ЛитМир - Электронная Библиотека

— Лекс, Лекс! Мама хочет, чтобы я ехала в Воксхолл в новом зеленом платье!

— Доброе утро, мисс Делакруа! — сказала Александра самым безмятежным тоном и сделала изящный реверанс.

— Ох, прости! Доброе утро, мисс Галлант.

Роза присела в ответном реверансе и смахнула слезу.

— А почему бы тебе не поехать в зеленом? Возьми с собой теплую шаль. Идем, пора завтракать. Я думала, ты уже перестала плакать по пустякам.

— Но, Лекс, если я поеду в зеленом, то на бал к Пембрукам мне придется надеть розовое, и тогда кузен откажется со мной танцевать!

Александра сдвинула брови — она решительно не понимала, в чем проблема.

— Он что-то имеет против розового платья? — осторожно спросила она.

— Люсьен ненавидит розовый цвет! Он говорит, что это наводит его на мысли о фламинго! — Закрыв лицо руками, девушка зарыдала, выкрикивая сквозь слезы: — А я даже не знаю, что такое фламинго!

Ну и ситуация! Лорд Килкерн дал понять, что не желает усложнять кузине жизнь, без нужды расширяя ее кругозор. Речь шла о разговорном французском, музыке, правилах хорошего тона, но никак не о зоологии.

— Фламинго — это такая птица, — наконец проговорила Александра, увлекая свою подопечную в комнату для завтраков. — Если будешь часто плакать, глаза покраснеют, а лицо может пойти пятнами. Это испортит твою внешность.

Роза тотчас перестала рыдать, испуганно вытерла слезы и бросилась к ближайшему зеркалу, надеясь убедиться, что ее внешности не нанесен непоправимый урон. Это лишило Александру возможности продолжать расспросы.

— Чем займемся сегодня? — спросила она за завтраком. — Поскольку лорд Килкерн отбыл на весь день, а твоя матушка до обеда не покинет своей комнаты, дом в нашем полном распоряжении.

— Будем учиться вальсировать.

— Но ты уже превосходно вальсируешь, Роза. Запомни, тебе не придется танцевать вальс до тех пор, пока ты не будешь официально принята в свете, то есть не раньше, чем тебя представят ко двору…

— А этого не случится, пока мне не будет полных восемнадцать! Да помню я, помню! Все это просто глупо. Еще две недели между небом и землей! Чего ради? Неужели нельзя сделать исключение для кузины лорда Килкерна?

— Исключений не делается ни для кого, — строго сказала Александра — ее удивила эта неожиданная вспышка самоуверенности.

— А мама говорит…

— Ах, мама! Я могла бы догадаться.

— О чем? — Роза перестала грызть персик и неуверенно уставилась на нее.

Александра сообразила, что подумала вслух.

— Не важно, — вздохнула она. — Меня тревожит твой французский. Вот и предмет для занятий…

— Но это все так скучно! Французский, этикет, фортепьянные пьесы, кадриль! Неужели нет ничего поинтереснее?

— Поинтереснее будет завтра у Харгроу и послезавтра на фейерверке в Воксхолл-Гарденз. Впрочем, решать тебе. Не я же хочу замуж за аристократа…

— Но я не люблю французский, Лекс, у меня нет к нему способностей. Мисс Брукхоллоу махнула на меня рукой, когда за полгода мы освоили только «je m’apelle Rose»

Александра улыбнулась — акцент у ее подопечной действительно был ужасающий.

— По крайней мере хватит и дня, чтобы ты усвоила азы. Большего не потребуется.

— Ах, у меня разболелась голова!

— Ничего страшного! — решительно возразила Александра, хотя ее голова болела вот уже полчаса. — Начнем сразу после завтрака.

— Ну хорошо, хорошо. А как выглядит эта птица — фламинго?

— Хм… длинная, голенастая, вся розовая. Розовый цвет перьев — следствие поедания креветок, которые…

— А фламинго похожи на лебедей, хоть немного?

— Немного похожи, но у них длинный загнутый клюв. Фламинго живут…

— Длинный загнутый клюв? — Роза вдруг горько разрыдалась.

— Вот чертовщина! — Александра придвинулась ближе. — Помни про красные глаза! Про лицо в пятнах!

— Где мой племянник? — раздалось от двери, и в комнату торжественно вплыла Фиона. Ее седые волосы, подкрашенные хной, короной торчали во все стороны.

