ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Додж проехал по ней до угла скалы, и тропинка снова пошла вниз. Перед ним открылся гигантский амфитеатр, он раскинулся на многие мили. Короткие спуски, небольшие площадки, выступы нависали над сверкающей красками пропастью. Желтые стены утесов склонялись над бездной, грозили скатиться вниз. Местами скалы отсвечивали бледно-розовым цветом, и на них темнели входы в пещеры.

Додж был уверен, что Хатуэй вряд ли стал бы устраивать свою базу на вершине Рима, поскольку зимой бывали очень сильные снегопады. А вот на этих склонах вполне можно было найти местечко, где есть укрытие от зимней стужи, которое трудно обнаружить постороннему глазу. Он долго стоял и внимательно всматривался в каменные стены. Нигде ни признака жизни! Ни звука, ни дыма — ничего, что могло бы означать присутствие человека. Издалека донеслись громовые раскаты, и Додж отвлекся от этого завораживающего зрелища.

Черные грозовые облака наползали на солнце, оно пыталось вырваться из мрачной тюрьмы и, не в силах освободиться, просвечивало сквозь тучи гневным красным цветом. С юго-запада стремительно неслись маленькие бледные облака. Они были предвестниками надвигающейся бури. Но пока что ничего не было слышно, только ветер завывал в скалах. Долина потонула в голубых и пурпурных тенях. Додж почувствовал, как изменилось все вокруг. Серая земля, красный сатанинский свет солнца сквозь тучи, полное одиночество, манящие тени пропасти, всепроникающее ощущение неизбежности, резкий переход от тишины к буре — все это глубоко проникло в него и полностью завладело всем его существом. Он снова повернулся и, прищурившись, оглядел склоны. Что за неприступное место! Здесь можно было спрятать сотню человек и дюжину самогонных установок — и никто ничего не заметит! Внезапный порыв ветра отозвался стоном в верхних пещерах, предупреждая о приближении бури.

Вдруг Додж увидел бревенчатую хижину, немного ниже и левее того места, где он стоял. Дверь была, очевидно, с другой стороны от него. Он был уверен, что там до утра никто не появится и можно спокойно устроиться на ночь.

Додж начал спуск по тропинке; через несколько сот ярдов хижина исчезла из виду, и он увидел место, где голая скала вышла наружу из-под земли. Он решил, что это самый подходящий момент, чтобы пересечь тропинку, не оставив следов. Он повел Болди вниз, в узкое ущелье, устланное сосновыми иглами. Это было нелегкое испытание. Копыта у Болди скользили и разъезжались, иногда он садился назад, и тогда Доджу приходилось бежать вперед, чтобы удержать лошадь.

Внезапно Болди оступился, его правая передняя нога попала в яму и застряла между скалами. Умный конь остановился, весь дрожа. Одно резкое движение — и нога может сломаться.

— Тпру, мальчик, спокойно, спокойно, — мягко говорил Додж, осторожно обходя коня.

Он погладил его по шее, уперся в него плечом, и Болди начал осторожно вытаскивать ногу. Додж облегченно вздохнул.

— Ну и осел же я. Этого следовало ожидать, — с негодованием пробормотал он.

Дальше они продвигались очень осторожно и, наконец, вышли на почти плоскую просеку, в дальнем конце которой Додж увидел хижину под темной раскидистой елью. Немного в стороне был небольшой ельничек, где он оставил Болди. Додж решил немного осмотреться, чтобы убедиться, что место необитаемо.

Он обошел все вокруг и не обнаружил ни одного следа вокруг домика. Тогда он взял Болди, подвел его поближе к двери и отпустил поводья. Почувствовав свободу, Болди немедленно опустил голову и начал выщипывать пожелтевшую траву.

Дверь была открыта, внутри было совершенно темно, пахло пылью и плесенью. Сюда уже очень давно никто не наведывался. От двери Додж услышал мышиную возню и хлопанье крыльев летучей мыши. Он устало опустился на разбитый порог хижины и сдвинул с головы сомбреро. На лицо ему упали первые тяжелые капли дождя, а потом застучали по старой крыше, все чаще и чаще. Додж с удивлением заметил, что, хотя дранка местами прохудилась, но крыша не протекала, то есть сквозных дыр в ней не было. Что же это за таинственный дом, кто его построил и зачем?

