ЛитМир - Электронная Библиотека

Глава 24

На рассвете двадцать шестого Дьюан приехал в Бредфорд как раз к прибытию утреннего поезда. Его раны не слишком беспокоили его. Лонгстрет был вместе с ним. И мисс Лонгстрет и Рут Герберт также не оставались на ранчо: обе они навсегда покидали Фэйрдейл. Лонгстрет передал все свое имущество Мортону, который с товарищами должен был разделить его по-справедливости. Дьюан со своими спутниками выехал из Фэйрдейла ночью, миновал Сандерсон перед рассветом и прибыл в Бредфорд, как и планировал.

В то знаменательное утро Дьюан внешне выглядел спокойно, но в душе у него царило смятение. Он стремился поскорее отправиться в Валь Верде. Будет ли капитан Мак-Нелли с рейнджерами ждать его там, как он рассчитывал? Воспоминание о зловещем рыжем Поггине то и дело возвращалось к нему с каким-то странным азартным чувством. Дьюан научился переносить часы, дни, месяцы ожидания, терпел долгие тоскливые недели изгнания, но теперь он не мог совладать с собой. Свисток паровоза заставил его вздрогнуть.

Поезд был скорым, однако Дьюану казалось, что двигается он недопустимо медленно.

Не желая постоянно оставаться лицом к лицу со своим арестантом и пассажирами вагона, Дьюан поменял место на сидение позади Лонгстрета. Они мало разговаривали друг с другом. Лонгстрет сидел, склонив голову, погруженный с глубокие раздумья. Девушки расположились на сидении рядом с ним, бледные, но сдержанные. Время от времени поезд делал короткие остановки на станциях. Последнюю часть путешествия Дьюан провел, наблюдая в окно за проезжим трактом, идущим параллельно железной дороге, то совсем близко, а то удаляясь на значительное расстояние от нее. Когда поезд находился милях в двадцати от Валь Верде, Дьюан заметил темную группу всадников, двигающихся на восток. Пульс острыми молоточками застучал у него в висках. Банда! Дьюану показалось, что он узнал рыжего Поггина, и все внутри у него сжалось от странного предчувствия. Ему показалось, будто он узнал резкие черты Блоссома Кейна, чернобородого гиганта Больдта, краснолицего Пэнхендля Смита и Флетчера. С ними был еще один, незнакомый ему. Неужели Нелль? Нет! Он никак не мог быть Неллем.

Дьюан перегнулся через сидение и тронул Лонгстрета за плечо.

— Взгляните! — прошептал он. Чизельдайн сидел, словно окаменевший. Он тоже уже увидел.

Поезд пронесся мимо; банда отверженных отстала, исчезнув из поля зрения.

— Вы заметили, что Нелля не было с ними? — прошептал Дьюан.

Он больше не заговаривал с Лонгстретом до тех пор, пока поезд не остановился в Валь Верде.

Они вышли из вагона, и девушки держали себя так, как обычные пассажиры. Станция была намного больше, чем в Бредфорде, и в связи с прибытием поезда здесь наблюдалась значительная сутолока и оживление.

Ищущий взгляд Дьюана, перебегая с одного лица на другое, остановился на мужчине, который показался ему чем-то знакомым. У парня тоже был такой вид, словно Дьюан был ему знаком, только он ожидает от него особого знака, намека. И тут Дьюан узнал его — Мак-Нелли, чисто выбритый! Без усов он выглядел совершенно иначе, во всяком случае, моложе.

Когда Мак-Нелли заметил, что Дьюан собирается приветствовать его, он поспешил ему навстречу. В глазах его светился живой проницательный огонек. Он был весел, оживлен, однако сдерживал себя, переводя недоуменные вопрошающие взгляды с Дьюана на Лонгстрета. Конечно же, Лонгстрет ничуть не походил на человека, преступившего закон!

— Дьюан! Боже мой, как я рад тебя видеть! — таково было приветствие капитана. Затем, при более внимательном взгляде на лицо Дьюана, его энтузиазм поубавился; то, что он увидел в нем, заставило его пригасить свои дружеские чувства — по крайней мере, их появление.

— Мак-Нелли, познакомьтесь с Чизельдайном, — сказал Дьюан, понизив голос.

Капитан рейнджеров онемел, растерявшись от неожиданности; однако он заметил инстинктивный жест Лонгстрета и неловко пожал протянутую ему руку.

— Здесь есть ваши люди? — быстро спросил Дьюан.

— Нет. Все в городе.

— Пошли. Мак-Нелли, вы с Чизельдайном идите вперед. В нашей компании есть дамы. Я пойду с ними сзади.

