ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Фудзита прокричал в переговорную трубу:

— Нарушить радиомолчание. БВП наперехват противнику с юга! Флажный сигнал эскорту: зенитные орудия к бою. Курс ноль-девять-ноль, скорость тридцать два узла.

Мучительно тянулись секунды. Уайтхед уже безошибочно различал плоские крылья Ju-87 и огромные бомбы, висящие под фюзеляжами. Затем он углядел старые американские «Тексаны АТ6», модернизированные учебные самолеты с двигателями «Пратт-Уитни»; высокий фонарь, двухместная кабина, шасси убраны. Летят низко над водой, выставив из люков торпеды. А высоко в небе прикрытие — истребители Me-109.

— Все суда эскорта ответили, — донеслось из трубы.

— Полный вперед, лево руля, курс ноль-девять-ноль!

Уайтхед почувствовал, как палубный настил завибрировал под ногами, когда четыре мотора отдали всю свою мощь ходовым валам. Авианосец повернул на восток и ощетинился зенитными установками навстречу приближающимся самолетам. Все семь эсминцев заняли позицию в пятистах метрах от «Йонаги»: Файт впереди, три «Флетчера» по правому борту, три по левому.

Над головой мелькнула белая вспышка — это двенадцать «Зеро» устремились наперехват противнику (оставшиеся три не взлетели из-за поломок). Вот уже первая «Штука», объятая пламенем, покатилась вниз; за ней четыре АТ6. Но тут подоспели «Мессершмитты», и ВВП был вынужден оставить атаку на бомбардировщики.

Уайтхед обратился к адмиралу Фудзите:

— Всего двенадцать истребителей. Видимо, большинство своих машин они оставили охранять авианосцы.

— Одна эскадрилья. Глупо! — Старик повернулся к телефонисту. — Все действующие орудия, к бою готовсь!

Команда оказалась ненужной: сотни стволов уже уставились в небо; горизонтальные и вертикальные наводчики напряженно глядели в прицелы.

Воздушный бой сместился к западу. Арабы, должно быть, отобрали лучших пилотов для защиты авианосцев. Эскадрилья прикрытия действует крайне вяло. В течение нескольких минут асы «Зеро» сбили половину истребителей, потеряв только один свой. Уцелевшие Me-109 удирают на юг. Однако часть своей задачи они все же выполнили — расчистили путь бомбардировщикам.

Уайтхед насчитал двадцать два торпедоносца и тридцать три «штуки».

— Их авиаотряд явно перегружен истребителями, — заметил он адмиралу. — Два ударных авианосца могли бы выставить и побольше бомбардировщиков.

— Если мы их не остановим, то и этого вполне хватит.

— Пост управления огнем докладывает: противник в створе, — сообщил телефонист.

— Батареям первой и третьей атаковать пикирующие, батареям пятой и седьмой — торпедоносцы. Главная батарея — огонь!

Хором грянули шестнадцать пятидюймовок. Люди на мостике схватились за уши; каждое орудие делало двадцать залпов в минуту. Уайтхед едва не задохнулся от резкого запаха кордита; коричневый дым поднимался кверху и заволакивал мостик, прежде чем крепкий ветер успевал его разогнать. Шесть торпедоносцев — кто целым, кто по частям — плюхнулись в воду. Пять «Зеро» уже гонялись за «Тексанами»; еще шесть благодаря новым «Сакаэ-42» мощностью в две тысячи лошадиных сил стремительно набирали высоту, настигая «Штуки».

Четыре эсминца вначале открыли огонь из пятидюймовок, а когда медлительные АТ6 спустились пониже, начали поливать их из автоматического оружия. Неуклюжие торпедоносцы были отличными мишенями. Не обращая внимания на зенитки «Йонаги», пять «Зеро» атаковали учебные самолеты и безжалостно обрубали хвосты тем, которые пытались приблизиться к авианосцу. Против вооружения истребителей «Тексанам» нечего было выставить, кроме жалких пулеметов калибра 7,7 миллиметра. Снаряды и трассеры отправили на тот свет два, потом еще три АТ6. Но несколько все же прорвались сквозь линию эскорта и упрямо шли на «Йонагу». Десять машин, подсчитал Уайтхед; их пилоты явно сделаны из более добротного материала, чем неумелые истребители.

Фудзита ткнул пальцем вверх, на три делающие заход «Штуки». Выстроившись в одну линию, пилоты убрали щитки и дали полный газ.

— Хорошо скоординированная атака, — заметил адмирал.

Но «Юнкерсы» тоже несли тяжелые потери. Половину «Зеро» сбили в первой же атаке. Но всех не остановят ни истребители, ни зенитки — каждый моряк это знал.

