ЛитМир - Электронная Библиотека

– Это нечестно, – заявила Вайолет. – Если каждый танец будет продолжаться так долго, у нас останется время всего на три танца.

– Ты по крайней мере сможешь станцевать с ним, – сказала Энн, выглядевшая очаровательно в легком платье цвета лаванды. – А меня как будто здесь вообще не было.

– Не расстраивайся, – возразила Сьюзен, – смотри, сколько здесь сегодня молодых джентльменов.

На какую-то долю секунды Закери встретился взглядом с Кэролайн. Ему очень хотелось поговорить с ней, расспросить об Идсах и месте гувернантки. Но пока он лишь улыбнулся.

– Вы сегодня прелестно выглядите, – сказал он тихо.

– Вы тоже. Может, стоит написать вас в этом камзоле? Синий цвет оттеняет серый цвет ваших глаз.

Это прозвучало как комплимент.

– Вы пытаетесь соблазнить меня, Кэролайн?

– Это вы из тех, кто снимает рубашку, – невозмутимо ответила она.

– Я снял ее всего один раз после того, как вы практически меня вынудили к этому.

Она зарделась, но вызывающе вздернула подбородок.

– Я художница. Художники выше условностей.

На какой-то момент ему захотелось, чтобы это было правдой.

– Тогда откажитесь на сегодняшний вечер от той части себя, которая придерживается условностей, и станцуйте со мной вальс, Кэролайн.

– Это вызовет бурю.

– Я рискну. Я подарил вам несколько часов своего времени на этой неделе. Все, что я прошу, – вальс.

– На этой неделе вы многим дарили ваше время. Но хорошо. Я согласна.

Какое-то движение привлекло его внимание к буфету.

– Что за…

– О Господи, – пробормотала Кэролайн. – Бедный мистер Уильяме.

Закери обернулся и увидел красивого молодого человека с каштановыми волосами. Так вот он какой – Мартин Уильяме. Его окружали шесть молодых девушек, и все они одновременно пытались с ним заговорить.

– Черт побери, я считал, что у каждой из них есть свой поклонник.

– Что вы считали? – Зеленые глаза смотрели на него с подозрением.

– Ничего.

– Вы всех натравили на мистера Уильямса, не так ли? – Я…

– Но зачем? Просто для того, чтобы избавиться от их компании?

– Нет, конечно. Но…

– Или затем, чтобы сестры Уитфелд не поставили вас в неловкое положение своими выходками на глазах у всего Восточного Уилтшира?!

– Кэролайн, разве я не был вежлив и доброжелателен с вашими сестрами?

– Да, но…

– И разве в их интересах то и дело приносить мне бокалы с мадерой и лимонадом и весь вечер жаловаться па то, что количество танцев недостаточно?

– И вместо этого вы натравили их на мистера Уильямса?

Он покачал головой, стараясь скрыть свое разочарование.

– Я говорил им, что должен же быть молодой человек среди местных джентльменов, которым бы они восхищались и который, возможно, тоже считает их очаровательными.

Она фыркнула:

– А они имели в виду одного и того же молодого человека.

– Я не хотел спускать на него всех собак. Она посмотрела на него пристально.

– Возможно, мои сестры и наивны и немного введены в заблуждение, но я вряд ли могу назвать их собаками, которых можно на кого-либо натравить.

– Я не это имел в виду, Кэролайн.

– Мисс Уитфелд, – резко поправила она его. – Я не давала вам разрешения называть меня по имени.

Понимая, что весь вечер пошел насмарку, Закери взял ее руку.

– Я прошу прощения. Я не хотел оскорбить вас.

– Вы не меня оскорбили. – Она отдернула руку. – Прошу меня извинить, лорд Закери. Я не стану монополизировать ваше время в этот вечер после того, как я злоупотребляла им всю неделю.

Он смотрел ей вслед, пытаясь не замечать покачивания бедер и лимонного аромата волос. Проклятие! Да, он иногда ведет себя необдуманно, но не с леди. Кэролайн должна знать правду о собственной родне. Черт возьми, она жила в этом хаосе всю свою жизнь!

Кэролайн уходила, но не для того, чтобы образумить сестер – так было бы еще хуже, – а чтобы притвориться, что она вообще с ними не знакома. К счастью, она наткнулась на Фрэнка Андертона.

