ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Холокост. Новая история
Попутчица. Рассказы о жизни, которые согревают
Три царицы под окном
Тайна тринадцати апостолов
Волчья луна
Плейлист смерти
Скажи маркизу «да»
Танки
Справочник писателя. Как написать и издать успешную книгу
A
A

Серьезно встревоженный малой скоростью Фудзита без устали вышагивал по мостику, всем своим видом напоминая о бдительности. Грязное облачное одеяло, похожее на смертный саван, приближалось, море покрылось серовато-коричневым, с легким оттенком пурпурного, покрывалом, предупреждавшим о приближении сумерек.

Брент плохо помнил, как Кэтрин исчезла с мостика, но она вновь появилась, когда слабое солнце умирало на западном горизонте, расстилая по морю длинную красную световую дорожку и подкрашивая контуры горбившихся облаков в оранжевые и приглушенные красноватые тона.

Предупреждение пришло не световым сигналом и не по радио, а огнем двух носовых артиллерийских установок тридцать восьмого калибра и вспышкой красного пламени над эсминцем кэптена Файта. Два «Айти» вынырнули из тумана, стреляя и бросая цилиндры авиабомб, взрывы которых смешались с разрывами снарядов пушек.

— Подлодка! — крикнул Фудзита, бросившись к переговорной трубе. — Тревога! — Завопили сирены, и матросы понеслись на свои места по боевому расписанию.

— Всплески слева по носу от лидера эскорта, пеленг три-ноль-ноль, дальность десять километров.

— Вижу их, — ответил Фудзита. — Они выставили перископ.

Крякнул громкоговоритель связи «рубка — рубке».

— Я — лидер сопровождения. Перископ, истинный пеленг два-семь-ноль, дальность три километра. — А затем самые страшные для моряка на войне слова. — Торпеды по два-семь-ноль.

— «Рубка — рубке!» — закричал Фудзита. — Танкеру прекратить подачу топлива! Команде заправки — отсоединить шланги!

— Адмирал, — сказал Марк Аллен. — Корабельное топливо и бензин зальют ангарную палубу.

Фудзита проревел телефонисту:

— Аварийной команде носовой части дежурить со шлангами и пенными огнетушителями в носовой части ангарной палубы. Топливные шланги берем с собой. — И потом в переговорную трубу: — Полный вперед, лево на борт, держать два-семь-ноль.

Двое матросов на носу рванули рычаги быстрого освобождения топливных шлангов, и нос «Йонаги» покачнулся, когда двигатели загудели, разворачивая корабль. Широкие армированные шланги оторвались, изливая топливо в океан.

У танкера не было шансов. Если бы обреченному судну сопутствовала удача, то она бы заключалась в том, что сначала был бы поражен один из танков с топливом. Но танкер был пуст и заполнен взрывоопасными парами, поэтому он мгновенно вспыхнул, и взрыв подбросил палубу ввысь, увлекая за собой скрученные шпангоуты, грузовую стрелу лебедки, уложенные в бухты топливные шланги, десятки людей. Подбитый танкер тут же прекратил движение, и его нос начал погружаться. Но почти пустые танки продолжали удерживать его на плаву и разбрызгивать остатки топлива, резкий запах которого принес удушье всем стоявшим на мостике. Люди стали прыгать в море, несмотря на угрозу оказаться охваченными пламенем, языки которого бились как смертельно раненный зверь.

Кэтрин начала всхлипывать.

Сильно накренившись, «Йонага» подошел ближе к бушующему пламени взрывающихся танков. Брент ощущал горячее дыхание погибающего корабля на вспотевшем лице, и его ноздри восставали против запахов горящего топлива и приторного смрада горелой плоти.

— Этот поворот сблизит нас с танкером, адмирал, — удалось, подавляя рвоту, сказать Бренту. — На нас может выплеснуться его горящее топливо, сэр.

— У нас нет выбора, — ответил Фудзита и скомандовал телефонисту: — Пожарной и спасательной командам спустить плоты, когда выйдем из зоны огня.

Множественные громкие удары заставили Брента обернуться. Три «Флетчера» на максимальной скорости бросали глубинные бомбы и палили из пушек, а над водой кружилось звено «Зеро» и пара «Айти».

— Тактика и вооружение времен второй мировой, — заметил Марк Аллен. — Но, надо сказать, эффективная.

Увидев погружающуюся в пучину корму умирающего танкера, Фудзита закричал в переговорную трубу.

— Право руля на борт!

— Лодка слева по носу, адмирал, — предупредил Аллен. — Вы подставляете ей наш борт.

