1
2
3
...
55
56
57
...
62

Она посмотрела на своих родителей. Ее мать не знала о предложении Закери, но она, несомненно, предпочла бы замужество для одной из своих дочерей. А ее отец хотел бы, чтобы она стала ученицей знаменитого художника и реализовала свою мечту, потому что у него никогда не было шанса реализовать свою.

– Кэролайн, – прошептал Закери за ее плечом, – подумай, пожалуйста, прежде…

– Мне лучше пойти и начать собираться, – твердо заявила она, прижимая к груди письмо Лоуренса. – Мне надо быть в Лондоне через три дня.

Ее сестры начали прыгать от радости, но Кэролайн смотрела на Закери. Он так стиснул челюсти, что у него заходили желваки на щеках. Коротко кивнув, он вышел из комнаты.

Глава 23

– Черт побери, ты не имел права!

– Не кричи так, Закери, – ответил Мельбурн со своего места перед камином в библиотеке.

Он чувствует себя здесь как дома, подумал Закери. Впрочем, куда бы его брат ни приходил или приезжал, он всегда был желанным гостем.

– Значит, ты хочешь, чтобы я вел себя благородно? Сохранял спокойствие и поболтал бы с тобой по-братски. Может, мы обсудим наши разногласия за партией в шахматы и стаканом бренди?

То, что Мельбурн был один, выпроводив из кабинета Шея, говорило о том, что он воспринимает ситуацию серьезно.

– Извини, если я ошибался, – таким же спокойным тоном сказал герцог, – и неправильно истолковал твое отношение к артистическим наклонностям мисс Уитфелд.

– – Речь не об этом.

– В таком случае просвети меня. О чем же?

Черт! Мельбурн все понимал, иначе он не предпринял бы шагов, чтобы изолировать Кэролайн от Закери.

– Ты ее даже не знаешь, – прорычал Закери. – Ты мог бы это сделать прежде, чем вмешаться в мои дела.

– Твои дела? Я помог мисс Уитфелд. Ты же сейчас интересуешься коровами, разве не так?

– Можешь сколько угодно играть в свои игры, Себастьян, но когда-нибудь одна из них обернется против тебя. Я хочу жениться на этой женщине. Я люблю ее.

Себастьян посмотрел на брата, но его взгляд был непроницаем.

– А она знает об этом?

– Конечно, знает.

– Тогда я не понимаю, почему ты винишь меня? Она приняла предложение Лоуренса. Я ее не заставлял.

Нет, брат не заставлял. Именно по этой причине Закери не чувствовал себя достаточно спокойным для разговора с Кэролайн. Отыграться на Себастьяне было легче. Часть вины все же лежала на нем. Он вклинился в нужный момент со своей обычной интуицией и все перевернул. В свою пользу.

– Ты мог бы дать ей возможность подумать, прежде чем огорошить своим известием, чтобы заставить ее отклонить мое предложение.

– Я ни зачтоне прошупрощения, Закери. Я говорил с тетей Тремейн, и приданных обстоятельствах она готова продолжить свою поездку в Бат. Ты будешь ее сопровождать.

– Нет, не буду. У меня есть обязательства перед людьми. Я начал программу по разведению племенного скота, и я доведу ее до конца. Я говорил тебе об этом.

– Я вложу пять тысяч фунтов, если ты сформулируешь свои предложения и докажешь, что эта программа может приносить доход.

– Пять тысяч фунтов? Да это еще большее оскорбление, чем если бы ты вообще отказался участвовать. – Закери стал ходить по комнате. На самом деле он был слишком рассержен, чтобы чувствовать себя оскорбленным. – Я уже говорил тебе, что ты можешь не участвовать. Это мой проект, и я не хочу, чтобы ты себя с ним связывал.

– Я предлагаю пять тысяч фунтов на покупку скота в этом году, – сказал Мельбурн, немного теряя свое знаменитое терпение. – И предлагаю тебе их принять. А если я одобрю твои предложения, я оплачу все сто процентов расходов.

– Ты решил меня подкупить, чтобы я уехал из Уилтшира?

– Здесь остаются еще шесть дочерей. Вряд ли стоит рисковать.

Закери сжал кулаки.

– Если ты будешь продолжать гнуть свою линию, Мельбурн, я сделаю что-нибудь такое, что вы никогда не придете в себя.