– Добрый вечер, – натянуто улыбаясь, сказала она.

– Кэролайн, я познакомился с вашим гостем. Он производит впечатление настоящего джентльмена.

Она не могла сказать ничего такого, что умаляло бы достоинство Закери, пока не отошлет портрет, а она и так немного перегнула палку и поставила под сомнение его согласие и дальше позировать ей.

– А моя мать была счастлива встретиться после стольких лет с леди Тремейн.

– Надеюсь, вы оставите мне танец, Кэролайн?

– Конечно. С удовольствием.

Кэролайн не удержалась и глянула через плечо. Закери был окружен гостями и, по всей вероятности, рассказывал благодарным слушателям какую-то смешную историю. О! У него очень хорошо получалось веселить людей. От одного его присутствия в комнате становилось как будто светлее. Она не ставила под сомнение его благожелательность и неизменно хорошее настроение – с этим у него все было в порядке. Другое дело – решительность, терпеливость и ответственность – вот что было под вопросом. В конце концов, он с таким же интересом прогуливался в саду в обществе ее сестер, с каким позировал ей, а то, что он не смог выдрессировать Гарольда… Этот пес не виноват в том, что он больше годится для зоопарка, чем в качестве компаньона для джентльмена.

Очевидно, Закери не понимал ни ее, ни сестер, ни важности этого портрета. Кэролайн сжала кулаки. Если бы он иногда не делился с ней сокровенным и не проявлял желания заглянуть поглубже в область искусства… Впрочем, по окончании портрета ей будет все равно, утонет ли он в пруду или отправится на все четыре стороны.

Ну, утонуть в пруду – это уж слишком, но уехать – во всяком случае. Или жениться на одной из ее сестер и остаться. К тому времени сбудется ее мечта, и она будет жить в Вене. А в этих мечтах его не было.

Глава 11

Кэролайн удавалось избегать Закери в течение следующих двух часов, хотя это было нелегко, так как все, с кем ей хотелось бы поболтать, оказывались в увеличивающемся кругу его поклонников. Как всякому профессиональному портретисту, ей следовало бы с самого начала быть с ним более дипломатичной и вежливой, но дело было сделано. Слава Богу, что ему, кажется, по нраву ее острый язычок, но зачем он все время ее испытывает?

– Кэролайн!

Она вздрогнула и поспешила к матери.

– Да, мама? Ты устала? Хочешь вернуться домой?

– Чепуха, девочка. Лорд Закери сказал, что он танцевал со всеми сестрами Уитфелд, кроме тебя.

Одновременно чья-то теплая рука скользнула по ее голой руке и сжала ей пальцы.

– Я только констатировал печальный факт, – непринужденно протянул Закери, – но я думаю, что несчастье поправимо.

– Разумеется, милорд, – поспешила заметить миссис Уитфелд. – Иди потанцуй с ним, Кэролайн.

– Но…

– Никаких «но». Слышишь, начинается последний вальс вечера. Не заставляй лорда Закери ждать.

Стиснув зубы, Кэролайн позволила Закери потянуть ее за руку, и они вышли в круг.

– Незачем было впутывать мою мать, – сказала она, стараясь не замечать, как теплая рука обвила ее талию и он повернул ее к себе лицом. – Я и так согласилась танцевать с вами.

– Это последний вальс вечера, а вы упорно оставались от меня на расстоянии целого зала.

Значит, он заметил, что она его избегает. Она весь вечер наблюдала за тем, как он танцевал, легко и грациозно, но быть в его объятиях и кружить с ним по залу было совершенно другим делом.

– Вы преувеличиваете. – «Опустись на землю, Кэролайн, – напомнила она себе. – Не забывай, почему ты здесь». – Я вовсе вас не избегала. Я разговаривала с друзьями.

– А теперь вам придется несколько минут разговаривать со мной.

– Конечно. – Она улыбалась, надеясь скрыть свое разочарование. Это было похоже на проблему с портретом: она никак не могла ухватить что-то важное. – Просто я подумала, что вам захочется провести время с кем-либо не из Уитфелдов, поскольку мы практически держали вас в заложниках всю прошлую неделю.

26
{"b":"111","o":1}