ЛитМир - Электронная Библиотека

Трое всадников остановились у края канавы. Один из них держал под уздцы мула, нагруженного узлами и тушей убитого оленя. В своей жизни Жанна перевидела множество всадников, в общем-то очень схожих с этими тремя, однако ни один из них еще не действовал на нее так странно и властно.

– Добрый день! – сказал один из мужчин. И тут Жанна увидела, что лицо Робертса превратилось в пепельно-серую маску.

Глава II

– Так это вы… Келс?

Вопрос Робертса был в то же время и ответом на его мысли. Смех вопрошаемого как бы подтвердил это.

Двое других перебрались через канаву и снова остановились. Все они были еще молоды, каждому лет по тридцати. Своей примитивной одеждой и грубыми чертами они напоминали людей, каких Жанна привыкла видеть почти ежедневно. Но Келс явно выделялся. Пока он не смотрел на нее, ей казалось, будто она уже где-то встречала этого мужчину, однако когда его взгляд упал на нее, то она в странном смятении поняла, что еще никогда в жизни не видела такого человека. Бледный, с серыми глазами, интеллигентный и любезный, он, вероятно, когда-то был порядочным человеком, но теперь его окружало нечто странное, непостижимое и чудовищное. Создавалось ли такое впечатление в его присутствии, или то было действие его имени? Келс! За последние годы множество мрачных историй передавалось в Айдахо из лагеря в лагерь, и некоторые из этих слухов бывали настолько необычны и жутки, что им трудно было поверить. С каждой вестью слава Келса возрастала. Росла также и ужасная уверенность, что там, на границе, организуется шайка жутких бандитов. Но никто в лагере никогда не признавался, что когда-либо встречался с этим Келсом. Неужели страх заставлял всех умалчивать об этом? Услыхав, что Робертс знаком с ним, Жанна поразилась.

– Где мы в последний раз виделись с вами? – спросил Келс.

– Как будто под Фресно, – ответил Робертс, явно стараясь отделаться от какого-то неприятного воспоминания.

Слегка прикоснувшись к своей шляпе, Келс бросил мимолетный взгляд на Жанну.

– С пути сбились, не так ли? – спросил он Робертса.

– Очевидно, – ответил Робертс. Затем его сдержанность слегка ослабела, голос зазвучал ровнее.

– Выслеживали любимого коня мисс Рэндль. Недавно удрал. Постепенно заехали дальше, чем предполагали. Как на грех, и моя лошадь повредила себе ногу. Боюсь, нам не попасть сегодня домой.

– Откуда вы?

– Из Хоудли. Билла Хоудли стоянка, миль так за тридцать отсюда.

– В таком случае, Робертс, если вы ничего против не имеете, мы тоже заночуем здесь вместе с вами, – продолжал Келс. – У нас есть свежее мясо, закусим.

И он коротко отдал приказание своим товарищам, которые тем временем расположились неподалеку под кедром и уже начали расседлывать лошадей.

Робертс сделал вид, будто распаковывает собственную поклажу, и, наклонившись к Жанне, хрипло прошептал:

– Джек Келс, калифорнийский грабитель больших дорог. Опасный стрелок, дьявольски хитрая гремучка! Когда я его видел в последний раз, он стоял с петлей на шее, но товарищи его вызволили. Жанна, если он только вздумает, то прикончит меня. Я прямо не знаю, что делать. Ради всего святого, придумайте какой-нибудь выход. Испробуйте свою веселость, женскую хитрость. Все, что захотите! Хуже вляпаться мы уже больше не можем.

Усталая Жанна опустилась на землю. Ее точно оглушило. Какая-то большая опасность нависла над ней. Люди, подобные Робертсу, зря так не говорят. Смелая девушка привыкла ко всяким опасностям. Однако здесь дело шло о чем-то совершенно ином. Она не вполне уяснила еще себе намеки Робертса. Почему его непременно должны убить? С собой у них не было ни денег, ни драгоценностей. Даже их лошади не были настолько хороши, чтобы пробудить разбойничьи аппетиты. Вероятно, опасность для нее и для Робертса заключается в том, что она – девушка и может сделаться добычей этих бандитов. Подобные истории она уже не раз слыхала. Но ведь Робертс защитит ее, и, кроме того, этот любезный, воспитанный Келс так не похож на обычных диких грубиянов.

