ЛитМир - Электронная Библиотека

Разумеется, в книге обоих «адептов» описывались исследования, проведённые с Цилиндрами Фараона, причём результаты этих исследований аккуратно распространялись на «жезлы силы». Была там и «методика» использования «жезлов». Согласно этой «методике» свинцово-цинковые творения рекомендовалось «подвешивать ниже пояса». По-видимому, для повышения потенции.

По дошедшей до меня информации «жезлы силы» были представлены и воспеты перед весьма состоятельными и доверчивыми (редкое сочетание) людьми. Не знаю, поняли ли, в конце концов, эти люди, что их надули (если поняли, то «адептам» должно было сильно не поздоровиться), но реклама «жезлов» крутилась какое-то время в метро и по телевидению.

Сами же «адепты» (как и полагается по законам природы) передрались между собой, и позднее я наткнулся на короткую газетную заметку о «жезлах», в которой фигурировал уже один «учёный» – А. Романенко.

А. Шэма я случайно встретил на одной из выставок и подошёл к нему со словами: «Вот кому мне давно хотелось посмотреть в глаза…А, ведь я к тебе хорошо и с уважением относился. Как же ты мог?». Он понёс какую-то околесицу, и я понял, что разговаривать бесполезно.

Жезлотворчество, между тем активно продолжалось. По телефону мне позвонил некий В. Уваров, представившийся директором международного уфологического центра, и сообщил, что древние египтяне на начальных стадиях работы над Цилиндрам наполняли их обычным песком. Я этого не знал и, соответственно, ничего не мог сказать по этому поводу.

– О! Это необыкновенно интересно! – Возбуждённо проговорил Уваров. – Это необходимо исследовать. У меня уже есть предварительные результаты. Давайте встретимся.

Мы встретились, и на меня обрушилась лавина новой информации.

– А, вам известно, что в Большой пирамиде Гизы спрятан «энергетический источник» – камера, набитая цинковыми цилиндрами? И эта камера находится на высоте, соответствующей ноте «ля»? Что все младенцы кричат на ноте «ля»? Что частота это – скорость колебаний, то есть – гипотенуза, а бог Гор символизирует собой гипотенузу, то есть частоту? Что ухо человека тоже настроено на ноту «ля»? А пранический кокон, создаваемый Цилиндрами рассеивается через 24 часа?

Ошеломлённый этим бредом я пытался возражать, но это был не тот случай, когда логика является рабочим инструментом разговора у оппонента.

– Почему вы так убеждены в своей правоте? Откуда вы всё это взяли? – Спросил я, наконец, оратора.

– А, я – контактёр. Эта информация – свыше.

– А-а-а – Протянул я. – В таком случае всё ясно.

Где-то я уже сталкивался с подобным способом получения ответов на все вопросы… а, вот: старикашка Эдельвейс из «Сказки о тройке» братьев Стругацких:

«Высочайшее достижение нейтронной мегалоплазмы! – Провозгласил он. – Ротор поля наподобие дивергенции градуирует себя вдоль спина и там, внутре, обращает материю вопроса в спиритуальные электрические вихри, из коих и возникает синекдоха отвечания…»

Я потерял интерес к «синекдохе отвечания» Уварова и вопросов более не задавал.

– Извините, а какое у вас образование? – Поинтересовалась моя жена, услышав, что «частота это – скорость колебаний» (любому восьмикласснику известно, что «частота» и «скорость распространения колебаний» принципиально разные понятия.)

– А, три курса политеха это что-нибудь да значит? – Гордо спросил визитёр.

– Понятно. Вопросов больше нет.

– Кстати, не могли бы вы показать мне рукопись «Тайны Жизни и Смерти»? – Спросил гость.

Знакомый вопрос… Шэм с Романенко тоже интересовались. Слава Богу, у меня хватило ума не показать им рукопись.

– Читайте Валевского. – У него всё написано. – Уклончиво ответил я.

– Ну, тогда дайте почитать рукопись вашей книги.

Рукопись я дал.

После ухода Уварова я спросил жену, окончившую консерваторию по классу скрипки и имевшую оказию побывать в роддоме: – Что, действительно, все новорожденные орут на ноте «ля»?

