ЛитМир - Электронная Библиотека

– Мне нужен твой совет, Сюзанна, – неожиданно сказал Шин. Он не смотрел на Сюзанну, глаза его не отрывались от лениво текущей реки.

– Чем могу – помогу, Шин. Ты же знаешь. Принести карты?

– Нет. Не знаю... Мне надо принять решение, но я не уверен, пришел ли я сюда за поддержкой или просто поговорить об этом. Я об убийствах. Есть у меня одна идея.

– Благоразумная? – сухо спросила Сюзанна. – Обычно все твои идеи стоили тебе таких неприятностей, что даже я не всегда могла тебя из них вытащить.

– Ты, похоже, постоянно будешь мне тыкать на мои опыты со стихией?

– Учитывая те несчастья, к которым они привели, – конечно, не буду.

– Это произошло случайно. Мы же все возместили, правда?

– Ну да, возместили... После того, как твои эксперименты вызвали землетрясение, наводнение, страшный пожар и торнадо одновременно.

– Говорю же, я сожалею. Так ты хочешь выслушать, что я надумал, или нет?

– Конечно, Шин. Говори.

– Эриксону с убийствами не справиться. Да он и не собирается. Выше головы шерифу не прыгнуть, и он сам об этом прекрасно знает. Убийца слишком могуществен. Значит, нам надо найти того, кто в силах убийцу обнаружить. Того, кто может взглянуть на эту проблему и на всю обстановку в городе свежим взглядом. Короче, я хочу наведаться в Фэйрию и просить помощи у Двора Унсили.

– Я – за, – справившись с волнением, сказала Сюзанна. – Это мудро. Но не кажется ли тебе, что наши дела и так достаточно плохи, чтобы вмешивать в них еще и народ Фэйрии? Они сами воплощение хаоса, Шин. Даже в лучшие времена наши с ними отношения были не очень гладкими, а уж сейчас-то...

– Если я попрошу – эльфы помогут, – упрямо ответил Моррисон. – У них такие волшебники и ученые, о каких нам только мечтать. Может, они разглядят то, что мы проморгали.

– Что ж, по крайней мере, попробовать можно, – сказала Сюзанна. – Но давай сначала это кое с кем обмозгуем, послушаем, что скажут другие.

– Нет. Если кому-нибудь рассказать – меня могут остановить. Я и тебе-то рассказал лишь потому, что знаю – все останется между нами.

– Конечно, Шин. Дай только минутку подумать. Ведь то, что ты предлагаешь, в корне изменит всю городскую политику. Веками Шэдоуз-Фолл и Фэйрия шли своими собственными путями, ограничиваясь заверениями и клятвами жить в мире и дружбе. Во всем, что здесь происходит, существует хрупкое равновесие, – в волшебстве и науке, в реальном и сверхъестественном, и если оно нарушится...

– Семь человек погибли, Сюзанна! Какое уж тут равновесие!

– Не знаю, – тихо проговорила Сюзанна. – Ты добиваешься жестких мер?

Моррисон нахмурился и отвернулся, и Сюзанна поняла, что ее слова заставили барда задуматься. Он тяжело вздохнул и посмотрел на реку.

– Ну, ладно. Давай переговорим об этом еще с кем-нибудь. Только не с Эриксоном. Он сразу поставит на этом крест только потому, что идея – моя. Он меня терпеть не может.

– Хорошо, – сказала Сюзанна. – Не с Эриксоном. Дай мне двадцать четыре часа, и я назову тебе имя.

– Двадцать четыре часа. И дай бог, чтобы никого за это время не убили...

Моррисон резко оборвал разговор, услышав шаги, нарушившие тишину полдня. Он и Сюзанна обернулись и увидели высокую фигуру, приближающуюся к ним от берега. Солнце било в глаза, и невозможно было разглядеть, кто это, но человек казался крупным и мощным, с мускулатурой тяжелоатлета. Когда мужчина подошел ближе, Сюзанна узнала его и чуть расслабилась. Лестер Голд был достоин доверия. Она тепло улыбнулась гостю, а Моррисон хмыкнул, в свою очередь тоже узнав его.

Голду было за семьдесят, но он обладал телосложением, завидным и для двадцатилетнего. Лицо его казалось наспех высеченным из камня, волосы серебрились сединой, но спина была по-прежнему прямая, как жердь, и глаза ясны, как в молодости. На нем был скромный костюм давно вышедшего из моды покроя. Улыбнувшись Сюзанне, Лестер вежливо кивнул Моррисону.