— Доброе утро, миссис Делакруа… — произнес, входя за ней, Уимбл.

— Ничего доброго в этом утре нет! Где племянник?

— Уехал час назад, — сообщила Александра, в то время как дворецкий поспешил ретироваться.

— Разумеется, на тот пикник, где будет дочь маркиза! Мне все известно! Меня не проведешь! Бездушный, черствый человек! Покинул нас с Розой на произвол судьбы, чтобы развлекаться с посторонними! Я потрясена, шокирована, убита!

— Полагаю, что…

— Не пытайтесь меня утешить, это невозможно! Ничего, рано или поздно слезы моей дочери растопят лед в его черном сердце! — С этими словами Фиона покинула помещение и удалилась к себе, по пути громко требуя горячего шоколада и булочек, которые одни способны были успокоить ее нервы.

Александра ощутила острую нужду в стакане бренди. Поскольку граф так и не вернулся, после ужина ей пришлось заступить на пост компаньонки миссис Делакруа — это вылилось в двухчасовой пересказ сплетен и новую обличительную речь, на сей раз по поводу вторжения извращенных французских нравов: каприз моды предписывал надевать сорочку влажной, чтобы платье лучше подчеркивало формы.

Наконец испытание закончилось. Александра укрылась в библиотеке со стаканом подогретого молока и книгой стихов Байрона. Уйти к себе она не могла, так как ей необходимо было видеть графа. То, что он замыслил, уже не пугало, а влекло ее. Не то чтобы она собиралась пойти у графа на поводу, но…

— Мне и в голову не приходило, что Байрон по душе молодым одиноким женщинам.

Александра чуть не подпрыгнула, но быстро взяла себя в руки, хотя это оказалось и непросто под направленным на нее испытующим взглядом.

— Мужчины вообще мало знают о женщинах, милорд. Как прошел пикник?

— Я не в восторге. А как обстановка здесь, в гнезде гарпий?

— По-моему, весьма продуктивно. Теперь мне известно, что ваша тетушка не одобряет новую светскую моду носить сорочку влажной.

— А по мне, это первая удачная идея со времени амазонок, обнажавших одну грудь. — Граф уселся напротив нее. — Что, Роза готова к завтрашнему вечеру у Харгроу?

— Этим вопросом надо было задаваться, принимая приглашение, — с вызовом заметила Александра и отложила книгу.

— Простите, мне не пришло в голову посоветоваться с гувернанткой. — Он беззлобно усмехнулся. — Если вас это утешит, я учел все, что касается моей дорогой кузины и даже моей дорогой тетки.

Мимолетное раздражение заставило Александру нахмуриться. Лорд Килкерн ничего не делал просто так, вот и сейчас этот человек нарочно играл в надменность. Не потому ли, что напрашивался на резкости? Очевидно, ему это нравилось. Что ж, пусть получает то, чего так жаждет.

— Кстати, о пикнике. Неужто вы решили подорвать свою репутацию, появляясь в обществе приличных людей?

— Все, что угодно, лишь бы улизнуть из дома. — Люсьен вздохнул, откинулся в кресле и устремил на Александру испытующий взгляд из-под полуопущенных век. — Вы уже обдумали мое предложение?

Ее сердце сжалось. Боже, она не могла думать ни о чем другом весь этот день!

— Уверен, что обдумали. И каков же ваш ответ? Раз за разом готовя юных леди к браку, вы не можете не задумываться над тем, что он сулит.

— Вы предложили мне вовсе не брак, милорд! — отрезала она, снова раздражаясь.

— Хоть раз назовите меня Люсьеном.

— Зачем?

— Хочу слышать, как это прозвучит в ваших устах.

Александра сменила позу, стараясь принять непринужденный вид. Внешне это был мирный разговор у камина, внутренне — яростный поединок личностей.

— Очевидно, вы привыкли получать все, чего ни пожелаете.

— Тоже мне, новость! Лучше скажите обо мне нечто такое, что является для меня тайной!

Александра собралась ответить, но вовремя заметила, как подобрался ее собеседник. Ей вдруг пришло в голову, что хищник изготовился к прыжку и что нужно поскорее отвлечь его.

— Извольте. Вы не так циничны, как пытаетесь показать.

— Да неужто?

— Законченный циник не может быть так щепетилен в выборе невесты.

19
{"b":"110","o":1}