ЛитМир - Электронная Библиотека

— Гм-гм. — Фырканье Меты всегда сигнализировало подчиненным, что ей в голову пришла какая-то необычная идея. — Я вижу, вы снова на капитанском мостике, полковник Пол Мун. Очень хорошо. Хотя меня одолевают сомнения относительно вашего здоровья — ведь медтехники наверняка не дали вам «добро» на командование в ближайшем сражении.

Услышав насмешливый голос, Мун обернулся и бросил угрюмый взгляд на крошечный жидкокристаллический дисплей камеры, укрепленной под потолком кабинета. Мета наверняка заметила его недовольную гримасу! Мун отлично понял причину ее замечания на тему здоровья: если у Меты правая рука до сих пор была обездвижена специальной повязкой, то больную левую ногу Муна вот уже два месяца поддерживала тяжелая металлическая скоба. Она служила ему постоянным напоминанием о той смертельной битве, когда он, раненый, оказался в руках подлого предателя по имени Трент. Осколок ракеты ближнего действия, выпущенный меткой рукой изменника из кабины «Рожденного в Котле», раздробил его коленную чашечку. Мун упал на землю, истекая кровью. С трудом, почти теряя сознание, ему удалось разорвать спрятанный в кармане формы медицинский пакет и наложить жгут на сломанную в нескольких местах ногу. Проваливаясь в спасительную темноту обморока, Мун подумал, что ногу наверняка не спасти.

Муна подобрали на поле боя и срочно перебросили на Хинер, базу галактики Дельты. Ногу действительно пришлось ампутировать чуть выше колена, но не зря Клан Ягуара уделял повышенное внимание развитию и совершенствованию медицинских технологий. В госпитале на Муне испробовали новый, длинный и болезненный, процесс «наращивания» ампутированной конечности. Интересно, что такая операция лучше удавалась с частями тела воина-элементала, чем обычного человека; простым воинам, лишившимся конечности, медики вживляли особые протезы, а вот с тканями элементала можно было поэкспериментировать. После двухгодичного курса процедур у Муна буквально выросла новая нога. Конечно, Мун опасался, что уже не сможет, как прежде, сломя голову бежать в атаку, — хотя нога превосходно действовала и почти не отличалась от старой, он до сих пор носил специальную скрепляющую шину и подобрал особый комплект брони. Да, трогательная забота о здоровье и боеспособности элементалов — воинов, рожденных благодаря особым целевым программам генетического отбора, отличала Клан Ягуара. Последние два месяца Мун проходил в клинике реабилитационный курс. На исходе второго месяца он почувствовал: еще несколько дней, проведенных в стерильной чистоте и тишине больничных палат, — и он сойдет с ума. В течение этих двух месяцев он был вынужден иметь дело только с врачами, которые принадлежали к низшей касте, и Мун мучительно размышлял, сможет ли он занять вновь по праву принадлежащее ему место воина…

Теперь эта металлическая фигурная скоба, скрепляющая ногу, служила Муну постоянным напоминанием о его довольно шатком положении в воинской касте… Хотя о чем говорить? Воин рождается для битвы и в ней погибает. Таков закон. Мун был уверен, что в сражении он будет драться как истинный Ягуар, полноправный член

Клана. Он не даст поводов усомниться в собственной полноценности. Но такой долгий период бездействия… Иногда Муну казалось, что он буквально идет по лезвию ножа. Один неверный шаг, еще одна полоса затишья — и он сорвется.

Хотя однажды Мун бросил вызов своре докторишек и медтехников. Это случилось во время остановки Т-корабля в одной из безымянных, затерянных в космосе систем на Дороге Исхода: кораблю нужна была дополнительная подзарядка для прыжка. Тогда-то Мета и объявила Испытание Владения, чтобы назначить новых командиров галактик. Пол Мун погрозил кулаком в сторону собравшихся что-то возразить врачей, облачился в свои покалеченные в боях доспехи, подтвердил в поединке статус истинного воина Клана Ягуара и завоевал право носить звание звездного полковника.

— Верно, верно, командир галактики, — прошипел Мун. — Ну ничего, скоро все изменится. У нас каждый воин будет на счету, когда мы вступим в битву с этими грязными вольнягами, очистим от них Охотницу и погоним подольше от нашей родины этих ублюдков. Я добьюсь, чтобы меня поставили во главе моего Кластера, и тогда пусть эти медики-вольняги вякают про опасности для здоровья все, что пожелают. Да кто их будет тогда слушать?