Затем Додж занялся некоторыми неотложными делами. Неподалеку от дома он заметил небольшой ручеек и отвел туда Болди напиться. А потом и сам с жадностью припал к прохладной чистой воде. Он расседлал Болди и скормил ему половину прихваченного с собой зерна. Додж давно уже привык за годы своей неспокойной жизни первым делом заботиться о коне и оружии, и ни разу ему еще не пришлось пожалеть об этом. А Болди попал к нему совсем маленьким; Додж очень привязался к нему и баловал, как ребенка.

Дождь все усиливался, и Додж в который раз порадовался, что у него есть такое надежное убежище. Он с удовольствием закусил мясом и бисквитом, которые, к счастью, позаботился взять с собой из дома. Становилось холодно, но огонь он решил не разводить, а просто сидел в дверном проеме и смотрел в постепенно сгущавшиеся сумерки. Болди мирно пасся в нескольких шагах от него, не обращая ни малейшего внимания на дождь. Доджа охватило такое чувство одиночества и уныния, что у него не было сил бороться с ним. Воображение унесло его в теплый дом, он видел веселый огонь в камине, светящиеся раскаленные угли и рядом прелестное любимое лицо. Темно-голубые глаза смотрели на него с нежностью, алые губы приветливо ему улыбались нежной и грустной улыбкой. А сквозь шум льющейся с неба воды и завывание ветра до него снова донеслись три несмелых удара по бревну.

Уже совсем стемнело, и Додж почувствовал, как он устал за сегодняшний день. Он улегся, положил под голову седло, завернулся в одеяло и мгновенно провалился в сон.

Проснувшись, Додж обнаружил, что дождь закончился, а лес благоухал свежестью и чистотой. Но какая-то мысль не давала ему покоя, и он понял, что у него ведь до сих пор не сложилось конкретного плана, что ему следует предпринять, чтобы найти берлогу Хатуэя. Но, занимаясь разными необходимыми утренними заботами, он кое-что придумал.

Он вернулся на вчерашнюю тропу, но выше того места, откуда он начал спуск накануне. Там он снова отыскал следы двух подкованных лошадей и пошел по этим следам, на каждом повороте тропинке останавливаясь, прислушиваясь и оглядываясь. Додж был абсолютно уверен, что эта дорожка снова должна разветвляться, чтобы обеспечить несколько подходов к тайнику.

Солнце, наконец, взошло над восточной стеной каньона, и становилось жарко. Но тропинка, к счастью, вошла в густой лес, где воздух оставался по-прежнему прохладным. Немного пониже Додж слышал шум падающей воды; здесь, очевидно, начинался тот ручей, что протекал у ранчо Лилли.

Час за часом Додж ехал вдоль узкого ущелья, и булыжники вокруг него становились значительно крупнее. В одном месте буквально из-под копыт его коня взлетела стая диких индеек, но выстрелить он, естественно, не осмелился. Время от времени в просветах между ветвями он видел Рим, то справа, то слева от себя, в зависимости от того, как петляла тропинка. Каньон стал значительно уже, и стены ущелья возвышались почти над самой его головой. Однажды он услышал грохот падающих камней, и впереди промелькнул черный медведь. Неожиданно он увидел еще одну дорожку, которая пересекала ту, по которой ехал он. На ней он обнаружил совершенно свежие следы лошади, которые шли снизу и вели на запад. Затем, с дуновением ветерка до него долетел слабый запах дыма, но источника его он пока не видел. Да и вообще лес вокруг был такой густой, что дальше пятидесяти ярдов в любую сторону ничего не было видно. Тогда он вернулся немного назад и привязал Болди за выступом скалы, так чтобы его было не сразу заметно с тропинки. Он снял кожаные штаны для верховой езды и перекинул из через седло, хотел было взять винтовку, но потом раздумал — он решил, что вряд ли удастся особенно развернуться на открытом пространстве, поэтому кольта будет вполне достаточно.

Дальше он пошел пешком. От места, где тропинки пересекались, он направился на шум падающей воды и скоро начал зигзагами спускаться на дно каньона. Ему показалось, что сзади раздался звук, как будто что-то или кто-то поскользнулся на скале, но он был не уверен в этом. Наконец, он добрался до ручья. В этом месте образовался небольшой прудик, а потом ручей исчезал под камнями, чтобы ниже вырваться из-под них шумным водопадом. Следы лошадиных копыт шли по другой стороне ручья и как раз в том же месте, где он сейчас стоял, всадник, вероятно, остановился, чтобы напиться. Примерно пятьюдесятью футами ниже он увидел нагромождение огромных скал и направился туда вдоль берега.

15
{"b":"10776","o":1}