегодня на трех балах.

– Ну что же, кажется, вы наткнулись прямо на меня.

Его улыбка, когда он отвечал ей, была довольно насмешливой.

– Да. И я еще раз прошу прощения за такое грубое приветствие.

– Незачем. Спасибо, что нашли мою карточку и карандаш.

Миллисент протянула руку в перчатке, но лорд Данрейвен опять не сделал жеста, чтобы отдать их, и ей пришлось опустить руку, потому что кое-кто из гостей продолжал смотреть на них. Очевидно, ее вещам предстояло сыграть роль залога.

– Мне бы хотелось нанести вам завтра визит, мисс Блэр. Вы меня примете?

Вопрос прозвучал так неожиданно, что Миллисент некоторое время смотрела на графа и только потом спохватилась и сказала:

– Нет, сэр, думаю, что мне это не будет приятно.

Он резко вскинул брови с вызывающим видом.

– Вы находите меня непривлекательным, мисс Блэр?

– Нет, вы прекрасно понимаете, что все совсем не так. Вы очень привлекательны.

Лорд Данрейвён окинул ее взглядом, а потом опять посмотрел ей в глаза. Что-то внутри Миллисент жаждало покориться ему, и на мгновение ей стало трудно дышать.

– Благодарю вас. Хотя это и не тот комплимент, которого я ждал. Я пытаюсь понять, почему вы считаете меня неприемлемым для себя поклонником?

Она отвела взгляд, а потом заглянула ему прямо в глаза.

– Неприемлемый – слишком резкое слово.

– Тогда я совсем озадачен. Объясните, почему вы не хотите, чтобы я нанес вам визит?

После сегодняшней встречи в саду Миллисент ожидала чего-то подобного со стороны лорда Данрейвена. И если бы не ее обязанность помогать тетке, она бы с удовольствием приняла его, даже зная, что он повеса и негодяй, которому нельзя доверять... Но поскольку этот человек играет чувствами женщин, она должна дать ему отпор.

– Я очень занята, однако разрешите поблагодарить вас за любезное желание нанести мне визит.

– Вы благодарите меня за мою любезность. Не это мне хотелось бы услышать. Неужели вы так заняты, принимая других джентльменов, что у вас нет времени для меня?

– Если быть совершенно честной, лорд Данрейвён, мы с вами слишком разные люди. И я не вижу оснований заставлять нас обоих мучиться в обществе друг друга.

– Наверняка это не честный ответ, мисс Блэр? – спросил он, подтверждая свой вопрос взглядом.

«Да, не честный».

– Джентльмен не должен сомневаться в честности дамы.

– В данный момент я не ощущаю себя джентльменом.

– Это заметно. – Миллисент была на грани паники, а ей это не было свойственно. Она втянула воздух, чтобы успокоиться. – Я действительно не вижу смысла продолжать этот разговор, лорд Данрейвён, но я искренне благодарю вас за намерение нанести мне визит.

Лорд Данрейвен шагнул ближе и понизил голос так, чтобы стоявшие рядом не могли услышать его:

– Я ведь не прошу вас выйти за меня замуж.

– Разумеется.

– Вы сказали это так, будто сама эта мысль приводит вас в ужас.

– Какая? Ваш визит ко мне?

– Нет, мысль о том, чтобы выйти за меня замуж.

Миллисент широко раскрыла глаза.

– Сэр, вы просите меня выйти за вас замуж?

– Нет, черт побери! – сказал он слишком громко, чем привлек к себе внимание окружающих.

На них смотрели, и, как заметила Миллисент, мужчины хмурились, а дамы казались шокированными.

– Прошу прощения за мои манеры, мисс Блэр, но в данный момент не могу не признаться, что вы обманули мои ожидания.

– В таком случае верните мне карандаш и карточку, и мы простимся.

– Не торопитесь. Вы получите их не раньше, чем я услышу вразумительный ответ, почему я не могу нанести вам визит завтра после полудня.

Миллисент прилагала все силы, чтобы сохранять твердость, но как это было трудно! Она не сомневалась, что время, проведенное с ним, было бы восхитительно, но не могла допустить, чтобы ее имя связывали с именем лорда Данрейвена.

– Ну хорошо, я не хотела этого говорить, но скажу. Я не только слышала о вашей репутации в свете – я испытала ее на себе. Так что вряд ли будет разумно принять вас у себя.

– Значит, вы все-таки не верите, что моя репутация может быть преувеличена сплетниками?

– Я, конечно, допускаю, что некоторые слухи были слишком раздуты, – сказала Миллисент, вспомнив то, что рассказала ей Линетт. – Но факт остается фактом – общение с вами может погубить мою репутацию, а я этого не хочу. Было бы желательно, чтобы вы вернули мою карточку и оставили меня.

Непривычная морщинка появилась на лбу лорда Данрейвена.

– Значит, у вас нет никакого желания узнать меня получше?

Миллисент поколебалась, но потом сказала:

– Это так. Именно этого я и хочу.

– Не узнавать меня лучше или чтобы я не узнал вас лучше?

Она глубоко вздохнула.

– Вы гораздо больше обманываете мои ожидания, сэр, чем я – ваши. Правда и то и другое, лорд Данрейвен. И позвольте мне показать вам, насколько более откровенной, чем вы, я могу быть. У меня нет совершенно никакого желания общаться с вами. Это достаточно ясно?

На мгновение он показался Миллисент уязвленным, и она пожалела, что выразилась так резко. Если бы только он знал, с каким удовольствием она узнала бы его ближе.

– Да. Это достаточно ясно мне, а также всем остальным в этой комнате.

21
{"b":"10761","o":1}