ЛитМир - Электронная Библиотека

Она уже явно справилась со своими нервами.

– Я не набрасывался на вас. Думаю, это было взаимное влечение.

Ее губы тронула сдержанная улыбка.

– Не льстите себе, – упрямо заявила она, освобождая руку, и в гневе прошагала мимо дворецкого Бикса в дом.

– Как я могу льстить себе, когда вы рядом? – пробормотал Куин ей в спину, прежде чем последовать за ней.

Глава 9

Во время своего первого и единственного визита в Лондон Мэдди пребывала в состоянии постоянного восторга. Тогда она наконец-то смогла увидеть все знаменитые места столицы, такие как Гайд-парк, Бонд-стрит и мрачный Тауэр, – места, о которых она только слышала или читала. На сказочных балах присутствовало множество известных восхитительных людей, которые обращались с ней как с равной и заявляли, что рады знакомству.

Но сейчас у неё не было никакого желания вновь видеть эти места или встречать тех же людей.

– Мисс Мэдди, вы не хотите переодеться к завтраку?

Мэдди потрогала пальцами полог над кроватью, закрывавший от нее элегантную Кинг-стрит.

– Думаю, придется.

Она все еще не привыкла к тому, что кто-то помогает ей одеться и уложить волосы, но не хотела отказываться от помощи Мэри, которую бы неизбежно уволили, на что, без сомнения, и рассчитывал лорд Уэрфилд. Мэдди надела свое новое платье из зеленого и желтого шелка, взглянула на каминные часы и неохотно покинула спальню. Полдюжины слуг вежливо приветствовали ее, пока она спускалась в столовую. Войдя, девушка остановилась как вкопанная.

Герцог Хайбэрроу поднял глаза от персика, который резал.

– Вы все еще здесь? – ворчливо спросил он и продолжил свой ленч.

– Добрый день, ваша светлость.

Лакей поспешил отодвинуть для нее стул, и, чтобы не показаться трусихой перед герцогом, Мэдди села. Она нетерпеливо оглядела комнату, а его светлость продолжал грубо игнорировать ее. Куин неоднократно повторял, что, пока они в городе, Бэнкрофты садятся за ленч ровно в час дня. И вот она пришла ровно в пять минут второго, когда вся семья уже должна была находиться в столовой.

Второй лакей предложил ей блюдо с фруктами, и с благодарной улыбкой она выбрала персик. Как и все, что она видела в доме, он был само совершенство – круглый и золотистый. Мэдди прищурилась, воображая совершенную улыбку Куина, и разрезала плод пополам.

Она опять краем глаза взглянула на Льюиса Бэнкрофта. Теперь, когда он не рычал на нее и не оскорблял, она заметила, что его темно-каштановые волосы на висках почти седые. Лицо у него было краснее, чем у брата, впрочем, мистер Бэнкрофт был так бледен последние несколько недель, что она была склонна считать бледность естественной. И хотя Мэдди понимала, что относится к Льюису с пристрастием, она нашла выражение его лица гораздо менее любезным, чем у Малькольма.

– На что ты смотришь, девочка?

Мэдди моргнула.

– Я искала сходство между вами и вашим братом, ваша светлость.

– Ха, Малькольму повезло, что я до сих пор считаю его родственником.

– Возможно, ваша светлость, это вам повез…

Куин проскользнул в дверь.

– Добрый день, отец, мисс Уиллитс, – торопливо сказал он, поправляя галстук и усаживаясь напротив Мэдди. – Мои извинения. Я занялся корреспонденцией и потерял счет времени.

Герцог пригвоздил его раздраженным взглядом карих глаз.

– Ты тоже остановился здесь? Чем, черт побери, плох Уайтинг-Хаус?

Маркиз знаком попросил чашку чаю.

– Ничем, я просто решил несколько недель пожить здесь.

– Почему? – Его светлость нахмурил брови.

– Он держит слово в соответствии со своим воспитанием. – Герцогиня вплыла в комнату и села напротив мужа. – Он не может поселить мисс Уиллитс в Уайтинг-Хаусе. Ей необходима дуэнья. И ею буду я.

– Абсолютная чушь, ее репутация уже безнадежно погублена.

«Ну, я уже достаточно наслушалась».

– Я не…

– Возможно, это так, – мягко сказал маркиз, предостерегающе глядя на Мэдди, – но я намереваюсь все поправить, с вашей помощью или без нее.

