ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Адмирал Фудзита, на такой скорости повреждения, нанесенные торпедной атакой, увеличатся, — заметил Марк Аллен.

— Возможно, но если мы остановимся… — Японец пожал плечами. — Не забывайте, у «Йонаги» тысяча двести водонепроницаемых отсеков и двойная переборка, разделяющая ее от носа до кормы. Судно может выдержать с дюжину таких торпед.

Раздался голос телефониста:

— Докладывает команда живучести. Разорваны сточные цистерны пять, семь, девять и одиннадцать, внешние пробоины в котельных отделениях правого борта одиннадцать и тринадцать.

— Святой Будда — только не котельные отделения.

Вдруг поручень вырвался из руки Брента. Резко наклонившись, он снова ухватился за него.

— Докладывает капитан третьего ранга Ацуми. Креномер показывает крен на правый борт пять градусов.

— Хорошо. — Фудзита обратился к Кавамото. — Необходимо выровнять корабль. По левому борту есть пустые топливные танки?

— Мы всегда оставляем пустыми пятый и восьмой.

— Хорошо. Закачайте морскую воду в були левого борта. Если крен не исчезнет, затопите восьмой и десятый топливные танки.

Старший помощник повернулся к телефонисту отдать приказ.

Хиронака приложил зазвеневший зуммером телефон к уху. На его лице отразился страх, словно в него плеснули кислотой.

— Дежурный старшина седьмого вспомогательного погреба пятидюймовых снарядов докладывает, что идет жар от тросовой кладовой. В погребе огонь отсутствует. Жар идет из-за кормовой переборки.

— Кормовой?

— Отсек пять-семь-один. Вспомогательный рулевой двигатель.

— Затопить погреб и пятьсот семьдесят первый.

— Люки задраены, адмирал. Матросы разбежались, как крысы.

— Знаю, знаю! — И адмирал ударил кулачком по ветрозащитному экрану.

Сильнейший взрыв у левого борта заставил Брента повернуться в сторону, где четыре больших водяных смерча вдруг возникли в вуали брызг «лондонского» тумана, несшегося над морем стремительными белесыми вихрями. В центре катаклизма всплыла вверх и закачалась на волнах громадная черная сигара.

— Подлодка! Пеленг два-семь-ноль, дальность две тысячи! — выкрикнул Брент.

— Батареи левого борта — огонь!

С грохотом и ревом выплеснувшейся злобы и неизбежного краха рявкнули корабельные орудия, их наводчики заорали от восторга и ярости. Низко скользнула тройка «Зеро», изрыгая огонь из пушек и оставляя за собой бурые следы порохового дыма. Из боевой рубки лодки, носового и кормового люков посыпались люди и начали быстро готовить к бою пару палубных пушек. Но огонь «Йонаги» и двух эсминцев ударил в подлодку ураганом металла и разрывов, сметая в море орудийные установки вместе с членами экипажа, которые разлетались, словно поломанные куклы. В мгновение ока корма погрузилась в воду, а потом и вся лодка, задрав нос в прощальном демонстративном жесте, последовала за ней. На волнах, как обычные приметы морской могилы, закачались головы уцелевших, контейнеры, бочонки, обшивка, пятна масла и трупы.

— Кораблям и истребителям: пленных не брать.

Истребители ответили огнем 20-миллиметровых пушек и 7,7-миллиметровых пулеметов, накрывшим уцелевших.

К самолетам присоединились орудия правого борта и оставшаяся пара кораблей сопровождения, поливая волны, над которыми кружились «Айти» и «Зеро», всплесками разрывов. Но черная сигара больше не всплыла, хотя через бинокль Брент видел огромные кляксы масляной отрыжки, расползавшиеся по поверхности синевато-черными подтеками.

— Корабль сопровождения «три» докладывает, что потоплена вторая подлодка. Он заметил пятна и гидролокатором поймал треск и другие звуки. — Брент вздрогнул. Потрескивание — это предсмертный хрип отсеков, сплющивающихся в гибнущей лодке, когда она идет в темные глубины; давление, вырывающее переборки из рам и рвущее водонепроницаемые двери, охваченные страхом люди в кромешном аду, затмевающем для человека, когда-либо плававшего в море, ужас самых страшных ночных кошмаров.