Мун злобно хихикнул.

— Хорошо, звездный полковник. Я приказываю вам возглавить команду контратаки. Мы сами устроим вторжение. Обдумайте и тщательно спланируйте нападение, Пол Мун. Бейте врага везде, где удастся его обнаружить. Вы обязаны уничтожить всех захватчиков. Понимаете, всех! Вы не выполните свою миссию, если уцелеет хоть один варвар, хоть одна боевая машина! — Голос Меты постепенно становился громче и пронзительнее. — Ни один из этих паразитов-вольняг, посмевших топтать нашу родину, не должен остаться в живых. — Мета уже кричала. — Я хочу, чтобы они сдохли! Сдохли все! Я хочу увидеть головы их командиров, насаженные на пики! Я хочу держать в руках пепел, оставшийся от сожжения их поганых тел, и развеять его по ветру! Я хочу, чтобы даже память об их семени навсегда была стерта из генетических хранилищ Вселенной!

— Вас понял, командир галактики. — Мун отвесил монитору почтительный полупоклон, не обращая внимания на мешающую скобу на левом бедре. — Будет исполнено.

Мун властно махнул технику, чтобы тот разъединил связь. Немедленно мрачное лицо Ханг Меты исчезло с экрана монитора и сменилось голографическим изображением боевого флота Клана. На мониторе хорошо просматривались точки, обозначающие аэрокосмические истребители, стремительно отделяющиеся от крупных военных Т-кораблей. Мгновенно открывались шлюзы двигательных отсеков, и шаттлы сразу брали курс на Внутреннюю Сферу.

Мун удовлетворенно кивнул. Похоже, его звездный час наконец наступил. Он возглавляет военную кампанию против этих ублюдков варваров, посмевших бросить вызов Ягуару и пробраться в его логовище! После того как он с наслаждением омоет руки в крови врагов, его имя, имя звездного полковника Пола Муна, спасителя Охотницы, с благоговением будут произносить потомки. Его имя войдет в пантеон великих наряду с именами Франклина Озиса, первого Хана Дымчатых Ягуаров, да что там Озиса! Может быть, и самого Керенского…

Впервые за долгое время Мун радостно улыбнулся, но лучше было бы никому не видеть этой страшной улыбки…

VI

Боевой крейсер «Невидимая Правда»

Прыжковая точка зенита, система Охотницы

Кластер Керенского, Пространство Кланов

19 марта 3060 г.

— Рулевой, вызываю вас! — Ален Березик отдавал команды размеренно и спокойно. — Офицеры, зарядить оружие! Капитан, каково состояние нашего корабля?

— Коммодор, у нас в распоряжении восемь истребителей в составе боевого воздушного патруля, — отозвался офицер с мостика управления «Невидимой Правдой», Статус капитана корабля накладывал на человека огромную ответственность. Он должен был наблюдать за всеми перемещениями истребителей и одновременно осуществлять полный контроль над действиями и боеготовностью боевого воздушного патруля флота. — Готовность на счет «пять». «Антрим» и «Рейнджер» в полной готовности. Ждем указаний. Докладываю: полное крыло истребителей будет развернуто в течение двадцати минут. Ударное звено истребителей откроет огонь по врагу через четверть часа.

— Хорошо. — Березик не скрывал удовлетворения. Понятно, что восемь космических истребителей не смогут нанести большого ущерба и сильных повреждений врагу, как это мог бы сделать крейсер Клана, но зато они нанесут внезапный удар и зажмут врага в клещи. Готовность на счет «пять» означала, что с начала отсчета все пилоты приготовились к катапультированию с Т-корабля, проверили оружие и скоро произойдет запуск боевых истребителей. Вот уж они хорошенько испортят врагу аппетит!

Команда «Невидимой Правды» начала работать в режиме сверхактивности после того, как приборы обнаружили мощный электромагнитный импульс в одной из близкорасположенных точек пространства. Импульс, очевидно, предвещал появление Т-кораблей. Но вот чьи это были прыгуны? На то, чтобы идентифицировать их, требовалось некоторое время, хотя никто не сомневался, что это корабли Клана. Как только цели возникли на экране мониторов, техника почти мгновенно идентифицировала их как вражеские суда. Теперь требовалось не больше шести минут, чтобы очистить поле сражения. До начала решающей битвы оставались секунды. Ожидание схватки было, пожалуй, самым любимым временем Алана.

14
{"b":"10796","o":1}