– Да уж, пожалуйста, без моей. – Герцог оттолкнулся от стола и встал. – И при первом же признаке неприятностей без помощи твоей матери. И я не хочу, чтобы девчонка путалась под ногами. С твоим пребыванием здесь в доме стало слишком тесно.

«Вы могли бы разместить в этом доме целый полк, и еще осталось бы место для пушек!» Кипя от гнева, Мэдди радостно улыбнулась:

– Я буду избегать вас при каждом удобном случае, ваша светлость. Будьте уверены.

Лорд Хайбэрроу на секунду задержался в дверях.

– Абсолютная чушь, – повторил он и продолжил свой путь.

– Пожалуйста, постарайтесь не восстанавливать его против себя, – попросил Куин, глядя на Мэдди.

– Он и так настроен против меня, – запротестовала девушка.

– И, тем не менее, все прошло бы гораздо легче, если бы он встал на нашу сторону.

– А зачем ему это делать, милорд? Он не извлечет из этого никакой пользы.

– Давайте не начинать опять этот спор, Мэдди, – проворчал Куин.

– Согласна, – неожиданно вмешалась герцогиня. – Льюис не отличается большим терпением. Мы должны немедленно начать кампанию по вашему возвращению в общество. – Она забарабанила пальцами по столу. – Начнем, конечно, неформально, – размышляла она, пристально глядя на Мэдди. – Вас впервые должны увидеть со мной, так, чтобы ваше случайное знакомство с Куином не стало главной темой сплетен.

– Я никак не связана с Куином – лордом Уэрфилдом, – возразила Мэдди, и ее щеки окрасил румянец.

– Думаю, начать надо с посещения магазинов, – продолжила герцогиня, игнорируя протест Мэдди. – Отлично. Итак, Бонд-стрит завтра утром.

– Но… мне ничего не нужно. – От неожиданно накатившего волнения у Мэдди задрожали пальцы. Люди, знавшие ее, увидят, как она разгуливает по улицам.

– Главное – это чтобы вас видели на Бонд-стрит. И вас увидят.

– Но…

– Мама права, – поддержал Куин. – Ведь надо с чего-то начать. – Он потянулся за куском свежего хлеба. – Кроме того, все будут вести разговор с ее светлостью, потому что это будет ее первое появление на публике после возвращения в Лондон. Сомневаюсь, что вам удастся произнести хотя бы слово. – Он взглянул на нее своими необыкновенными глазами. – Это, наверное, будет самым трудным.

– Ха-ха! – Мэдди ухмыльнулась, но, тем не менее, его замечание поддержало ее. Он, конечно, был прав, так как знал гораздо больше о снобизме и этикете, чем она. – А какими же важными делами вы займете свой день, милорд?

– Я должен проследить, чтобы открыли Уайтинг-Хаус.

– Надо же, – сказала она, широко раскрыв глаза от ужаса. – Это правда?

– Да, это означает, что я весь день буду отдавать приказания слугам и, вне всякого сомнения, буду изнурен к вечеру.

Леди Хайбэрроу деликатно кашлянула.

– Но, надеюсь, не настолько, чтобы отказаться сопровождать нас на обед к леди Финч.

Герцогиня взглянула на сына, затем перевела взгляд на Мэдди, которая тщетно пыталась скрыть охвативший ее ужас.

– О Боже! Обед?

– На прошлой неделе я написала Эвелин и попросила ее устроить теплую встречу для нескольких избранных друзей.

– Хорошо, спасибо, мама, – удивленно сказал Куин. Секундой позже он толкнул Мэдди под столом.

Она подпрыгнула.

– Да, благодарю вас, ваша светлость, – эхом отозвалась она и пнула Куина в ответ.

В тот вечер герцог Хайбэрроу пропустил обед: вместо этого он отправился в «Уайте» покурить сигары и сыграть в карты. Вообще-то он мог спокойно пропустить несколько обедов, поскольку в последнее время страдал от подагры, что больше, чем что-либо другое, приводило его в дурное настроение. Куину тоже хотелось бы посетить один из клубов, но Мэдди никуда не могла выйти одна, и поэтому его мать тоже вынуждена была находиться дома. В результате их троица несколько часов подряд играла в вист. Мэдди обладала природным, острым как бритва чутьем на карты. Больше всего Уэрфилда удивило то, что герцогиня дважды улыбнулась тому, что произнесла Мэдди.

32
{"b":"108","o":1}