ЛитМир - Электронная Библиотека

Чарлз взял ее за руки и встал перед ней на колени.

– Мэдди, мы были разлучены пять лет, но я верю, что мы предназначены друг для друга. Окажете ли вы мне великую честь стать моей женой?

Она долго смотрела на него, ожидая трепета, нервного возбуждения, которые сопровождали этот момент пять лет назад. Но не испытала ничего, кроме досадной неловкости. Может быть, потому, что Мэдди слишком сильно старалась, или, возможно, потому, что он больше не был тем человеком, с кем она мечтала бы прожить жизнь.

– Могу я какое-то время подумать, Чарлз? – спросила она. – За последние несколько недель так много перемен.

– Конечно. – Он улыбнулся и встал. – Но хотя бы разрешите мне одну вольность. – Он медленно наклонился к ней и коснулся губами ее губ.

Мэдди улыбнулась ему, еще менее тронутая, если это вообще было возможно, чем несколько секунд назад.

– Благодарю вас за ваше терпение, Чарлз. Я дам вам ответ завтра.

Он снова поцелован ей руку.

– Я люблю вас, Мэдди. И любил всегда. – С обращенным к ней прощальным взглядом он покинул комнату.

Мэдди вновь опустилась в кресло. Выйти замуж за Чарлза значило решить все свои проблемы. И то, что она ничего не испытывала к нему, не имело никакого значения. Ничего близкого к тому, что она чувствовала, когда Куин просто смотрел в ее сторону. Но он женится на ком-то еще. Она больше никогда не услышит смех Куина в ответ на ее оскорбления, и никогда больше не ощутит его руки, обнимающие ее, и никогда…

– Мэдди? – В комнату вошел ее отец. – Где Чарлз?

– Он ушел.

– Он… чего он хотел?

– Жениться на мне.

– Это замечательно! – На мгновение он замолчал, выжидающе глядя на дочь. – Тогда почему он ушел?

– Я сказала, что дам ему ответ завтра.

Виконт открыл и снова закрыл рот.

– Для чего ты это сделала?

Мэдди услышала гнев в голосе отца и попыталась ответить разумно и убедительно, какой бы напряженной, неуверенной и одинокой она себя ни ощущала.

– Мне нужно было несколько часов, чтобы подумать, отец.

– О чем подумать? Он был весьма хорош для тебя раньше. И то, что ты провела бог знает где и бог знает как целых пять лет, едва ли возвысило тебя в глазах общества. – Лорд Халверстон прищурился, – Или же ты думаешь, что ты слишком хороша для всех нас теперь, когда герцогиня Хайбэрроу оказала тебе покровительство?

– Нет! Конечно, нет. Позволь мне ответить ему завтра, отец. Это все, о чем я прошу.

– Лишь если ты дашь положительный ответ, Мэдлин.

Когда он вышел, Мэдди закрыла глаза. Все было настолько проще в Лэнгли-Холле, где она могла быть мисс Мэдди и проводить вечера, играя в вист или в слова с мистером Бэнкрофтом и сквайром Джоном. Но она не могла отрицать, что чувствовала себя там одиноко, даже тогда, когда Джон Рамзи попросил ее выйти за него замуж, что, она чувствовала, он неизбежно сделает, и что она ответит ему «нет».

– Мисс Уиллитс? – Эверетт вежливо поскребся в дверь.

– Да? – нерешительно откликнулась Мэдди, вздыхая.

– Мисс, мистер Рейфел Бэнкрофт здесь и хочет увидеться с вами.

Нежданные слезы наполнили ее глаза. Возможно, еще оставалась какая-то надежда. Она торопливо вытерла слезы.

– Проси его, пожалуйста.

Минуту спустя дверь распахнулась и Рейф прошествовал мимо дворецкого. Он поклонился со своей привычной беспечной улыбкой, вынимая из-за спины букет ярких цветов.

– Миледи!..

Она сумела улыбнуться сквозь слезы. Он внимательно посмотрел на нее, затем отдал букет дворецкому.

– Пожалуйста, поставьте это в воду, – сказал он и закрыл дверь перед носом Эверетта. – Что случилось? Вы выглядите как садовая лейка, Мэдди. – Он присел в кресло рядом с ней.

– О, я не знаю, – раздраженно пробормотала она, снова вытирая глаза. – Я просто рада видеть вас.

– Если вы столь расположены ко мне, то не должны были покидать Бэнкрофт-Хаус и мою выдающуюся компанию, – заявил он, прихватив леденец с блюда на столе.

