ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— То, что ты видишь, не всегда соответствует действительности. Пора бы уж тебе это понять. — Я изо всех сил старался говорить спокойно, выглядеть понимающим и уверенным, чтобы она не догадалась, что все мои слова — просто гипотезы. — Когда мы находимся во временном провале, наш кругозор остаётся прежним, но сама область провала относительно невелика. Как только я пробью дыру, мы сразу попадём в наше время. Мы отошли от его границы всего на полчаса. Это немного. Правда, при условии, что не возникнет проблем…

— Проблем? — Джоанна вцепилась в это слово. — Каких ещё проблем? Мы здесь совсем одни. Это отдалённое будущее, все остальные давно умерли. Ты что, не понимаешь? Огни Лондона погасли навсегда…

— Во времени никогда и ничего не бывает «навсегда», — возразил я. — Всё имеет свой конец. Видимо, даже Тёмная Сторона. Если подождать достаточно долго, от неё не останется и следа.

— Может, кто-то всё же сбросил ту атомную бомбу?

— Нет, Тёмную Сторону бомбой не уничтожить. То что случилось, наверняка было куда страшнее.

— Как же мне не нравится все это, — тихо сказала Джоанна. — Лондон всегда был таким живым. Я считала, что он будет существовать вечно. Думала, мы построили его таким прочным, так хорошо следили за ним, так сильно его любили, что он переживёт нас всех. Наверное, я ошибалась. Мы все ошибались.

— Может, люди просто ушли отсюда и построили где-нибудь другой Лондон, — предположил я. — А пока существуют люди, будет существовать и Тёмная Сторона или нечто в том же роде.

— А если людей больше нет? Мы же не знаем, как далеко мы забрались. Через века, через тысячелетия? Посмотри вокруг! Здесь все мертво. Всему конец. Даже нам. — Она вздрогнула и посмотрела на меня с упрёком, словно это я был во всём виноват. — Рядом с тобой никогда не бывает легко и просто, да? Провал во времени… Это что, обычное явление на Тёмной Стороне?

— Ну, я бы не сказал, что необычное.

— Ясно, на Тёмной Стороне нельзя доверять даже времени.

Я не мог с этим не согласиться, поэтому начал оглядываться. Тысячелетия? Развалины выглядели старыми, но не настолько.

Интересно, куда все подевались? Может, они уехали в другое место, когда поняли, что город обречён? Если так, то куда?

Возможно, на луну, как поётся в песенке. И только тогда я впервые посмотрел вверх, и пронизал меня до мозга костей. Я понял, почему здесь так темно. Луны больше не было. Она исчезла. Огромный шар, который всегда висел над Тёмной Стороной, пропал, и вместе с ним пропало большинство звёзд. Их осталось совсем немного, разбросанных по тёмному небосклону — последних искорок света, борющихся против бездонной ночи. А поскольку от Земли до звёзд ужасно далеко, вполне возможно, что и этих звёзд уже больше нет, лишь их свет все ещё долетает до нас…

Как могли исчезнуть звезды? Что же такое случилось?

— Я всегда считал, что Луна на Тёмной Стороне выглядит больше, потому что она ближе к Земле, — снова заговорил я. — Возможно, она в конце концов свалилась. Господи Иисусе, как же далеко в будущее нас занесло?

— Если исчезли звезды, думаешь, наше солнце тоже исчезло?

— Не знаю, что и подумать…

— Но…

— Мы попусту тратим время, — перебил я. — Зачем задавать вопросы, на которые никто из нас не знает ответа? Это не важно, ведь мы не задержимся здесь. Сейчас я мысленно вижу дальнюю границу провала. Я отведу тебя туда, и мы вернёмся обратно в наш мир.

— Постой, — сказала Джоанна. — Дальняя граница? А разве нельзя вернуться тем же путём, каким мы сюда попали?

— Всё не так просто, — объяснил я. — Раз уж возник временной провал, никто, кроме Священного суда, не может его уничтожить, он будет существовать некоторое время, пока не исчезнет сам собой. Если мы вернёмся по своим следам, мы опять окажемся возле Крепости, а провал останется между нами и улицей Блейстон. Чтобы попасть на улицу Блейстон, нам придётся его обходить, и тогда нам не справиться без помощи специалистов. Если нам не покажут границы провала и его протяжённость, мы снова очутимся здесь.

