ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Запах Cумрака
Инженер-лейтенант. Земные дороги
Легкий способ бросить курить
Человек, который хотел быть счастливым
Дизайн привычных вещей
Наследство золотых лисиц
Метро 2033: Площадь Мужества
Кофе на утреннем небе
Без надежды на искупление
Содержание  
A
A

– Конечно? Кто бы мог ее не заметить!

– Ее масть? – спрашивает он, задыхаясь от волнения.

– Крапчатый мустанг.

– Крапчатый мустанг? О Боже! – со стоном восклицает Кассий Колхаун и мчится догонять отряд.

Исидоре становится ясно, что eще одно сердце охвачено тем неугасимым пламенем, перед которым все бессильно, кроме смерти.

Глава LXI. АНГЕЛ, СОШЕДШИЙ НА ЗЕМЛЮ

Быстрое и неожиданное бегство соперницы поразило Луизу Пойндекстер. Она уже готова была пришпорить Луну, но задержалась в нерешительности, ошеломленная происшедшим.

Только минуту назад, заглянув в хижину, она увидела эту женщину, которая, по-видимому, чувствовала себя там хозяйкой.

Как понять ее внезапное бегство? Чем объяснить этот взгляд, полный злобной ненависти? Почему в нем не было торжествующей уверенности, сознания своей победы?

Взгляд Исидоры не оскорбил креолку – наоборот, он внушил ей тайную радость. И, вместо того чтобы умчаться в прерию, Луиза Пойндекстер снова соскользнула с седла и вошла в хижину.

Увидев бледность мустангера, его дико блуждающие глаза, креолка на время забыла свою обиду.

– Боже мой! – воскликнула она, подбегая к постели. – Он ранен... умирает... Кто это сделал?

Единственным ответом было какое-то бессвязное бормотанье.

– Морис! Морис! Ответь мне! Ты не узнаешь меня? Луизу! Твою Луизу! Ты ведь называл меня так!

– Ах, как вы прекрасны, ангелы небес! Прекрасны... Да-да, такими вы кажетесь, когда смотришь на вас. Но не говорите, что нет подобных вам на земле; это неправда. Там много красавиц, но я знаю одну, которая еще более прекрасна, чем вы, ангелы небесные! Я говорю о красоте; доброта – это другое дело; о доброте я нe думаю – нет-нет!

– Морис, дорогой Морис, почему ты так говоришь? Ты ведь не на небесах. Ты здесь со мной – с твоей Луизой.

– Я на небесах... да, на небесах! Но я не хочу оставаться на небесах, если ее здесь нет. Это, может быть, и приятное место, но только не тогда, когда ее нет со мной. Если бы она была здесь, мне ничего больше не было бы нужно. Послушайте, ангелы, вы, что кружитесь вокруг меня! Вы прекрасны, я этого не отрицаю; но нет ни одного среди вас прекраснее ее – моего ангела! О, я знаю и дьявола, красивого дьявола. Но я мечтаю только об ангеле прерий.

– Помнишь ли ты ее имя?

Наверно, никто еще не ждал с таким волнением ответа от человека, который бредил в тяжком забытьи. Луиза наклонилась над ним и, не сводя с него глаз, вся обратилась в слух.

– Имя? Имя? Как будто кто-то из вас спросил об имени? Разве у вас есть имена? Ах, да, вспоминаю: Михаил, Гавриил, Азраил – мужские, все мужские имена. Ангелы, но не такие, как мой ангел,–она женщина. Ее зовут...

– Как?

– Луиза... Луиза... Луиза... Зачем мне скрывать, ведь вам известно все, что делается на земле. Вы, конечно, знаете ее -Луизу? Вы должны ее знать: ее нельзя не любить всем сердцем, как я... всем, всем сердцем...

Никогда еще слова любви не доставляли Луизе столько радости. Даже когда она услышала их впервые под тенью акаций, когда они были произнесены в полном сознании,– даже тогда они не были ей так дороги. О, как она была счастлива!

Снова нежные поцелуи покрыли горячий лоб больного и его запекшиеся губы. Но на этот раз над ним склонилась та, которая не могла услышать ничего, что заставило бы ее отшатнуться.

Луиза только выпрямилась; торжествуя, стояла она, прижав руку к сердцу, словно стараясь успокоить его биение. Она боялась только, чтобы эти счастливые минуты не пролетели слишком быстро.

Увы, ее опасения оправдались – на порог упала тень. Это была тень человека; через минуту сам человек уже стоял в дверях.

В наружности вошедшего не было ничего страшного.