– Мне пришлось это сделать.

– М-м, – протянул он, посасывая леденец и кивая. – Вы, конечно, можете рассказать мне обо всем, что вас тревожит, но это вам не поможет. Я не тот, с кем вам надо побеседовать.

Она бросила на него косой взгляд.

– Я не нуждаюсь в душеспасительных беседах.

Рейф тяжело вздохнул.

– Знаете, Мэдди, я не собираюсь ввязываться в это запутанное дело. У меня полно своих собственных проблем.

– Каких, например? – невинно поинтересовалась она. Что-то беспокоило его с момента, как он вернулся в Лондон, но, насколько она знала, Рейф не признался в этом никому.

– Таких, о которых я не намерен сообщать вам, – легко ответил он. – Но вот что я вам скажу. Вся жизнь моего брата была заранее спланирована, и он был абсолютно счастлив – до недавнего времени. Никто раньше не кружил ему голову, Мэдди, и теперь он превратился в полного идиота. – Он похлопал ее по руке и встал. – И это то, что я собирался сообщить вам.

Она изумленно посмотрела на него.

– Так вы пришли поэтому? Сообщить мне, что ничего не собираетесь мне сказать?

– На самом деле я пришел пригласить вас на прогулку верхом завтра утром в Гайд-парке. Мне кажется, Куин собирался встретиться с вами сегодня утром, но он… немного занят.

– Итак, вы выполняете семейный долг, предлагая провести со мной время?

– Я пользуюсь его глупостью. – Рейф подмигнул ей. – Я приеду в семь. У вас здесь есть лошадь?

– Нет. – Она начинала понимать, что в родительском доме у нее ничего нет.

– Я приведу Лакомку, или как ее там зовут.

Мэдди улыбнулась:

– Сладкая.

– Сладкая, – повторил молодой человек себе под нос. – Звучит как что-то, чем должен владеть толстый старина Принни.

Мэдди заинтересовалась, хотя и не поняла его.

– Что?

Он прищурил один глаз.

– Ничего.

– Рейф, – предостерегающе произнесла она. – Что вы сказали?

Младший Бэнкрофт прислонился спиной к двери.

– Что же, вероятно, мой сумасшедший брат обыскал весь Лондон в поисках подходящей лошади для вас – вы же знаете, каков он, и у Принни – черт, я имею в виду, у короля Георга – была как раз такая, которую искал Куин.

– Итак, Куин купил Сладкую у короля Георга – для меня?

– Ну, не совсем. Принни искал некоего архитектора, ну… чтобы тот спроектировал дворец… где-то и…

– В Брайтоне, – подсказала она, проявляя все больший интерес с каждым несвязным предложением.

– О, так вы хорошо знаете эту историю.

– Рейф!

– Ладно-ладно. Принни получил этого архитектора, но он не мог заставить парламент вложить достаточно денег, чтобы содержать его. Куин согласился внести необходимую сумму.

Мэдди сидела, с недоверием глядя на Рейфа, и в уголках ее губ проступила улыбка.

– Значит, Куин помог королю Георгу выплачивать жалованье Джону Нэшу, чтобы тот обновил дворец в Брайтоне, благодаря чему у меня появилась лошадь для прогулок в Лондоне?

Рейф кивнул.

Она радостно засмеялась.

– О, ну и ну! Неудивительно, что он ничего не сказал мне об этом.

– И я не должен был ничего говорить вам. – Рейф снова подморгнул. – Вы буквально выпытали это у меня. Сладкая и я будем здесь завтра в семь.

Мэдди поднялась и поцеловала его в щеку. Прежде чем поцелуй закончился, он повернул голову и прижался губами к ее губам. Потрясенная Мэдди отшатнулась.

– Рейф?

– Я не евнух, – пробормотал он. – А вы прямо-таки волнуете кровь. – Он распахнул дверь. – Боже, какой же он идиот.

– Рейф, сегодня утром Чарлз Данфри сделал мне предложение, – выпалила Мэдди, покраснев. Он снова закрыл дверь.

– И? – медленно спросил он, и взгляд его зеленоватых глаз стал пронзительным.

Вот что она так любила в Рейфе: он был вовсе не таким легкомысленным, каким любил притворяться. Мэдди на минуту задумалась о том, что значило быть вторым сыном у такого отца, как герцог Хайбэрроу.

– Я должна дать ему ответ завтра утром.

Он забарабанил пальцами по двери.

– Сегодня вы будете на балу у Гаррингтонов, не так ли?

58
{"b":"108","o":1}