— Там только арабы и немцы, — сказал Фудзита, словно читая мысли Брента. — Всего лишь поганые псы. — И затем бодро бросил телефонисту: — Кораблю сопровождения «три» выйти из масляного пятна. Возможна ошибка. Трещащие шумы могут исходить от танкера. — Он махнул рукой в сторону черной завесы недалеко от кормы.

Передав команду в микрофон, матрос Наоюки сообщил адмиралу:

— Капитан третьего ранга Ацуми докладывает, что корабль сопровождения «три» оповещен.

— Хорошо. — И в переговорную трубу: — Лево руля, два-восемь-ноль, скорость восемнадцать. — Могучий корабль медленно повернулся, и Брент заметил, что крен постепенно исчезает благодаря закачанным в були тысячам тонн морской воды. — Новая команда телефонисту: — Командиру команды живучести. Мне требуется двадцать четыре узла. До его доклада скорость не увеличивать.

Телефонист внезапно побледнел.

— Вода в третьем машинном отделении.

— Святой Будда! Можно избавиться от воды с помощью трюмных насосов?

Все уставились на телефониста.

— Ставят подпорки и затыкают пробоины. Капитан третьего ранга Фукиока предлагает снизить скорость до шестнадцати.

Чертыхаясь, Фудзита согласился, удары двигателей стали реже, скорость уменьшилась.

— Вахтенному офицеру по палубе — держать курс два-восемь-ноль, скорость шестнадцать. Поднять сигнал «всем боевая готовность». Эскорту обычный походный боевой ордер. Командирам БЧ и команд во флагманскую рубку. — Старик, пошаркивая, покинул мостик.

8

— Итак, эти торпеды имели большие боеголовки, — сказал сидевший во главе стола адмирал Фудзита.

— По меньшей мере трехсоткилограммовые, адмирал, — уточнил Марк Аллен. — Вероятно, новое взрывчатое вещество, которое русские называют «нитролит Б», с трехкратной мощностью взрыва по сравнению с нашими старыми тротиловыми боеголовками.

Старый японец барабанил пальцами по крышке стола, на обтянутых кожей руках явственно проступали синие вены.

— Радиоуправляемые?

— Две прошли мимо, — бросил Брент Росс.

Пальцы замерли.

— Если у перископа стоял араб, этого следовало ожидать.

Несмотря на тягостную атмосферу, на лицах офицеров появились улыбки. Фудзита повернулся к матросу, сидевшему за столом с телефоном у уха.

— Связист Одзава, мне нужен доклад команды живучести.

Одзава сказал несколько слов в микрофон, и ответные слова отозвались болью вонзившихся в тело игл.

— Капитан третьего ранга Фукиока докладывает: торпедные пробоины между шпангоутами один-ноль-два и один-два-ноль, ниже броневого пояса, разорваны блистер, наружная обшивка и поперечные листы днища. Каждая пробоина размерами примерно десять на четыре метра.

— Боже! Двенадцать на тридцать футов, — пробормотал Марк Аллен.

— Котельные отделения одиннадцать и тринадцать, седьмой вспомогательный погреб пятидюймовых снарядов, отсек пять-семь-один, третий отсек вспомогательного двигателя, отсек упорного подшипника, соседний с ним внутренний отсек и центральный отсек гребных электродвигателей затоплены. — Радист внимательно прислушался к трубке, затем продолжил: — Кроме того, вода через воздухоприемные отверстия заливает насосное и генераторное отделения. Сточные цистерны пять, семь, девять и одиннадцать разворочены, перебит восьмидюймовый топливопровод. Есть сообщения о попадании воды в некоторые другие топливопроводы, повреждения пока не ликвидированы. — Последовала пауза, а потом удар грома. — Переборка между котельным отделением одиннадцать и третьим отсеком вспомогательного двигателя дает протечки в дюжине мест. — Словно взмах крыльев смерти, пронеслись по рубке вздохи ужаса и недоверчивый шепот.

Фудзита ладонью шлепнул по столу, отчего вздрогнуло его морщинистое обескровленное и иссушенное, как изюм, лицо. Он закричал на Одзаву:

— Переборка между одиннадцатым котельным отделением и третьим двигательным отсеком не должна протекать при таком повреждении. Пусть Фукиока объяснит.

Под взглядами находившихся в рубке офицеров матрос испуганно и торопливо забубнил в микрофон. Потом повернулся к адмиралу:

23
{"b":"1106","o":1}