– Надеюсь, не помешал? – тихо спросил он. – Мне надо бы, Сюзанна, с тобой переговорить, если тебе сейчас удобно.

– Конечно, удобно. Рада видеть тебя, Лестер. Ты знаком с Шином Моррисоном?

Голд взглянул на Моррисона с интересом:

– Тем, что выпускает на волю стихию? Моррисон застонал:

– Мне так и будут всю жизнь пенять?

– Может, и нет, – сказала Сюзанна.

– Простите, что об этом заговорил, – извинился Голд и протянул Моррисону руку – широкую, мускулистую, со старческими пигментными пятнами.

Моррисон осторожно ее пожал, зная, что Голд при желании с легкостью может переломать ему пальцы. Словно прочитав мысли Моррисона, Голд улыбнулся, отпустил ладонь Шина и перевел взгляд на Сюзанну:

– Мне правда необходимо с тобой поговорить, дорогая.

– С удовольствием тебя выслушаю. В доме есть стул, можешь принести его сюда.

– Я вас оставлю, если не возражаете, – сказал Моррисон.

– Благодарю, – остановил его Голд, – но это не обязательно. Мне ценно будет знать ваше мнение. Схожу-ка я, пожалуй, за стулом.

Он направился в дом, двигаясь осторожно, чтобы ненароком не наступить на животных, которые играли в пятнашки вокруг дивана и под ним. Моррисон дождался, когда Голд скроется в хижине, и подался к Сюзанне:

– Имя знакомое, но что-то не припомню, кто он.

– Ты можешь и не помнить, – понизила голос Сюзанна. – Лестер Голд был героем дешевого чтива в тридцатые и супергероем в сороковые, наподобие Человека-Тени и Дока Сэведжа, хотя и не таким популярным. Серию комиксов о нем прикрыли в пятидесятых, и вскоре он объявился здесь. С тех пор и живет, торгует цветами на Старом рынке, становясь реальнее и старее из года в год. Иногда за ним бегают коллекционеры, подсовывая ему старые журналы для автографа, но в большинстве своем люди давно позабыли Голда. Порой он вспоминает, кем был когда-то, и изъявляет желание поучаствовать в жизни города, но эти приступы у него скоро проходят. Память у него уже не такая, как прежде.

– Тебя он, однако, помнит, – сухо обронил Моррисон, оглядываясь на дверь в лачугу.

– Еще бы, – сказала Сюзанна. – Меня все знают. Прошу тебя, будь с ним полюбезнее. Он настоящий джентльмен, и я не хочу его огорчать.

Она замолчала, как только Голд появился на пороге, с непринужденной грацией неся большое тяжелое кресло. С грохотом поставив его подле Сюзанны, Лестер уселся и утонул в нем со счастливым вздохом. Моррисон с почтением взирал на Голда: однажды ему случилось двигать эту махину, и он тогда чуть спину не надорвал.

Голд взглянул на Сюзанну, отвел глаза, затем опять посмотрел на нее, явно не решаясь заговорить или не зная, с чего начать. Опустив глаза на резвящихся зверушек, он вдруг улыбнулся по-детски.

– Вот-вот. Так примерно все и должно быть. Порой смотришь на героев сегодняшних комиксов, и плакать хочется. Маскарадные душители и неуемные убийцы. Какой пример мы подаем детям? В мои годы люди знали цену честной игры. Даже злодеи. А теперь все иначе. Теперь я все больше перестаю понимать как комиксы, так и происходящее вокруг. Думаю, все старики чувствуют то же, что и я, хотя прежде я никогда не считал себя таким уж старым. Убийства все изменили. Я не могу сидеть сложа руки в то время, как убивают людей. Пришло мое время, Сюзанна. Я нужен людям. Эриксону прежде не доводилось расследовать ни одного убийства, мне же в свое время пришлось делать это сотни раз. Я своего рода эксперт по таким делам. Кроме того, не могу я вот так просто подойти к шерифу и заявить: я берусь за это дело. Он посмотрит и увидит, что перед ним старик, которому впору греться дома у очага в мягких тапочках. Да он скорее всего и не слышал о Лестере Голде, Тайном Мстителе. Что мне делать, Сюзанна? Скажи.

Улыбнувшись старику, Сюзанна погладила его по руке:

– Вот сидит Шин и думает точно о том же самом. Думаю, вам есть что сказать друг другу. Если вы хотя бы только выслушаете один другого – это вам обоим пойдет на пользу. Шин, ты можешь начать с того, что расскажешь Лестеру про свою идею, а я схожу принесу вам пива – оно у меня в воде охлаждается.

13
{"b":"11073","o":1}