1
2
3
...
46
47
48
...
76

Он фыркнул:

– Вы очень любезны, дорогая.

Часы на камине мягко пробили час, пока Мэдди потягивала свой слишком горячий чай и отчаянно пыталась придумать, что сказать.

– Я слышала, вы женились? – наконец отважилась она спросить.

– Да, на Патриции Джайлс. Она была на несколько лет старше вас. Из хорошей семьи.

– Я огорчилась, узнав о ее кончине.

Чарлз кивнул:

– Благодарю. У вас доброе сердце, Мэдди. Не знаю, был бы я так же великодушен, если бы мы поменялись местами. – Он на мгновение склонил свою темноволосую голову. – Мэдди, я порвал со Спенсером в ночь, когда… я… видел вас вдвоем. Он…

– Чарлз, я…

– Нет, пожалуйста, – перебил он ее. – Позвольте мне сказать. Он написал мне несколько месяцев назад и признался, что был пьян, и его внимание к вам не поощрялось.

Мэдди внимательно смотрела на него, и тысяча мыслей пробегали в ее голове.

– Итак, вы знаете правду.

– Да. Думаю, я осознал это много лет назад. Увидев вас вдвоем, я испытал боль и ревность. Я хотел быть единственным мужчиной, целовавшим вас.

У нее в уме возник образ Куина. Его теплые губы, свет в его глазах, когда он смотрел на нее…

– Я хотела того же, Чарлз. Но это невозможно, и я не хочу больше говорить об этом.

Он наклонился вперед, взяв чашку с блюдцем из ее рук, и сжал ее пальцы.

– Я не хочу, чтобы вы говорили об этом, – откровенно заявил Чарлз, глядя ей в глаза. – Вы страдали вдали от вашей семьи и друзей целых пять лет. И не из-за ваших собственных действий, а из-за моих.

– Чарлз…

Он встал перед ней на колени.

– Мэдди, как вы думаете, с вашим щедрым сердцем вы могли бы – конечно, не сейчас, но когда-нибудь, – вы смогли бы простить меня?

Как она мечтала об этом – в первые несколько месяцев после ее побега из Лондона, – мечтала о том, чтобы все, кто был так несправедлив к ней, пришли бы и на коленях молили о прощении. И даже пять лет спустя Мэдди испытала тихое чувство удовлетворения.

– Да, Чарлз. Думаю, я могла бы простить вас.

Он улыбнулся:

– Благодарю, Мэдди.

– Я… проклятие!

Мэдди снова подпрыгнула, освободив руки, и Чарлз быстро поднялся с колен. Рейфел, споткнувшись, вошел в гостиную без своей обычной грации.

– Рейф, что…

– Извините, Мэдди. Споткнулся обо что-то. – Затем он обратил внимание на Чарлза. – Вы, полагаю, Данфри, не так ли? – Рейф шагнул вперед и сжал руку ее бывшего жениха. – Рейфел Бэнкрофт.

Принимая его руку, Чарлз настороженно смотрел на него.

– Рад наконец встретить вас, капитан. Наслышан.

– Правда – только хорошая часть, – засмеялся Рейф и подмигнул Мэдди. – Это ваша коляска перед домом?

– Да, моя. Надеюсь…

– Прекрасная пара гнедых. Не хотели бы продать их?

– Я… ну… Я не думал об этом.

Рейф хлопнул гостя по спине и повел к двери.

– Что ж, поразмышляйте на досуге, Данфри. Я охотно расстался бы с сотней фунтов за пару, если это вас устроит.

– Сотня… – Чарлз оглянулся через плечо на Мэдди, которая сидела, наблюдая за уходящими мужчинами со смесью облегчения, недоверия и замешательства. – Мэдди… мисс Уиллитс, могу я нанести вам еще один визит?

– Да, можете.

Они исчезли в холле. Мэдди глубоко вздохнула и, откинувшись в удобном кресле, закрыла глаза. Чарлз Данфри все еще любил ее. Красивый остроумный Чарлз Данфри принес свои извинения и собирался навестить ее еще раз.

– Крыса ушла, да?

Мэдди открыла один глаз, чтобы посмотреть на высокую стройную фигуру в дверях.

– Словно вы сами не знаете.

– И что вы имеете в виду, скажите, пожалуйста? – Куин сложил руки на груди.

Второй глаз Мэдди тоже открылся.

– Вы практически втолкнули бедного Рейфа в гостиную головой вперед.

– Я не делал ничего подобного.

– Мне это безразлично. Мисс Денсен пригласила меня пообедать с ней и ее братом. – Мэдди встала.

