1
2
3
...
40
41
42
...
76

– Интересный способ говорить о своей суженой. – Элоиза поиграла перчатками, затем вновь положила их на колени. – Она не исчезла и не умерла. На самом деле она живет в Бэнкрофт-Хаусе, с разрешения герцога Хайбэрроу.

Данфри посмотрел на гостью, и ошеломляющий холод смущения охватил его изнутри.

– Хайбэрроу? Дружелюбная, наивная маленькая Мэдди поднялась так высоко? Черт, жизнь очень несправедлива.

Элоиза кивнула:

– Сам маркиз Уэрфилд взял на себя труд вновь представить ее свету.

Все неожиданно обрело смысл.

– Я думал, Уэрфилд должен жениться на вас, миледи.

– Это так. И он женится. – Она откинулась назад; изящно повернув шею, чтобы взглянуть на него. – Мне показалось, что вам неприятно быть вдовцом.

– В каком смысле?

– Как бы это выразиться точнее… Вы истратили все деньги вашей покойной супруги и теперь – по уши в долгах. – Она выразительно посмотрела на ковер, который был протерт по меньшей мере, в десяти местах.

Данфри напрягся.

– Это вас не касается, леди Стоуксли.

– Болезненная тема? – вкрадчиво поинтересовалась она. – Уверяю вас, мистер Данфри, со мной вы можете быть абсолютно откровенны.

Данфри оценивающе посмотрел на нее. Бизнес не был его сильной стороной, но он умел пользоваться случаем. И он почувствовал, что этот неожиданный разговор с глазу на глаз обернется в его пользу.

– Этой весной у меня действительно не хватает наличных, – признался он. – Но какое отношение к этому имеет Мэдлин Уиллитс с вашим маркизом Уэрфилдом?

– Самое прямое. Куинлан помогает ей по долгу чести. Он хочет, чтобы она удачно вышла замуж, словно пять лет назад ее репутация не была окончательно погублена, по крайней мере, он так утверждает. Я даже пригласила эту дурочку к себе на ленч сегодня днем. – Она вздохнула. – Если вы публично простите ей ее дурное поведение, то сделаете возможным хороший брак для нее.

– И?

– И я заплачу вам тысячу фунтов за ваши услуги.

На его губах появилась улыбка.

– Боже, Вы действительно очень хотите выйти за него. Неужели он не стоит больше тысячи фунтов?

– Она больше не стоит.

Данфри сел на стул и скрестил на груди руки.

– Она стоила.

Элоиза нахмурила безупречные бровки.

– Что вы сказали?

– Ее отец, Халверстон, собирался дать мне три тысячи фунтов, чтобы сбыть ее с рук пять лет назад.

– Думаю, он дал бы вам еще больше, если бы вы женились на ней после того, как она была погублена.

– Именно об этом я и думал. Но эта чертова девчонка растаяла, так сказать, в ночи.

Элоиза пристально посмотрела на него и слегка улыбнулась.

– Вы сделали это нарочно.

Данфри пожал плечами.

– Странная пташка. Почему бы не выжать из ее отца еще немного наличных, чтобы компенсировать мне моральный ущерб?

– Но это не сработало, – предположила Элоиза. – Она убежала, прежде чем вы успели договориться с Халверстоном.

– Не большая потеря. Отец Патриции Джайлз дал мне собственность в Йорке за то, что я женился на ней.

– Насколько я помню, вы продали эту собственность восемь месяцев назад.

Она, очевидно, внимательно изучила его финансовое положение. Это означало, что ей было известно – тысяча фунтов будет отгонять ростовщиков лишь месяц, черт бы ее побрал. Ему нужно добрых пять-шесть тысяч, чтобы прожить год, закрепиться на плацдарме и вновь восстановить свое финансовое положение. Данфри встал и подошел к окну.

– Интересно, – пробормотал он.

– Что именно?

– Ее родители в Лондоне?

Элоиза покачала головой.

– Полагаю, их приезд состоится через неделю. Почему – о Боже… – вздохнула она, натянула перчатки и встала. – Меня не интересует, что вы будете с ней делать. Я просто хочу, чтобы она была подальше от Уэрфилда. И если вы сумеете это сделать, то заслужите мою благодарность.

– И вашу тысячу фунтов, – напомнил он.

– И мою тысячу фунтов. Удачной охоты, мистер Данфри.

– Того же и вам, леди Стоуксли.

– Я не хочу идти туда.

