ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Охотник за тенью
Холокост. Новая история
Луна-парк
11 врагов руководителя: Модели поведения, способные разрушить карьеру и бизнес
Тонкое искусство пофигизма: Парадоксальный способ жить счастливо
Чудо любви (сборник)
Севастопольский вальс
Как написать бестселлер. Мастер-класс для писателей и сценаристов
Знаки ночи

Синара в одной сорочке нервно мерила шагами пол спальни в родовом поместье Хоторнов Блуотере. Двенадцать шагов в длину… один, два, три, четыре… снова и снова, вот уже больше двух часов… если не дольше… Нужно остановиться, а то, пожалуй, скоро канавку протопчет.

Синара нетерпеливо откинула со лба непокорный локон и замерла в центре комнаты.

— Придется выйти за эту жабу, — в сотый раз вздохнула она. — Другого решения нет. Если я откажусь, Брендон умрет.

Эту мрачную истину Синара и довела до сведения своей приземистой краснощекой горничной:

— Брендон обязательно подхватит эту мерзкую тюремную лихорадку и отправится на тот свет. Но Тильди покачала головой:

— Вздор, мисс Синара! Откуда вам это знать наверняка! Вы делаете ошибку! Говорила же я, не стоит больше пытаться помогать вашему злополучному брату. Он всегда надеется, что вы выручите его из беды, но на этот раз зашел слишком далеко, помяните мои слова.

— Если бы я только могла повернуть время вспять, когда война еще не разразилась и Макс был жив! Он бы знал, что делать!

— Он уж точно был бы против такого брака!

— Конечно! Макс сам женился бы на мне. Он не ладил с Феликсом, и я понимаю почему. Ни один нормальный порядочный человек ни за что не стал бы доверять Феликсу Сеймуру, а я… вынуждена стать его женой! — Синара воздела руки к небу: — Будь проклят мой безголовый братец!

Прошел год со дня гибели Макса при Ватерлоо, в битве, положившей конец террору Наполеона ценой тысяч жизней английских солдат. И вот-вот должна была состояться свадьба Синары с одним из кузенов Макса, Феликсом Сеймуром. Феликс стал наследником графства Блек Рейвн (черный ворон) после смерти двоюродного брата. Макс был сыном Сидни, предыдущего графа, Феликс — сыном Джорджа, среднего брата Сеймура. Младший брат, Росс, был отцом Мерлина, но Синара не видела Мерлина с самых похорон Макса.

Сейчас она вспомнила письмо Брендона.

«Ты должна помочь мне, Синара. Я не крал этого бриллиантового колье. Ты настолько умна и находчива, что сможешь найти способ избавить меня от этого ужаса. Я знаю, тебе не нравится Феликс Сеймур, но, как граф Блек Рейвн, он приобрел влиятельные связи в Лондоне… попроси его помочь тебе!»

Синара откликнулась на мольбу брата, и Феликс согласился помочь — с одним условием: она должна стать его женой. Если верить Феликсу, тот всегда питал к ней тайную страсть, но у девушки было на этот счет другое мнение. Подобные поступки обычно называются шантажом. Она никогда бы не приняла предложения Феликса, не будь Брендона и его проблем… Какой позор! Неужели Брендона настолько угнетала бедность Хоторнов, что он решился на воровство? Нет, нет, он не мог! Но кто подставил его так, что в глазах общества он выглядел преступником? Ключа к этой страшной загадке пока что не было.

Исполненная дурных предчувствий, Синара молча разглядывала разложенное на постели подвенечное платье. Со дня кончины отца она ощущала себя главой семьи Хоторнов, хотя Бренд был на два года старше. Обаятельный и веселый юноша не обладал и унцией здравого смысла.

— Как я хотела бы поговорить сейчас с отцом, — вздохнула девушка, гладя мягкий шелк. Он всегда был истинной опорой и защитой. Немудрено, что после смерти отца мать цеплялась за каждую протянутую руку. Синара была не из таких — она найдет способ справиться с Феликсом. Так или иначе, в их обществе приняты браки по расчету.

Упрямо сцепив зубы и распрямив плечи, Синара попыталась не думать о темных сторонах характера Феликса, хотя чувствовала: под лощеной внешностью кроются непроницаемо-зловещие глубины.

— Я хочу помочь Брендону, — тихо сказала она скорее себе, чем горничной. — Мне не все равно, что случится с семьей, и я люблю родных.

— По-моему, даже слишком любите, — раздраженно прищелкнула языком Тильди. — Ваши глаза покраснели и распухли, мисс Синара. Видно, вы всю ночь не спали!

— Н-не спала. — Синара поглядела на горничную: — А ты не беспокоилась бы, окажись твой брат в Ньюгейтской тюрьме?

