ЛитМир - Электронная Библиотека

Пегас нетерпеливо пританцовывал, взрывая копытами землю. Аромат влажной земли и мха щекотал ноздри. В воздухе пахло дождем.

– Смотрика, вот и карета, которую мы ждем, – прошептал Раф.

Со стороны дороги послышался скрип плохо смазанных колес. Экипаж несся на большой скорости, и Ник подумал было, не подождать ли более медлительных гостей, но Раф прервал его раздумья.

– Вперед! – крикнул он. – Охраны нет.

Они выехали на дорогу в тот момент, когда лошади, запряженные в карету, чуть замедлили ход на крутом повороте.

– Тпру! – крикнул кучер и со всей силы натянул поводья.

Лошади поднялись на дыбы; карета накренилась, встав на два колеса, потом с громким скрежетом колеса опустились на землю.

– Давай закончим с ним поскорее, – сказал Ник. Раф, как обычно, подъехал к карете и наставил пистолет на кучера. Ник направил Пегаса к дверце кареты и, склонившись, рывком распахнул ее и просунул пистолет внутрь.

– Выходите! – крикнул он.

Ни звука. Мертвая тишина. И тут тишину разорвал выстрел. Треуголка слетела с головы Ника – пуля прошла в нескольких дюймах от виска. Он быстро пригнулся. Едкий запах пороха наполнил воздух.

Пегас, испуганно заржав, взвился на дыбы. Ник с трудом его успокоил. Из кареты показалось черное дуло мушкетона.

Да, похоже, этот путешественник неплохо подготовился ко всем неожиданностям долгого пути, подумал Ник, поворачивая Пегаса, чтобы объехать карету сзади.

Он свистнул – это был условный сигнал Рафу: пора уносить ноги, пока их тут не перестреляли как куропаток.

Но Раф, казалось, его не слышал. Изза туч показалась луна, и в этот момент путешественник осторожно вылез из кареты. Серебристый свет выхватил из мрака женскую фигурку в плаще, отороченном мехом, и широкой шляпе с перьями. В дрожащих руках женщина сжимала мушкетон. Успела ли она перезарядить его? Ник этого не знал и потому решил быть осторожнее.

Она сделала несколько неуверенных шагов. Ник наблюдал за ней изза кареты. Перья на ее шляпке колыхались при каждом шаге.

Она его не видела, но по ее напряженной позе было ясно, что она напугана. Ник объехал карету и увидел, что та заляпана грязью по самые окна.

Значит, это не гостья Этвуда. Она проехала долгий путь, но в одиночку ли? Он заглянул в окошко кареты. Сквозь запыленное стекло внутрь проник лунный свет. Никого.

Ник бесшумно соскользнул на землю. Пегас в ожидании хозяина остался стоять неподвижно. Ник бросил поводья Рафу и снова затаился в тени кареты, наблюдая за женщиной, стоящей к нему спиной.

Наконец Ник подскочил к незнакомке и обхватил ее за талию. Широкий кринолин и бархатный плащ делали ее неповоротливой и неуклюжей. От неожиданности женщина пальнула, чуть не оглушив Ника.

Его добыча лягалась, шипела и брыкалась, но Ник крепко держал ее. Улучив момент, он вырвал мушкетон из ее рук и отшвырнул его в сторону.

Женщина вывернулась из его объятий и со всей силы ударила его кулаком сначала в грудь, а затем в челюсть.

Ник поморщился и схватил ее за руки.

– У леди вспыльчивый характер?

Ее лицо было так близко, что он видел, как гневно сверкают ее глаза. Грудь ее порывисто вздымалась. Невысокого роста, стройная, она едва доходила ему до плеча. Луна освещала ее силуэт, но лицо оставалось в тени.

– Пусти меня, мерзавец! – Она пнула его в ногу и скривилась от боли.

Он крепко сжал ее кулачки.

– Я не мерзавец, – вкрадчиво произнес он. – Я Полуночный разбойник, и благородные леди от меня без ума. Ни один волос не упадет с вашей головы, если вы добровольно отдадите мне свои драгоценности.

– Я не собираюсь выполнять твои приказания, негодяй, – высокомерно заявила она.

– А вы к тому же чертовски упрямы, – усмехнулся он. – Что ж, придется вам помочь. У меня большой опыт по части расстегивания дамских корсажей и извлечения оттуда бриллиантов.

– Мне наплевать на твои способности, разбойник. Отпусти меня!