— И сколько времени займёт выяснение границ провала?

— Хороший вопрос. Даже если нам удастся найти достаточно могущественного специалиста, который не потребует в уплату нашу ногу или руку и сразу займётся делом, у нас уйдёт на это несколько дней, а то и недель.

— А насколько большим может оказаться провал?

— Ещё один хороший вопрос. Возможно, он тянется на несколько миль.

— Но это же смешно, — возмутилась Джоанна. — Должен существовать другой способ попасть на улицу Блейстон!

— Временной провал как-то связан с улицей Блейстон, — не согласился я. — На одном из тамошних уровней. Я это чувствую, поэтому думаю — мы угодили в него не случайно. Кто-то охраняет свою территорию и не хочет, чтобы мы вмешивались в его дела. Нет, уж лучше выйти к дальней границе провала, я сделаю там проход, и мы окажемся поблизости от улицы Блейстон. Это будет нетрудно. Да, задержка не из приятных, но никакой непосредственной опасности я пока не вижу. Держись со мной рядом, и мой дар выведет нас в нужное место.

Джоанна уставилась на меня, я не отвёл взгляд, изо всех сил стараясь казаться уверенным и спокойным. На самом деле у меня имелись одни лишь предположения, а в придачу — дерзость и чутьё.

В конце концов моя клиентка отвела взгляд и с несчастным видом осмотрелась по сторонам.

— Скверное место, — ровным голосом сказала она. — Мы здесь чужие. Любой человек почувствовал бы себя здесь чужим. Но Кэти исчезла уже так давно, что… В какую сторону идти?

Я указал вперёд, и мы двинулись в путь. Джоанна по-прежнему держала зажигалку в вытянутой руке, хотя толку от крошечного пламени было немного. Оно стояло вертикально, не колеблясь — тут не было даже лёгкого ветерка. Я старался не думать, насколько хватит зажигалки.

Кроваво-красный свет принял более тёмный оттенок. Становилось всё холоднее, будто ночная тьма высасывала из меня тепло. Можно было бы соорудить самодельный факел, но я не видел ничего деревянного. Везде валялись лишь кирпичи и каменные обломки, покрытые толстым слоем пыли.

Тишина сильно давила на нервы, в ней было что-то противоестественное, то была тишина могилы. У меня вдруг появилось ощущение, что в темноте притаилось нечто и наблюдает за нами, только и выжидая удобного момента, чтобы напасть.

В городе нет людей, но это не значит, что во мраке никто не может прятаться.

Я вдруг вспомнил, как чувствовал себя в детстве, когда отец по вечерам укладывал меня спать и гасил свет. Такое случалось нечасто, только когда он был достаточно трезв, чтобы вспомнить обо мне. Дети знают тайну темноты. Они знают, что в ней скрываются чудовища, которые могут им показаться, а могут и не показаться.

Сейчас была как раз подходящая ночь, темнее тёмного, и я все больше склонялся к тому, что здесь кто-то прячется. Чудовища есть повсюду — это первое, что я узнал на Тёмной Стороне. И некоторые из них похожи на нас с вами.

Не исключено, что чудовищем в данном случае был сам Лондон, который сопротивлялся возвращению людей. А может, чудовищем было одиночество. Мужчина и женщина оказались в опустевшем городе. Человек не создан для одиночества.

Мы шли по улице, которая некогда была оживлённой и деловитой, и звук наших шагов становился всё более громким и гулким, хотя пыль должна была бы поглощать звук — она толстым слоем лежала повсюду бог весть сколько времени. Особенно много её скопилось на проезжей части, но мы уже убедились на горьком опыте, что самое безопасное место — середина дороги. Здания того и гляди готовы были развалиться, стоило подойти к их стенам слишком близко. Лёгкого движения хватало, чтобы нарушить хрупкое равновесие, и тогда целые куски стен отламывались и падали, взметая густые клубы серой пыли. Я подобрал один из кирпичей, и он раскрошился у меня в руках. Я попытался прикинуть, сколько же ему лет, раз он сделался таким хрупким. Но даже найди я ответ на свой вопрос, в нём не было бы смысла: человеческое сознание не в состоянии воспринять такие крупные числа.

20
{"b":"11088","o":1}