Куин стоял в дверях спальни Мэдди, где в последнее время, казалось, проводил большую часть времени.

– Мы приглашены.

– Вы ее жених. Я уже приглашена на чай сегодня с леди Эштон. Идите один. Я останусь здесь и позавтракаю с Рейфом.

Маркиз нахмурился:

– Я не помолвлен с ней – пока еще. И Рейф идет с нами. – «Хочет он этого или нет». – Будьте внизу через пять минут, Мэдди, иначе я отнесу вас на руках.

Куин зашагал через холл к бильярдной, где Рейф играл сам с собой. Маркиз минуту стоял, наблюдая за братом.

– Вернуться в Лондон после года отсутствия, остановиться в родительском доме и играть в бильярд? В одиночестве? Ты ли это?

Рейф взглянул на брата, затем сделал еще один великолепный удар.

– Я просто глупый и безрассудный, не обращай на меня внимания.

– Что случилось?

– Ничего. В Африке сложилась довольно неприятная ситуация. Мне нужен отдых.

Куин положил руки на бильярдный стол.

– Что случилось, Рейфел? – повторил он.

Его брат пожал плечами:

– Ничего. И думаю, у тебя достаточно поводов для беспокойства, чтобы добавлять еще.

– О каком беспокойстве ты говоришь?

– О том, какой предлог ты придумаешь в этом году, чтобы отложить свадьбу с Элоизой.

– Я собираюсь жениться на Элоизе в этом году.

Рейф недоверчиво взглянул на него.

– Почему?

– Потому что я дал слово. И потому что из нее выйдет хорошая жена. – Куин прошелся по комнате. – Требовалось оформить передачу собственности в Корнуолле, и я должен был быть там. Так что это не было предлогом для отсрочки.

– Хм…

– Что?

Рейфел толкнул шар.

– В прошлом году все было правильно, – пробормотал он и поднял глаза. – Куин…

– О, замолчи! – Куин нахмурился. – Иди переоденься, ты едешь с нами на ленч.

– Никуда я не поеду.

– Поедешь.

– В таких ситуациях воспоминания об Африке становятся мне гораздо милее.

– Послушай, Мэдди хватается за любой предлог, только бы не показываться в свете. Ты – ее последняя отговорка. Она говорит, что ты одинок, и хочет остаться и позавтракать с тобой. Поэтому я сказал ей, что ты едешь с нами.

Рейф облокотился на кий, и на его лице появилось мечтательное выражение.

– Она хочет провести время со мной? Я польщен. Может быть, мне вывезти ее на пикник?

– Нет! – сказал Куин слишком резко. – Иди и переоденься, пожалуйста.

Его брат бросил кий на стол и зашагал к двери.

– Отлично. Я поеду ради Мэдди, так что не обольщайся.

Куин смотрел ему вслед. Они с Рейфелом всегда прекрасно ладили, возможно, потому, что младший Бэнкрофт отличался легким характером. Но сейчас он страстно желал, чтобы Рейф находился в Африке или где-то еще, где они с Мэдди не могли познакомиться.

К тому времени как два невольника спустились вниз, он готов был и себя отправить куда подальше. Мэдди прелестно выглядела в темно-сером платье, но бросала сердитые взгляды в его сторону. Рейф же надел красно-черную, отороченную золотым шитьем военную форму, пригодную разве что для светского бала.

– С ума сошел, Рейф? – выразил он свое недовольство.

– Вы чудесно выглядите, – сказала Мэдди его брату, очевидно, признавая в нем родственный ей бунтарский дух.

– Спасибо, Мэдди. Думаю, форма подчеркивает мои глаза.

Девушка рассмеялась.

– Да, несомненно. Вы будете украшением званого ленча.

– Отправляйтесь в экипаж, – проворчал Куин.

– Не надо мне приказывать. – Мэдди посмотрела на него еще раз и уселась в четырехместную коляску.

– Не ждите, что я почувствую себя виновным, – ответил Куин, забираясь в коляску перед Рейфом, чтобы занять место рядом с Мэдди. – Это все в ваших интересах, а не в моих.

– Не уверена. – Она наклонилась вперед и коснулась пальцем высоких черных начищенных сапог Рейфа. – Право, ведь вы не выглядите столь великолепно, когда идете в бой, не так ли?

– Конечно, нет. – Он откинулся на своем сиденье. – Парадная форма лишь для капитуляции, побед и вечеринок.

41
{"b":"108","o":1}