– Если ты всерьез возьмешься за реализацию своей программы, утебя будет мало свободного времени. Кэролайн Уитфелд хочет стать художником, Закери. Тебя она не хочет.

– Я не спрашивал твоего совета и не просил, чтобы ты вмешивался, черт бы тебя побрал.

Мельбурн пожал плечами.

– Я делаю то, что считаю нужным, ради своего брата и ради своей семьи. Решай, Закери. Согласись с моим предложением, и я организую поездку мисс Уитфелд в Лондон и помогу ей найти там квартиру.

– А если я не соглашусь, ей придется все делать самой?

– Если ты будешь искать ей квартиру, ее репутация будет погублена. А семья Гриффин может это сделать без ущерба для мисс Кэролайн.

– Мне надо поговорить с Кэролайн.

– Поговори. Но мне кажется, что она уже все для себя решила.

– Ты самоуверенный нахал, Себастьян, и я надеюсь, что наступит день, когда ты получишь свое.

– Я уже получил, – спокойно сказал Мельбурн и взял книгу.

Себастьян, конечно, имел в виду потерю жены. При других обстоятельствах Закери извинился бы за грубость, но не сегодня. Сегодня ему хотелось кому-нибудь врезать. Кэролайн сделала свой выбор, однако выбрала не его. Одно дело, если бы ее приняли в студию в Вене – он с самого начала знал, что это была ее мечта. Ему было бы нелегко, но он понял бы ее.

Закери не мог сладить с ее непоколебимым желанием осуществить свою мечту. Если бы это был другой мужчина, он мог бы вызвать его на дуэль. Но она была тверда, и Мельбурн это быстро понял, а поняв, обратил в свою пользу.

Однако Закери отчетливо понимал, что то, к чему она стремилась, не сделает ее жизнь полной. Может, ему все-таки удастся убедить ее в этом. Вряд ли, потому что любовь к искусству, живописи у нее всегда перевешивала здравый смысл и логику.

Бросив последний взгляд на Мельбурна, Закери хлопнул дверью библиотеки и отправился искать Кэролайн.

Дверь в ее спальню была полуоткрыта, и он вошел не постучавшись.

Горничная, державшая в руках охапку одежды, пискнула:

– Мисс Уитфелд. Пришел лорд Закери, мэм.

– Я сейчас занята, лорд Закери. Поговорим за обедом.

– Нет, сейчас, – отрезал он. – А ты, Молли, выйди. – Но…

– Вон!

Пробормотав что-то себе под нос, горничная поспешила выйти.

– Не смейте командовать моей горничной. – Кэролайн побледнела. – Мне нужна ее помощь.

Закери схватил охапку вещей и швырнул в открытый чемодан.

– Как вам это?

– Прекратите, Закери. Закери ее не слушал.

– А как насчет книг? – Он бросил несколько книг поверх платьев. – Что это я? У вас не будет времени читать. Вы же будете писать. – Он схватил книги и бросил их на пол.

Это было уже слишком.

– Зак…

– Может, лучше возьмете семейный портрет? Тогда вы сможете лицезреть их лица на холсте. Больше вам ничего не нужно, не так ли? Вам вся жизнь представляется именно такой – плоским изображением на холсте.

– Сейчас же покиньте мою комнату. Я не желаю терпеть ва…

Закери увидел свой портрет, прислоненный к стулу, и поднял его.

– Вы не можете его забрать.

– Поставьте на место!

– Нет. Если вам захочется меня увидеть, придется посмотреть на меня живого. Вам кажется, что, взглянув на мой портрет, вы вспомните, что мы занимались с вами любовью и вы тогда чувствовали себя живой. Но это будет не жизнь. – Он посмотрел на нее так пристально, словно хотел заставить ее понять. – Я передумал. Можете оставить его себе. Я хочу, чтобы вы помнили. Чтобы вы поняли, что обладание чем-то одним, даже очень желанным, не означает полноту жизни. Если вы преследуете одну цель и отбрасываете все остальное, вы вообще не живете. Все, что у вас есть, – это порт…

Она размахнулась и влепила ему пощечину. Он сжал кулаки. Ярость и разочарование прокатились по нему волной.

– Как вы смеете! – Она чуть было не задохнулась от негодования. – Еще несколько недель назад вы хотели пойти в армию. А что было до этого? Флот? Разведение скаковых лошадей? Покупка цыплят? Что дает вам право объяснять мне, что такое цель в жизни или что такое сама жизнь?

56
{"b":"111","o":1}