ЛитМир - Электронная Библиотека

– Я считаю, что Карлос прекрасно справляется со своими обязанностями, – заметила Айрис. – И не раз говорила ему об этом.

– Знаю. Но ему нужно время, чтобы укрепить уверенность в себе.

– У него впереди много времени, – сухо обронила Айрис. – Годы и годы.

Та же мысль мелькнула в голове у Карлоса, когда он шел к сараю, в котором спали мужчины. Долгие годы он мечтал иметь собственное ранчо. Ему нравилось работать со стадом. Хотя ни одна корова официально пока еще ему не принадлежала, он чувствовал, что работает на себя. Он всю жизнь ждал шанса превратиться в солидного и уважаемого гражданина. Но сейчас, взглянув в глаза Джо, он понял, что приятель не отказался от затеи потребовать выкуп за Айрис. Та злость, которая промелькнула в этих глазах, подтверждала самые худшие опасения. Джо готов был убрать с дороги даже друга, чтобы воплотить свои мечты в жизнь.

Карлос оглянулся. Ранчо с трудом оправдывало свое название. Хижина едва походила на дом. Щели в стенах сарая нужно было замазывать глиной. В их распоряжении имелся лишь один загон. Но кругом простирались богатейшие пастбища, покрытые обильной травой, подпитываемой водами горных потоков. Через пять-десять лет здесь будет прекрасное ранчо, которым и сестра, и он смогут гордиться.

Карлос ощутил прилив бодрости и еще более укрепился в решении не позволить Джо похитить Айрис. Да, он не хотел, чтобы девушка выходила замуж за Монти. Но если этого хотела сестра, что ж, пусть, это ее дело. После всего доброго с ее стороны Карлос не мог становиться на ее пути к счастью, не мог отплатить за хорошее черной неблагодарностью. Нехорошо было позволять Джо вымогать у Рандольфа деньги, даже если он и настолько богат, что выкуп для него ничего не стоит. Айрис дала Карлосу шанс проявить себя и найти свое место под солнцем. И он не собирался отказываться от этого шанса ради глупой выходки Джо.

Он только не знал, что делать. Теперь, столкнувшись лицом к лицу с надвигающейся бедой, он наконец понял, что Джо был жестоким и недобрым человеком, который думал только о себе. Насколько Карлос помнил, всегда Риардон смотрел на все и всех с целью получить какую-нибудь выгоду. И даже Карлосу не за что было благодарить его.

И еще он понял, что нелегко будет остановить Джо Риардона.

ГЛАВА XXIV

Увидев строение Секл-Севен, Айрис почувствовала укол зависти. Сарай был бревенчатым, утепленным, дом построен из обработанных досок, привезенных, видимо, из Ларами. Кровельная крыша не позволяла пыли проникать в дом, а окна были застеклены. Струйка дыма показывала, что пищу готовили на такой же прекрасной плите, как та, которую Монти прислал девушке.

На крыльцо вышел мужчина.

– Доброе утро. Вы, должно быть, Айрис Ричмонд?

Айрис от изумления потеряла дар речи. Ферн ни словом не обмолвилась, что на ранчо Джордж Рандольф. Девушка не готова была встретиться с человеком, из-за которого Монти так страдал! Он приехал, скорее всего, чтобы опять опекать Монти. Ей захотелось все высказать этому человеку.

Айрис удивилась, что Джордж не помнит ее. Неужели без нарядов и прически она так изменилась? Но Айрис не хотела нелестно думать о себе сейчас, когда она впервые за два месяца собиралась увидеться с Монти.

– Не ожидала увидеть вас здесь, – с трудом произнесла Айрис. – Роза с вами?

Мужчина громко рассмеялся.

– Меня постоянно путают с Джорджем, но я никак не могу к этому привыкнуть. Я Мэдисон Рандольф. Моя жена Ферн навещала вас вчера. Входите, пожалуйста. Кофе? Сегодня утром дьявольски холодно.

Айрис почувствовала облегчение. Возможность встречи с Джорджем и его безупречной женой пугала девушку до полусмерти.

– Ферн готова? – спросила она, пытаясь скрыть нетерпение. – Я обещала брату вернуться домой до темноты.

– Думаю, мы все уладим. Но, к сожалению, Ферн не сможет поехать с вами.

– Но почему? – Айрис начала впадать в панику. Она так долго ждала, так мучительно собиралась, строила такие планы, что совершенно растерялась сейчас. Она была просто не в состоянии больше ждать.