– Обед с Денсенами не вписывается в наш план, – сказал Куин, выпрямляясь и загораживая ей выход из комнаты.

– Вы сердитесь, потому что почувствовали, что вы теперь не столь уж и нужны, Уэрфилд! – выпалила Мэдди и, уперев ладонь в его крепкую грудь, прошла мимо него.

Куин смотрел ей вслед, прищурив глаза.

– Не столь уж нужен, – мрачно передразнил ее Куин. – Неблагодарная девчонка.

Глава 12

– Куин, должна признаться, что твой проект – великолепен. – Элоиза произнесла эти слова, прикрывшись изящным костяным веером. – Ничто так не оживляет сезон, как разнообразие. И конечно, ты был прав: Мэдди очень мила, только чересчур тиха.

– Тиха? – Куин изумленно поднял бровь, радуясь, что в оперном зале было темно. – Как так?

– Ну, положим, «тихая» не совсем точное определение. Но ее нельзя винить за сдержанность. Я сама была бы несколько смущена, не зная, как кто-то отреагирует на мое присутствие. Я практически должна была чуть ли не привязать леди Энн Джеффриз к стулу, чтобы убедить ее не обижать Мэдди и не покидать нас без завтрака.

– Мэдди, по-моему, думает, что все прошло хорошо, – тихо сказал Куин. Зал внизу был захвачен представлением, так что вряд ли кто-то мог услышать их разговор. – Она говорила, что приглашена сегодня на обед.

– Да, я советовала ей воздержаться от этого, но, думаю, она очень обрадовалась возможности познакомиться с новыми людьми.

Куин выпрямился.

– Что ты имеешь в виду, говоря, что «советовала ей воздержаться»? Мисс Денсен твоя добрая приятельница, разве не так?

– Беатрис – да. Правда, она несколько эксцентрична. Но я не поручусь за Гейлорда и его дружков. Они…

– Они? – резко переспросил Куин, почувствовав неожиданную тревогу. – Мэдди говорила, что это будет неофициальный семейный обед – только с Денсенами.

Элоиза похлопала его по руке веером.

– Тебе нужно проводить больше времени в Лондоне.

– Так просвети меня.

Она вздохнула.

– Гейлорд больше года собирает у себя любителей игры в карты. Вечеринки начинаются весьма скромно, я даже посетила одну из них. Но могу тебе сказать, что несколько добродетельных леди больше никогда не посещают этот дом. – Элоиза пожала плечами. – Как я уже сказала, я попыталась тактично предупредить ее, но Мэдди упряма, что, несомненно, и послужило причиной ее прежних бед.

Дом Денсенов находился всего в десяти минутах ходьбы от оперы. Куин встал.

– Мне надо увести ее оттуда.

– Неужели ты осмелишься оставить меня здесь одну, чтобы отправиться на поиски Мэдди Уиллитс? – запротестовала Элоиза. – Ты давно уже выполнил свой долг. И я наслушалась достаточно слухов о том, почему Бэнкрофты так щедро помогают такой незначительной фигуре, как она. Куин медленно сел на место.

– Извини, – сердито пробормотал он, хотя она была абсолютно права.

Она протянула руку и положила ее ему на рукав.

– Об этом все говорят, Куин. Пусть тебя не ослепляет желание сделать доброе дело.

– Я ничем не ослеплен, – твердо, хотя и не совсем правдиво, заявил Куин.

– Отлично, но я волнуюсь. Твой первый долг – перед твоей семьей.

Рассердившись еще больше за ее менторский тон, Куин вздохнул и расправил плечи, чтобы сбросить напряжение.

– Я знаю об этом, Элоиза.

– Мы должны остаться друзьями, Куин, – сказала девушка. – Я знаю, ты любишь Мэдди, ты всегда жалел бедные потерянные создания. Я только прошу, чтобы ты не замыкался на обязательстве помочь ей.

Она была права, снова права, и все же ему было неприятно слышать это. Куин рвался спасать Мэдди от ее собственного безрассудства. Как сказала Элоиза, упрямство Мэдди относительно того, чтобы идти своим путем, скорее всего, было в первую очередь причиной всех ее неприятностей. И у него свои собственные неприятности – обязательства, – о чем нужно побыстрее позаботиться.

– Элоиза, можно я буду сопровождать тебя на Бонд-стрит завтра? – спросил он вместо ответа. – Думаю, нам есть что обсудить.

Она улыбнулась:

– Мне будет очень приятно.

47
{"b":"108","o":1}