Он не мог ее обыскать. Он понял это уже тогда, когда обнаружил, что она одна, без охраны. И все же… он не мог ее отпустить, хотя видел, как она трясется от страха. Испуганные глаза казались огромными, и Нику оставалось только гадать, как выглядят черты, которые скрывает от него ночная тьма. Какого цвета ее волосы – каштановые? А глаза – голубые? Ему никогда этого не узнать.

– Куда вы так спешите? И почему одна?

– Я не одна! Мой кучер…

– Да, превосходный защитник, нечего сказать, – рассмеялся Ник. Он коснулся рукой в белой перчатке ее шеи и почувствовал, как бьется под его пальцами тоненькая жилка. Она уперлась кулачками ему в грудь и напряженно замерла, как дикая испуганная кошка, в любую секунду готовая выпустить когти.

И вдруг одним ловким быстрым движением она сорвала с его лица полумаску. Напудренный парик упал на землю, и Ник ошарашенно уставился на, нее, а она внимательно разглядывала его лицо, стараясь запомнить черты до мельчайших подробностей. Бросив взгляд на его белые перчатки, она воскликнула:

– Так ты Полуночный разбойник! Я про тебя слышала. Но в отличие от других жертв она увидела его лицо!

– Я подробно опишу, как ты выглядишь! – сердито выкрикнула она. – Тебя поймают и повесят.

– Это мы еще посмотрим, – прошипел он.

В этот момент тишину нарушил отдаленный топот копыт. С севера по дороге мчались всадники, сквозь ветви деревьев в бледном лунном свете замелькали мундиры солдат, послышались выстрелы. Но почему они на лошадях? Солдаты ополчения всегда были пехотинцами. Чьято конная гвардия? Некогда гадать. Надо поскорее уносить ноги.

– Черт бы их побрал, – пробурчал Ник.

Раф окликнул его, вскочил на лошадь и взял под уздцы Пегаса. Ник бросился к своему коню, крепко обхватив за талию пленницу.

– Пусти меня! – крикнула она.

– Брось ее, – посоветовал Раф, но Ник не послушался. Не мог же он допустить, чтобы она описала его внешность властям. Он взобрался на коня и посадил женщину перед собой, не обращая внимания на ее отчаянные попытки вырваться.

Раф растворился в темноте. Гвардейцы уже почти поравнялись с Ником. Он прижал женщину к себе и пришпорил Пегаса. Конь перелетел через придорожную канаву и, рассекая подлесок, бросился в чащу.

Ветки хлестали Ника по лицу и цеплялись за плащ. Он пригнулся к шее коня, уткнувшись лицом в бархатный плащ своей пленницы. Она брыкалась и молотила его кулачками. Вдруг платье ее зацепилось за куст и порвалось, и женщина вскрикнула от боли. Ник выругался и крепче обхватил ее за талию.

Пегас рванулся вперед и выскочил из кустов на простор. Между деревьями вилась тропинка, и конь поскакал по знакомому маршруту. Гвардейцы были совсем близко, но еще не появились из зарослей.

Ник повернул коня с дороги в лес. Только так можно оторваться от преследователей. Конь понесся по поросшим мхом камням, то и дело спотыкаясь на кочках.

Незнакомка осыпала его проклятиями, потом вдруг громко взвизгнула, так что Ник чуть не оглох.

– Заткнись, – рявкнул он, – или я тебя сброшу и ты сломаешь себе шею!

Очевидно, такая перспектива не на шутку ее испугала, потому что она тут же умолкла.

Ник изучил все лесные тропинки и уверенно гнал коня вперед. Пегас, обогнув огромный валун, перепрыгнул через поваленное дерево. Женщина ударилась затылком о подбородок Ника, и он невольно охнул от боли. Руки его ныли от усталости, он с трудом удерживал пленницу.

Пегас перелетел через ручей и выскочил на дорогу. Прежде чем свернуть на неприметную трону, ведущую к уединенной хижине, где их ждал Ной, Ник натянул поводья и оглянулся. Всадников не было видно, но вдалеке слышался топот копыт. Вряд ли солдаты заметят в темноте заросшую тропинку к его убежищу.

С облегчением переведя дух, Ник повернул коня к дому. Они ушли от опасности – пока. Женщина безвольно висела у него на руках.

Пегас медленно ступал по опавшей листве, пока не вышел к приземистой хижине. Рафа не было видно, но Ник не сомневался, что приятелю удалось ускользнуть от преследователей. Он никогда за него не беспокоился.

3
{"b":"11063","o":1}