Наоборот, его лицо, фигура, костюм были просто смешны – и особенно по контрасту с несчастьями последних дней. Этот чудак держал в одной руке томагавк, а в другой – огромную змею; какую – нетрудно было определить по хвосту, оканчивавшемуся роговыми трещотками.

Комическое впечатление еще усиливалось благодаря выражению растерянности и удивления, которое появилось на его лице, когда, переступая порог хижины, он увидел новую гостью.

– Господи! – воскликнул он, роняя змею и томагавк и широко открыв глаза.– Я, наверно, сплю! Так оно и есть! Ведь не может же быть, что это вы, мисс Пойндекстер? Не может этого быть!

– Но это так и есть, мистер О'Нил. Как нелюбезно с вашей стороны забыть меня так скоро!

– Забыть вас? Что вы, мисс! В этом меня невозможно обвинить. Наш брат ирландец не из таких; если хоть разок взглянул на ваше красивое лицо, не забудет до гробовой доски. Зачем далеко ходить! Вот он, например, только и бредит вами.

Фелим многозначительно посмотрел на кровать. Луиза затрепетала от радости.

– Но что же это означает? – продолжал Фелим, вспомнив о загадочном превращении.– А где же этот паренек или женщина, кто бы это ни был? Вы здесь видели женщину, мисс Пойндекстер?

– Видела.

– Да? А где же она?

– Уехала.

– Уехала! Значит, она сама не знает, чего хочет. Я оставил ее в хижине только десять минут назад. Она сняла свою шляпку... что я! – мужскую шляпу – и расположилась здесь вроде надолго. Так вы сказали, она уехала? Вот счастье-то! Я совсем не жалею об этом! От такой женщины лучше быть подальше. Вы не поверите, мисс Пойндекстер, ведь она подставила свой револьвер прямо мне под нос!

– Почему?

– Только потому, что я не пускал ее в хижину. Но она все равно вошла. Когда вернулся Зеб, он не стал ей препятствовать. Она сказала, что мистер Джеральд ее друг и что она хочет ухаживать за ним.

– Ах, вот как? Это странно, очень странно, -пробормотала креолка в раздумье.

– Правильно вы сказали. Здесь происходит много странного. Конечно, это не о вас, мисс. Я очень рад, что вы здесь; я уверен, что и хозяин очень обрадуется.

– Милый Фелим, расскажите же мне, что случилось?

– Ладно, мисс, но для этого вам придется снять шляпку и остаться здесь подольше. Я до ночи не успею рассказать всего, что произошло с позавчерашнего дня.

– Кто здесь был за это время?

– Кто здесь был?

– Кроме...

– Кроме этого парня-женщины?

– Да, был ли еще кто-нибудь здесь?

– О, много еще всякого народу! И кого только тут не было! Во-первых, был один, который направился было сюда, но до хижины не доехал. Я боюсь рассказывать вам про него. Это может вас испугать, мисс.

– Расскажите. Я не боюсь.

– Ну хорошо, только я сам не могу разобраться, что такое это было: человек верхом на лошади, но без головы.

– Без головы?!

– А что всего удивительнее, – продолжал ирландец, – он был вылитый мастер Морис. Он был верхом на его лошади, и мексиканское одеяло было на плечах – все, как всегда, когда он выезжает. Если бы вы только знали, как я испугался – душа в пятки ушла!

– Но где же вы его видели, мистер О'Нил?

– Вон там, на обрыве. Я вышел встречать хозяина – он обещал вернуться в то утро из поселка. Сначала я думал, что это он и едет. И вдруг подъезжает этот... без головы... останавливается на минутку, а потом мчится галопом как сумасшедший, а Тара с воем – за ним. Так и мчались они по равнине, пока не скрылись с моих глаз. Тогда я вернулся сюда, в хижину, заперся и лег спать. И вдруг – как раз когда я заснул и мне приснилось, как... Извините, мисс, вы ведь устали, даже на минутку не присели – все время на ногах. Снимите вашу красивую шляпку с пером и садитесь на сундучок – это будет поудобнее, чем на табурете. Садитесь, прошу вас, ведь я еще не все рассказал.

– Не беспокойтесь обо мне. Продолжайте. Кто ж еще, кроме этого странного всадника, был здесь? Это наверно, кто-нибудь подшутил над вамя?

– Подшутил? То же самое сказал мне и старик Зеб.

– Значит, и он был здесь?

– Да, но только после того, как сюда приходили другие...

– Другие?

80
{"b":"11022","o":1}