– Что за чушь! – Ответила жена. – Конечно, нет. Когда новорожденных везут на кормление, это такое многоголосье – настоящий оркестр.

Позднее Уваров предложил мне сотрудничество с правом производства изобретённых им цилиндров, наполненных песком. «Песочные» цилиндры так же предлагалось называть Цилиндрами Фараона.

– Представьте мне медицинские заключения о действенности ваших объектов, после чего мы обсудим ваше предложение. – Ответил я.

– Всё уже исследовано. Результаты замечательные! – Гордо провозгласил Уваров.

Результатов этих исследований, полученных, по-видимому, «внутре», по той же «синекдохе отвечания» я так и не увидел.

Позднее мне в руки всё же попало творение Уварова, названное им «Жезлами Гора». Я взял их в руки и попробовал включиться в привычные ощущения. Никаких ощущений не было. Тогда я передал очередные «жезлы» врачу Татьяне Мешковой с просьбой разобраться. Заключение было убийственным: да, они просто вредны! Кварцевый песок, которым заполняет их автор, обладает свойством активного впитывания информации (о чём впоследствии написал и сам Уваров), в том числе и отрицательной, после чего кварцевые цилиндры уже не восстанавливаются. Возьмите в руки такие «жезлы» после больного человека и вы – энергетический инвалид.

Ну, и далее я уже почти не удивился выходу в свет книги Уварова «Жезлы Гора», в которой содержалась вся, уже слышанная мной псевдонаучная дребедень. Следуя дорогой, проложенной Шэмом и Романенко, Уваров большими кусками переписывает мою книгу «Цилиндры Фараона» (не подозревая, что каждая страница рукописи зарегистрирована в Комитете по авторским правам задолго до того, как он узнал о существовании Цилиндров), а все результаты организованных мной исследований приписывает своим «Жезлам Гора».

С Уваровым мне довелось встретиться ещё раз. Во время встречи он шантажом и угрозами пытался заставить меня ежемесячно продавать ему 50 пустых медных и цинковых стаканов для заполнения их песком.

– Вам ничего не принадлежит! – Как заклинание твердил он, глядя на меня пустыми стеклянными глазами. – Всё принадлежит мне!

При этих словах мне и моему сыну, присутствовавшему при встрече, показалось, что он не совсем в своём уме.

– Вы опоздали с платежами за поддержку своего патента! – Вопил он, показывая какую-то бумажку.

Я заглянул в бумажку. Ну, надо же! – Выкопать сроки моих платежей за патент. Мы с сыном переглянулись – сознаюсь: за 52 года своей жизни я не видел более мелкого человека…Тратить время на то, чтобы какими-то тайными, окольными путями вызнавать, когда, что и сколько было уплачено за поддержание не имеющего к тебе отношения патента – хорош «учёный»-уфолог! И – глуп к тому же: узнал бы заодно, что опоздание с платежами допускается, хотя и наказывается увеличением его суммы.

Оставаться далее наедине с этим человеком нам не хотелось. Мы встали и ушли.

«Апопы» между тем продолжали размножаться со скоростью, свойственной их пресмыкающейся сущности.

Следующим стал Сергей Горбунов – человек, возникший из-за спины его жены, помогавшей мне на начальной стадии становления производственной фазы изготовления Цилиндров.

Его супруга удалилась в роддом, и он решил продолжить её дело.

Этот необразованный, но весьма активный человек, опытным нюхом сразу же почуял возможность большой наживы в будущем. «Я – жадный». – Любил говорить он сам про себя, и это оказалось чистой правдой. Позднее, когда я сам занялся закупкой материалов для изготовления Цилиндров, выяснилось, что часть цен, названных мне Горбуновым, завышалась в два раза. «Зубы, когти, локти и всеобъемлющее «я» – Очень точно охарактеризовала его одна из моих знакомых.

После появления Горбунова на меня посыпались удивлённые вопросы, хорошо знавших меня людей: «Откуда ты взял этого мафиози? С тобой же больше никто не захочет иметь дела!»

– Ну, ребята, внешность человека ещё ни о чём не говорит! – Защищался я. – Нормальный парень. Весёлый, остроумный.

12
{"b":"110861","o":1}