ЛитМир - Электронная Библиотека

В конце холла маркиз остановился. Он отпустил локоть Мэдди и спросил:

– Мне лучше сначала все объяснить вам или же вы сразу войдете со мной в клетку со львами?

– Вы спрашиваете это ради меня или же ради самого себя? – холодно осведомилась она, несколько успокоенная его напряженным состоянием.

Куин неопределенно хмыкнул:

– Подозреваю, что вы станцуете на моей могиле. – Он постучал в дверь.

Она пожала плечами:

– Если я когда-нибудь посещу ее.

– Входите, – раздался нежный женский голос.

Если у Мэдди и были сомнения относительно портрета старшего брата, нарисованного мистером Бэнкрофтом, они исчезли, как только маркиз ввел ее в южную гостиную. Герцог Хайбэрроу сидел у окна, полуденное солнце серебрило седину в его темных волосах. Холодные карие глаза под прямыми черными бровями оторвались от «Лондон таймс», остановились на сыне и мгновением позже переместились на нее.

Мэдди неожиданно остро осознала дешевую ткань своего платья для путешествий и трижды переделанную желтую шляпку на голове. Но у нее не было желания позволить им это заметить. Слегка вздернув подбородок, она остановилась рядом с Куинланом, обводя глазами комнату. Каждый предмет из серебра, от подсвечников до ложки, лежащей на чайном подносе, сиял ярче, чем звезды. Ни на чем не было ни пылинки, тем более на почти зеркальной поверхности полированной мебели красного дерева.

– Ты так скоро вернулся? – проворчал холодный низкий голос. Глаза Мэдди вернулись к герцогу.

– Рад снова видеть тебя, отец, – ответил Куинлан таким же холодным тоном, Мэдди с любопытством взглянула на него, потому что ни разу не слышала, чтобы он говорил как… титулованная особа.

– Добро пожаловать домой, Куин, – сказала маленькая женщина, поднимаясь с одного из кресел возле камина, чтобы взять маркиза за руку. Он улыбнулся и поцеловал ее в щеку.

Серебристо-светлые волосы были завиты на макушке, а ее изящная фигурка задрапирована в прекрасное зеленое с белым муслиновое платье. Глаза герцогини были того же нефритового цвета, что и у сына, хотя в них поубавилось теплоты, когда она взглянула на Мэдди.

– И кто же это с вами? – спросила она, и в ее голосе прозвучало лишь легкое удивление.

– Позвольте мне представить вам мисс Уиллитс. Мэдди, герцог и герцогиня Хайбэрроу.

– Ваша светлость, – сказала Мэдди, приседая и наклоняя голову и остро ощущая, как далеко сейчас до Сомерсета, ее друзей и знакомых. Она взглянула на Куинлана. Он мог бы стать ее союзником здесь, но вряд ли на него можно положиться. Вернее, она не позволит себе опереться на него. Одна, опять одна.

– Откуда она? – Герцог остался сидеть и был далек от того, чтобы подняться на ноги и поприветствовать ее или сына. Вместо этого он скрестил вытянутые ноги и перевернул страницу газеты.

– Из Лэнгли. – Куинлан улыбнулся ей, его глаза предупреждали, что она должна держать себя в рамках. – Она была компаньонкой дяди Малькольма.

– Я и есть компаньонка мистера Бэнкрофта, – вежливо поправила его Мэдди, пытаясь не смотреть в сторону герцога, поразившего ее своей грубостью. Но, в конце концов, как ни странна была эта мысль, Куин просто мог чувствовать себя смущенным. Она оправдала его за недостаточностью улик, ради мистера Бэнкрофта. Она дала слово перенести всю эту глупость, и она сдержит его – если остальные блестящие Бэнкрофты будут придерживаться того же.

Герцог взялся за газету и возобновил чтение.

– Шлюха Малькольма, ты имеешь в виду?

Мэдди покраснела, а маркиз сделал резкое движение.

– Нет, его компаньонка, – ровным голосом поправила Мэдди, прежде чем это сделал Куин. – И он чувствует себя гораздо лучше. Доктор даже сказал, что не верит, что паралич будет пожизненным. Благодарю вас за вашу заботу.

Удивленное выражение на лице герцогини стало еще заметнее, а «Лондон таймс» был быстро сложен и брошен на пол.

– Вы дерзкая особа, не так ли?

Герцог встал. Куинлан был выше отца, но Льюис Бэнкрофт мощнее своего худощавого сына. Мэдди подвинулась поближе к маркизу.

– Что она здесь делает, Куинлан?

Маркиз на мгновение заколебался, очевидно, подбирая слова.