– Ферн сама все объяснит вам.

Айрис нашла Ферн в спальне. Молодая женщина полулежала на кровати.

– Я снова беременна, – признавалась она. – Я хотела скрывать свое состояние как можно дольше, но утром после завтрака мне стало плохо.

– И я приказал ей лечь в постель, – добавил Мэдисон.

– Я так хотела насладиться еще хотя бы несколькими днями свободы, но так как этот эгоист ждет от меня сына, то мне теперь придется валяться в кровати и притворяться, что мне это нравится.

– Если я дам жене волю, то она будет скакать верхом, пока Женская лига борьбы за нравственность силой не вытащит ее из седла.

– К несчастью, мой муж, – всего лишь старомодный тиран, который верит в пользу деспотичного отношения к женщине, особенно совей жене.

По взгляду, полному обожания, который Ферн бросила на мужа, Айрис поняла, что молодая женщина не возражает против такой тирании. Девушка подумала, что и сама бы не возражала. Как хорошо бы было, если бы кто-то запретил ей вставать рано утром и отправляться на поиски пропавших коров, которые упрямо не хотели находиться.

– Достаточно обо мне, – сказала Ферн. – Неужели ты не понимаешь, что Айрис не терпится увидеть Монти?!

Девушка думала, что окружающим не видна ее нетерпеливость, но, очевидно, ошиблась.

– Со мной все будет в порядке, – заверила Ферн. – Солти обещал проведывать меня. И не забывай, что я в таком положении не в первый раз.

– Знаю, но…

Ферн повернулась к Айрис.

– Он думает, что оставить меня одну на ранчо всего лишь на полдня хуже, чем покинуть на несколько недель, когда ему надо уезжать на восток по делам.

Мэдисон широко улыбнулся. В его улыбке не было и тени раскаяния, что еще раз подтверждало мнение о том, что уверенность в себе – семейная черта Рандольфов.

– Обещай, что останешься в постели, – потребовал Мэдисон.

– Обещаю, что не выйду за порог дома. Но встану, иначе с ума сойду.

Айрис белой завистью позавидовала Ферн. Если бы Монти был такой же внимательный!

– Значит, вы любите Монти, – заметил Мэдисон, когда они были уже в седлах.

– Да-а-а, – запинаясь, ответила Айрис, не готовая к такому вопросу.

– Не знаю, что заставило вас полюбить этого тупоголового крикуна, но у него, должен сказать, хороший вкус. Вы действительно прекрасны.

Комплимент Мэдисона польстил самолюбию Айрис, но критическое замечание в адрес Монти разозлило.

– Ничего подобного. Монти не терял самообладания даже тогда, когда я приводила его в бешенство. Не всегда терял самообладание, по крайней мере.

Мэдисон рассмеялся.

– Не забывайте, что я его брат и хорошо знаю его вспыльчивый нрав. Защищайте его перед кем-нибудь другим.

Айрис пожалела Монти.

– Неужели в семье никто не любит его? Мэдисон удивился, услышав вопрос.

– Мы все ценим его и восхищаемся его хорошими качествами. Он трудолюбив, надежен, лучший скотовод в семье.

– Но вы не любите его? И Джордж, и Хен…

– Если вы собираетесь выходить замуж за Монти, вы должны понять одну очень важную вещь. Мы очень сложная и противоречивая семья. Уверен, мы очень любим друг друга, но в то же время и противоречим, противостоим друг другу так жестоко, как не всякому чужаку.

– Не понимаю таких отношений.

– Ферн говорит, что все мы сумасшедшие. Думаю, и Роза считает так же. Но именно так обстоят дела.

Теперь девушка отчасти поняла, почему Монти так старался самоутвердиться. Ужасно, когда любовь семьи вынуждает быть готовым к нападению, заставляет все время держаться настороже. Айрис была рада, что не воспитывалась в семье Рандольфов. Любовь ее родителей, какие бы они ни были, вызывала чувство уюта и защищенности.

Айрис не знала, права ли Ферн, говоря, что Монти любит ее. Но хотелось думать, что права. Иначе зачем бы он прислал фургон? Айрис хотела доказать Монти, что любовь способна приносить не только страдания. И собиралась показать, что умеет не только брать, но и давать. Она так много хотела сказать ему и так молила провидение, чтобы он дал ей шанс.

74
{"b":"11098","o":1}