Уайтхед ощутил, как знакомый ужас подползает, сдавливая горло. Контр-адмирал уже давно с ним подружился, даром, что ли, пережил пять кораблекрушений? Может, он слишком часто испытывал судьбу?..

Торпедоносцев в воздухе всего шесть, но они уже близко. «Зеро» не оставляют преследования, но АТ6 упорно держат строй. Подлетели единой цепью и с восьмисот метров повели торпедную атаку. Одна «рыбина» плюхнулась в море вслед за выпустившим ее самолетом.

— Право руля! — взвизгнул японец.

Огромный корабль повернулся, накренившись на левый борт. Первые три торпеды прошли над головой, одна с поврежденным гироскопом выскочила из моря и по-глупому отлетела в сторону. Зато две последние не промахнулись.

Авианосец содрогнулся от двух сильнейших ударов по правому борту. Фудзиту сшибло с ног, бинокль перелетел через голову. Взрывы, казалось, слились в один. Уцепившись одной рукой за пиллерс, Уайтхед подхватил хрупкого адмирала и поставил его на ноги. От гирокомпаса отлетела какая-то деталь и пронеслась над полетной палубой; маленький столик с картами раскололся, посыпались на палубу параллельные линейки, измерители.

Еще два АТ6 разбились о волны; один — прямо перед носом «Йонаги», где его добил Файт, другой — возле кормы авианосца, а последний пролетел совсем низко над кораблем. Взглянув вверх, Уайтхед подумал, что мог бы дотянуться до покрытого смазкой фюзеляжа. Рев двигателя в шестьсот лошадиных сил оглушил его. 25-миллиметровые орудия на фор-марсе содрали с торпедоносца обшивку, пробили кабину, и он волчком завертелся в небе, лишившись левого руля высоты. Затем у самого основания отломилось крыло, разбрызгивая гидравлическую жидкость, точно кровь, и большая машина едва не снесла трубу «Йонаги», опрокинувшись в море с чудовищным всплеском. Несколько секунд в волнах еще покачивались обломки, но тяжесть двигателя якорем утянула их на дно.

Уайтхед ощущал, как ходит ходуном палуба под ногами. Судно кренится.

— Вы не думаете сбросить скорость? — прокричал он в ухо. Фудзите.

— Не могу. — Адмирал кивнул на подлетающие «Штуки» и, выказывая удивительное спокойствие, нагнулся к трубе. — Лево руля до моих дальнейших указаний!

— F6F! — воскликнул Бернштейн.

— Откуда?! — всплеснул руками Уайтхед. — Не может быть!

Но шесть великолепных истребителей в самом деле присоединились к «Зеро» и долбали «Штуки».

До Уайтхеда наконец дошло.

— Это наши возвращаются с задания. У них большая дальность полета и четыреста выстрелов на каждую пушку. — Он помахал «Хеллкэтам». — Видно, что-то осталось и для пикирующих.

«Мицубиси» и «Грумманы» накинулись на «Штуки», точно ястребы на голубей. Пять арабских самолетов почти мгновенно вспыхнули и скрылись в волнах. Но три все же пикировали на «Йонагу», невзирая на истребители. Визжали двигатели на форсаже, самолеты надвигались, авианосец кружил на месте, зенитки палили, трассеры затягивали небо огненной паутиной.

Уайтхед смотрел как завороженный. Пальцы вдруг онемели, и он выронил бинокль. В каких только боях ему не приходилось участвовать, но нет ничего страшнее пикирующего прямо на тебя самолета. Негде спрятаться, сказал он себе и усилием воли задавил ужас. Никто не должен знать, как ему страшно.

Первый «Юнкере» спустился так низко, что он отчетливо видел лицо пилота в летных очках. Он сбросил единственную 500-килограммовую бомбу и взмыл вверх, угодив под снаряды пятидесятого калибра, которыми бил по нему преследующий «Хэллкэт». Они располосовали кабину и снесли пилоту голову. Большая машина перевернулась и рухнула в воду, как подстреленная утка.

А черный цилиндр все летел вниз. Как все, кому доводилось подвергаться атаке пикирующих, Уайтхед был совершенно убежден, что бомба метит прямо в него. Он до боли в челюстях сжал зубы, вцепился в бинокль так, что побелели костяшки, и вдруг почувствовал, как предательски наполнился мочевой пузырь. Бомба ударила возле правого борта, ближе к носу, всколыхнув корабль всей силой разрыва. Зенитные расчеты окатило мощными струями воды.

65
{"b":"1103","o":1}