Они направились к центру города. Лонгстрет держал себя так, словно шел с друзьями на званый обед. Девушки хранили молчание. Мак-Нелли двигался, как в трансе. Никто не произнес ни слова на протяжении четырех кварталов.

Наконец, Дьюан разглядел большое каменное здание на углу широкой улицы. На нем красовалась обширная вывеска: «Фермерский банк».

— Отель напротив, — сказал Мак-Нелли. — В нем несколько моих людей. Остальные рассредоточены поблизости.

Они пересекли улицу, прошли мимо конторки портье, миновали вестибюль, и тут Дьюан попросил Мак-Нелли снять для них персональный номер. Капитан без слов согласился. Когда они все собрались в номере, Дьюан запер дверь и, глубоко вздохнув, словно почувствовал облегчение, невозмутимо обернулся к присутствующим.

— Мисс Лонгстрет и мисс Рут, постарайтесь пока устроиться здесь поудобнее, — сказал он. — И не отчаивайтесь. — Затем он обратился к своему капитану: — Мак-Нелли, эта девушка — дочь человека, которого я доставил к вам, а эта мисс — его племянница.

Дьюан вкратце изложил историю Лонгстрета, и хоть не очень щадил главаря бандитов и скотокрадов, но был достаточно великодушен.

— Когда я отправился за Лонгстретом, — завершил Дьюан свой рассказ, — у меня было два выбора: либо убить его, либо предложить ему свободу на определенных условиях. Я выбрал последнее ради его дочери. Он уже распорядился своим имуществом. Думаю, дальнейшую жизнь он будет вести согласно предъявленным ему требованиям. Он должен покинуть Техас и никогда больше сюда не возвращаться. Имя Чизельдайна было загадкой и навсегда ею останется…

Некоторое время спустя Дьюан последовал за Мак-Нелли в большую комнату, что-то вроде зала, где несколько человек курили и читали газеты. Дьюан знал их всех. Это были рейнджеры.

Мак-Нелли обратился к своим людям:

— Ребята, вот он!

— Сколько вас всего? — спросил Дьюан.

— Пятнадцать.

Мак-Нелли едва не схватил Дьюана в объятия и не сделал этого лишь в силу угрюмой и хмурой скованности, которая окутывала того словно коконом. Сияя от удовольствия, капитан суетился, пытался заговорить, оживленно размахивая руками. Он был вне себя. Его рейнджеры тесно столпились вокруг, сгорая от нетерпения, словно гончие, готовые броситься в погоню за зверем. Все говорили разом, и ничего нельзя было разобрать, кроме одного наиболее значительного и часто повторявшегося слова: бандиты.

Мак-Нелли стукнул кулаком в ладонь:

— Боюсь, как бы адъютант не заболел от радости! Надеюсь, что с губернатором этого не случиться. Мы им всем покажем службу рейнджеров! Дьюан! Как же тебе удалось закончить дело?

— Погодите, капитан, дело пока еще не закончено ни наполовину, ни даже на одну четверть. Банда движется сюда по дороге. Я видел их из поезда. В город они прибудут ровно в два тридцать.

— Сколько их? — спросил Мак-Нелли.

— Поггин, Блоссом Кейн, Пэнхендль Смит, Больдт, Джим Флетчер и еще один, которого я не знаю. Самые отборные люди из банды Чизельдайна. Бьюсь об заклад, вам, рейнджерам, еще никогда не приходилось сталкиваться с такой опасной и грозной шайкой!

— Поггин — твердый орешек! Я много слышал о нем с тех пор, как я здесь, в Вадь Верде. А где Нелль? Говорят, он еще мальчишка, но сущий дьявол во плоти!

— Нелль мертв.

— О! — мягко воскликнул Мак-Нелли. Затем он принял строгий, деловой вид, соответствующий серьезности обсуждаемой темы: — Дьюан, сегодня твоя игра. Я всего лишь твой подчиненный. Мы все у тебя в подчинении. Мы доверяем тебе полностью. Быстро выкладывай свой план, чтобы я успел расставить по местам ребят, которых здесь нет!

— Вы понимаете, что нет смысла пытаться арестовать Поггина, Кейна и всех остальных? — спросил Дьюан.

— Нет, не понимаю, — озадаченно ответил Мак-Нелли.

— Сделать это невозможно. Приказы и команды на таких людей не действуют. В ответ они сразу стреляют, причем дьявольски быстро и точно. Поггин! Этот бандит не имеет себе равных в обращении с револьвером… если не считать… Его надо сразу прикончить. Их всех надо прикончить. Все они гнусные негодяи, отчаянные, не знающие страха, быстрые в своих действиях и решениях.

72
{"b":"10780","o":1}