Так она сидела, терзаясь душою и переходя от опасности к предчувствию всяческих неожиданностей. Тем временем мужчины занялись устройством лагеря. Казалось, ни один из них не замечал ее. Во время работы они болтали, смеялись и перешучивались между собой, как будто были обыкновенными работниками. Келс наносил воды, разжег костер и наломал кедровых веток, чтобы ночью поддерживать огонь. Один из незнакомцев, которого они называли Биллом, спутал лошадей и, развязав узел, достал холщовую простыню; Робертс месил тесто для лепешек.

В красном зареве садилось солнце; воздух отсвечивал дрожащим пурпуром. Но вскоре краски поблекли. Темнота уже окутала лес, когда, наконец, Робертс подошел к Жанне, держа в руках хлеб, кофе и кусок жареной дичи.

– Вот ваш ужин, Жанна! – воскликнул он громко и весело, и тут же тихо добавил: – Может быть, все обойдется хорошо. Выглядят-то они довольно приветливо, но я все-таки боюсь, Жанна. Если бы вы только не были так чертовски хороши, и если бы он мог каким-нибудь чудом не увидеть вас.

– А не можем ли мы ночью улизнуть? – тихо спросила Жанна.

– Попробовать было бы не худо, но вряд ли это помогло бы нам, если только эти парни задумали плохое. Я еще не знаю, что нас ожидает. Хорошо, если вы разыграете пугливую овечку. Только не теряйте мужества.

После этого он снова вернулся к костру. Жанна была голодна и с удовольствием подкрепила свои силы. Несмотря на свою все еще не улегшуюся тревогу, она почувствовала любопытство. Ей стало даже казаться, что это неожиданное приключение вовсе не лишено некоторой прелести. Она всегда была страстной натурой, с сильной волей и хорошим самообладанием. И всегда ее тянуло куда-то вдаль, к чему-то неизвестному. А к чему, собственно, она даже и сама точно не знала.

Ночь наступила черная, густая. Бледный Млечный Путь, весь пронизанный звездами, раскинулся по темно-голубому небу. Ветер стонал в верхушках кедров и раздувал огонь в костре. Искры летели во все стороны, исчезая в темноте. Легкая струйка дыма, долетавшая до Жанны, нежно и приятно пахла паленым кедром. Где-то далеко в кустах лаяли койоты, и с холмов доносился упорный вой волка. Лагерная жизнь не была в новинку для Жанны. На телегах и в фурах переезжала она по равнинам, и не раз ее провожал протяжный клич враждебных индейцев. Со своим дядей она по неделям живала в горах в поисках золота. Но еще никогда так живо не проникала в ее душу вся прелесть этой дикой и пустынной местности, как в эту ночь.

Жанна видела Робертса, стоящего на коленях и посыпавшего костер мокрым песком. Его большая, косматая голова кивала, озаренная светом пламени. Он производил впечатление глубоко задумавшегося, тяжело удрученного человека. Человек, названный Биллом, и его товарищ прислонились спинами к обломку скалы и о чем-то тихо разговаривали между собой. Келс стоял во весь рост возле самого костра. Держа в руке трубку, он глубоко вдыхал дым и затем медленно выпускал его к небу. Издали в его фигуре не было ничего внушительного, и ничего сколько-нибудь интересного в его лице. Однако уже с первого взгляда было ясно, что этот человек выделялся из ряда обыкновенных людей. От него веяло энергией и властностью. По временам он бросал взгляды в сторону Жанны, но она не была в этом точно уверена, ибо издали его глаза походили на два круглых темных пятна. Сбросив куртку, он остался в расстегнутой жилетке, из-под которой виднелась мягкая пестрая рубашка с черным галстуком, беспорядочно болтавшимся на шее. С его бедер свисал широкий пояс, на конце которого торчал в кобуре тяжелый револьвер. «Странный способ носить револьвер, – подумала Жанна. – Прямо смешно! Во время ходьбы ремень, вероятно, болтается взад и вперед и бьет хозяина по ногам».

– Скажите, у вас есть одеяла для девушки? – вдруг спросил он Робертса, вынув трубку изо рта.

– У меня есть только одеяла из-под седла, – ответил Робертс. – Мы, видите ли, не думали, что нам придется заночевать в горах.

3
{"b":"10779","o":1}