– Она старшая дочь виконта Халверстоуна. Вы, может быть, помните…

– Вы – та самая, кого отверг Чарлз Данфри, когда обнаружил вас оскорбительно общающейся с одним из его друзей. – Хайбэрроу рассмеялся. – И теперь вы устроились у бедного инвалида Малькольма. – Он взглянул на Куинлана. – Или собираетесь запустить когти в моего сына?

– Отец! – резко произнес Куин.

Именно к такому отношению со стороны знати Мэдди и привыкла. И все же осознание этого заставило ее почувствовать себя более раскованно и получить подтверждение тому, что некоторые из ее воспоминаний и предположений оказались справедливыми. Она начала закипать.

– Нет, ваша светлость.

– На самом деле виновник всего – я, – сообщил Куин. – Я не имел представления, кем была мисс Уиллитс, и я… – Он снова посмотрел на девушку. – Я неправильно повел себя с ней. Малькольм предложил мне поправить дважды нанесенную ей обиду, привезя сюда.

– Она не носит под сердцем твоего отпрыска? Боже правый, Куинлан! Острая на язык шлюха, и всего три месяца до твоей свадьбы с Элоизой.

– Лорд Уэрфилд поцеловал меня, – резко произнесла Мэдди. – И это все. Я не хотела приезжать сюда. Эта идея принадлежала ему и мистеру Бэнкрофту. Мне лучше всего поскорее покинуть этот дом.

– Хорошо.

– Неизлечимый сноб, – пробормотала Мэдди и подобрала свои юбки. – Всего хорошего, ваша светлость. – Даже не взглянув на маркиза, она повернулась, вышла из комнаты и направилась обратно вдоль длинного холла.

Куин вышел вслед за ней, схватил за руку и повернул к себе лицом.

– Ради Бога, дайте мне минуту, чтобы все объяснить, – прошептал он.

– Через несколько минут я буду вынуждена вызвать вашего отца на дуэль и застрелить его, – прошипела Мэдди в ответ. – Он гораздо хуже вас.

Его губы дрогнули. Куин кивнул, его теплые пальцы все еще крепко держали ее за руку.

– Это так, но я же обещал. Дайте мне еще хотя бы минуту, Мэдди.

Она подняла указательный палец, вырывая у него другую руку.

– Только одну.

Куин сделал глубокий вдох и ввел ее обратно в гостиную. Герцог уже сидел на своем прежнем месте. Герцогиня же, наоборот, стояла у двери и наблюдала, как они приближаются.

– Отец, – снова начал маркиз, – я дурно поступил по отношению к мисс Уиллитс. Она хорошо воспитанная девушка, ложно обвиненная в дурном поведении. Я чувствовал, что должен все исправить. Дядя Малькольм подумал, что с помощью нашей семьи она может быть вновь представлена в свете. Я согласился с ним.

– О! Ты согласился.

– Да. И она останется здесь до тех пор, пока все мы сможем отправиться в Лондон. Я не могу отвезти ее в Уэрфилд, этим шагом я лишь довершил бы нанесенное ей оскорбление, поэтому она останется здесь как наша гостья.

Герцог снова поднялся с кресла.

– Знаешь, я мог бы ожидать подобной чепухи от Рейфела, но до сегодняшнего утра я не знал, что ты – идиот. Заплати ей и отошли обратно. – Хайбэрроу прошел вперед, остановившись в нескольких футах от Мэдди, так что ей пришлось взглянуть на него. – Во сколько нам это обойдется, мисс Уиллитс? В десять фунтов? В сто? Назовите сумму, которая остановит вас оттого, чтобы молоть языком о неблагоразумии моего сына, и уезжайте.

Мэдди взглянула на часы на камине. Пятьдесят восемь секунд, пятьдесят девять, минута закончилась. Она сдержала свое слово.

– Ваша светлость, – начала она, и голос ее дрожал от гнева, – если я захочу дать волю сплетням о недостойном поведении вашего сына, всего вашего состояния до последнего пенни будет недостаточно, чтобы заставить меня замолчать.

– Тогда что…

– Я пришла сюда не за деньгами, – перебила она герцога. – Я приехала сюда потому, что мистер Бэнкрофт посчитал, что со мной дурно поступили, и использовал этот глупый поцелуй как возможность исправить положение. Я скажу вам то, что сказала ему: я счастлива жить такой жизнью, какой живу. И у меня нет намерения оставаться еще хоть мгновение в вашей высокомерной, эгоистичной, помпезной компании. Всего хорошего.

26
{"b":"108","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Рецепты Арабской весны: русская версия
Неизвестный террорист
Одиноким предоставляется папа Карло
Assassin's Creed. Кредо убийцы
Князь Пустоты. Книга первая. Тьма прежних времен
Посольство
Ноль ноль ноль
И вдруг никого не стало
Одно воспоминание Флоры Бэнкс