— У меня нет брата. Ну а теперь, мисс, вот что: необходимо хорошенько умыться холодной водой. Мистер Феликс заметит, что вы волновались, и вот уж недоволен-то будет!

— Кроме матери и Брендона, у меня больше никого нет…

При мысли о предстоящем испытании у Синары все внутри сжалось.

— Если бы мы были знакомы еще с каким-нибудь могущественным человеком! Но мы всегда жили в деревне. Ни у мамы, ни у меня почти нет связей в Лондоне.

Тильди покачала головой и закатила глаза:

— Да уж, влиятельный друг нам не помешал бы.

Решительно прошагав к кровати, горничная потрогала тончайшее мехельнское кружево, белой пеной окаймлявшее вырез платья:

— Вам, пожалуй, пора одеваться. И, бросив проницательный взгляд на хозяйку, добавила:

— Извините за правду, но, думаю, мистер Брендон вряд ли женился бы на девушке, которую не выносит, только чтобы спасти вашу шкуру!

Синара гневно уставилась на не в меру откровенную горничную:

— Женился бы! Не будь такой жестокой, Тильди! Я люблю Брендона, и раньше он не раз помогал мне!

— По сравнению с ним у вас проблем-то таких не случалось! Вы в сто раз надежнее, чем он, были и будете!

— Ну что ж… природа одарила нас не одинаково. Брендон — более пылкий и порывистый, чем я.

Тильди с истинно материнской любовью обняла девушку. Худенькие плечи Синары дрожали от безмолвных рыданий.

— Этот стервятник, Феликс Сеймур, давно высматривал вас, и теперь наконец дождался случая добиться своего! Но помяните мои слова, он и пальцем не пошевелит, чтобы помочь мистеру Брендону.

Синара решительно тряхнула головой, так, что собранные за затылке золотистые локоны весело заплясали:

— Ты ошибаешься, Тильди!

Горничная разжала руки и нежно погладила подопечную по склоненной головке:

— Поскольку Макс умер, хотелось бы мне, чтобы этот его устрашающий кузен, Мерлин Сеймур, получил титул и власть. Вот его я уважаю. Не держись он вечно в стороне от всех, я легко могла бы влюбиться в него. Он не то что злобный негодяй Феликс.

Синара подняла горящие, мокрые от слез глаза: Нам не следует говорить о Мерлине Сеймуре. Вот уж он, уверена, и шагу не ступит, чтобы мне помочь. После гибели Макса я видела его лишь однажды, и он даже не выразил соболезнования.

— Вы сами сказали, что он сильно болел с самого окончания войны.

— Да, пришлось ехать за границу, чтобы залечить рану в ноге.

— Бьюсь об заклад, смерть мистера Макса разбила ему сердце. Они были ближе родных братьев. Мерлин не позволил бы вам выйти за Феликса.

Тильди поправила выбившуюся прядку и приколола готовый упасть бутон флердоранжа.

— Возможно, не позволил бы, — согласилась Синара. Горничная надела на нее корсет, и пока затягивала шнуровку, девушка схватилась за спинку кровати, закрыла глаза и попыталась вспомнить дорогое лицо Макса, но вместо этого перед мысленным взором всплыла сцена встречи с Мерлином Сеймуром на похоронах жениха.

Мерлин выглядел бледным, осунувшимся и таким исхудавшим, что казался тенью.

Из-за ужасной худобы плечи казались неестественно широкими. Синаре было известно, что Мерлин получил рану в бедро в битве под Ватерлоо, такую тяжелую, что едва не умер. На похоронах он был в мундире и при всех регалиях, но позднее ей сказали, что Мерлин продал свой патент. Что он делает сейчас? Вернулся ли с континента?

Они знали друг друга всю жизнь, но если Макс с детства был непоседой, озорником, вечно веселым и готовым на любую, самую невероятную проделку, Мерлин оставался сдержанным, скрытным и задумчивым. Даже внешне братья были полной противоположностью — темные волосы, глаза и загорелая кожа Мерлина резко контрастировали со светлой шевелюрой Макса. Мерлин представлялся таинственным, будоражившим сердце волшебником с пронизывающим взглядом, проникавшим в самые затаенные мысли. Синара всегда побаивалась его, но Макс уверял, что на свете нет человека добрее, вернее и более сострадательного, чем Мерлин. Но он все-таки пугал девушку, и когда в день ее четырнадцатилетия первый и единственный раз попытался поцеловать Синару, та откровенно призналась, что ненавидит его и его черные, настойчиво-проницательные глаза. Синара, наверное, сильно обидела Мерлина, потому что с тех пор он старался держаться подальше от нее.

2
{"b":"11066","o":1}