— Знаю, адмирал Аллен. Но кэптен Файт отвлекает ее. Почему же она атаковала танкер, а не «Йонагу»? Должно быть, ее командир оставил нас для более верного выстрела с другой лодки, которая могла бы точно поразить нас вон оттуда. — Он показал справа по носу и дал в трубу команду: — Держать ноль-три-ноль.

Как раз в тот момент, когда авианосец начал набирать скорость и ложиться на новый курс, люди на мостике сжались от пугающего доклада.

— Торпеда! Справа по носу, дальность четыре тысячи! — прокричал впередсмотрящий с фор-марса.

Брент мгновенно повернул бинокль и увидел, как торпеда ударила в погибающий танкер, в его полупустой бензиновый танк, совсем рядом с кормой «Йонаги». Тысячи литров авиационного бензина и его паров рванули, принеся катаклизм, метнувший надстройку и пару изогнутых кранов на сотни футов прямо вверх на кончике языка желтого пламени, будто внезапно разъярившаяся гора Фудзи, размалевывая низковисящие облака отблесками оранжево-желтых цветов нового солнца; огромные куски вывороченного металла посыпались в море в радиусе мили. Брент одной рукой обхватил костлявые плечи Фудзиты, а другой схватился за поручень. Раздался смертельный рев и толчок, заставивший вздрогнуть все восемьдесят четыре тысячи тонн авианосца, как легковой автомобильчик, врезавшийся в скалу.

— Торпеда? Где торпеда? — выдохнул отпрянув Фудзита.

Брент навел фокус бинокля, нашел четыре пенящихся следа справа на траверзе.

— Торпеды. Дальность тысяча, относительный пеленг ноль-девять-ноль.

— Слишком поздно, чтобы уничтожить их! — выкрикнул Марк Аллен.

— Право на борт! — заорал Фудзита. — Нельзя подставлять винты.

«Айти» спикировали еще раз, бросая бомбы и строча из пулеметов, но без какого-либо успеха.

На скорости тридцать два узла, с трудом поворачивая сорокапятитонный главный руль и оставляя в кильватере бурлящие струи от четырех огромных бронзовых винтов, авианосец накренился и начал медленно, слишком медленно поворачиваться навстречу приближающейся смерти. Глаза всех были прикованы к квартету несущихся на корабль стрел, окаймленных пеной. Никто даже не поглядел на пучину, в которой исчез танкер, оставивший огромное озеро горящего топлива, где все еще трепыхалось несколько человек, ухватившись за бочонки, ящики и другие обуглившиеся плавающие обломки и истошно вопя, когда пламя поглощало их, сдирая плоть с тел и сжигая их легкие.

Перевесившись через поручень, Брент увидел, что одна торпеда проходит рядом с бортом, другая еще дальше. Но он знал, что две следующие не промахнутся. Раздался удар, словно корабль наткнулся на риф, и подхлестнутая взрывами вода взметнулась выше мостика. Корабль содрогнулся от клотика до киля, взрывы и звук рвущегося и лопающегося металла ударили по его растерзанному корпусу, словно молоток по большому гонгу синтоистского храма. И снова Брент удержал адмирала, а Кэтрин и ее охранника откинуло от переборки, перебросило через площадку, и они сплелись на палубе в один клубок с телами впередсмотрящих, Кавамото, Хиронаки и Аллена.

— Боже, — пробормотал Аллен, выбираясь из кучи и поднимаясь на ноги, — у русских хорошие боеголовки.

— Средний вперед, курс девять-ноль-девять, — скомандовал Фудзита, схватившись за переговорную трубу, чем удивил всех находившихся на мостике. — Заряд такой же большой, как у наших типа «Длинное копье», — добавил он с благоговейным почтением.

— Вы не остановитесь? — спросил Аллен.

Фудзита не обратил внимания на вопрос и закричал телефонисту:

— Команда живучести — доклад!

— О повреждениях докладывает капитан третьего ранга Ацуми: пульт управления — красные лампочки: сточные цистерны правого борта, пятая, седьмая, девятая, одиннадцатая; внешняя обшивка в диаметральной плоскости, котельное отделение правого борта. Докладов осмотра не поступало.

— Черт подери! — выругался Фудзита. — Эти торпеды были посланы с глубины метров семь и ударили ниже броневого пояса. — Он посмотрел за корму, где растекалось большое масляное пятно. Разрывы справа и слева сообщили, что все четыре «Флетчера» уходили вперед от «Йонаги», бросая 600-фунтовые глубинные бомбы. Авианосец дрожал.

22
{"b":"1106","o":1}